Килвертон издал невеселый смех:

- Прошу вас, Элизабет, не позволяйте этому соображению волновать вас! Мы с вами никогда не будем наслаждаться домашней гармонией, как бы мы ни старались!

- Ну все, это последняя капля! - воскликнула она, бледнeя от ярости. - Я сильно обманулась в вас, лорд Килвертон! Вы претенциозны, вульгарны и безответственны! То, что я услышала сегодня, покрывает вас позором. Меня унижает мысль о союзе с вами. Боже, втянуть мою семью в скандал, устроенный вашим кузеном! Милостивые небеса! Как вы могли думать, что я хладнокровно отнесусь к ситуации, вовлекающей ваше имя - и, следовательно, мое - в каждую газету страны? В связи с предумышленным убийством? Оскорблено каждое чувство! Я бы отдала все, чтобы избавиться от вас!

Глаза Килвертона заблестели.

- Действительно? Это легко сделать.

- Да! - дико вскрикнула Элизабет. - Я так и сделаю! Прошу, примите мои искренние сожаления, лорд Килвертон, но, боюсь, я не могу принять ваше любезное предложение! Я не выйду за вас замуж!

Eдва cлова сорвались с ее губ, как она пожалела о них. Килвертон не дал ей возможности отказаться. Он схватил ее руку и с энтузиазмом сжал.

- Я уважаю ваше решение, Элизабет, и принимаю его с величайшей доброй волей, которую только можно вообразить! Спасибо! Уверен, что вы будете благословлять этот день.

Ричард повернулся, чтобы отойти, и обнаружил, что в комнате стало тихо. Все смотрели на него и на леди Элизабет. По мере того, как их разговор становился все горячее и громче, он, в конце концов, привлек внимание всех, находящихся в пределах слышимости.

Неловкость момента нарушил Освальд Килвертон, который выступил вперед и поклонился со своим обычным апломбом.

- Леди Элизабет, если вы предпочитаете вернуться в Лондон до обедa в… э-э… компании, я буду счастлив предложить вам место в моей карете.

Леди Элизабет, застывшая как монолит от унижения, обнаружила, что не может смотреть никому в глаза. Взяв Освальда пoд руку, oна вышла из комнаты со всем доступным достоинством, едва кивнув леди Колхерст на выходе.

После того, как дверь за Освальдом и Элизабет закрылась, взгляд леди Колхерст обратился к внуку:

- Гм! Мы не могли не подслушать, Ричард. Надеюсь, ты не ожидаешь, что мы будем симулировать невежество. Мы должны выразить тебе наши соболезнования или поздравления?

Ричард нежно улыбнулся тревоге, скрытой за грубым тоном бабушки:

- Как мне ответить на этот прямой вопрос?

- Правду, пожалуйста.

Он усмехнулся:

- Прошу прощения, бабушка, но я отказываюсь отвечать правдиво. Боюсь, я не смогу сделать это, не выглядя невежей. Как джентльмен, я уверен, что должен сдерживать свое подлинное чувство - облегчение, настолько сильное, что граничит с восторгом.

Губы леди Колхерст дернулись, и она заметно расслабилась.

- Тогда поздравляю! Я так рада!

Серена подбежала и схватила брата за руку, с тревогой глядя ему в глаза.

- Ричард, ты уверен? Боюсь, это моя вина! Я бы ни за что не сделала тебя несчастным. Если хочешь, завтра я пойду к Элизабет и...

- Нет, нет! - поспешно сказал Ричард. - Ни в коем случае, Серена! На самом деле, я рассчитываю, что все присутствующие будут свидетелями, если Элизабет попытается отрицать то, что она выкрикнула! Этa мысль не даст мне спать по ночам.

Нед подошел к ним.

- Он прав, Серена. К черту все, разве мы не говорили, что они не подходят друг другу? К тому же - это не твое дело! Оставь его в покое. - Он отобрал руку Ричарда у Серены и сжал ее кратким болезненным захватом. - Разумеется, нехорошо так говорить, нo между нами: отлично! Поздравляю тебя, старик. Не могу сказать, что мне жаль распрощаться с ней.

- Нет, - согласился Ричард. - Мне тоже.

Похоже, м-ру Монтегю пришла в голову идея:

- Знаешь, если бы тебе не ударили по голове; Эгберт не упал на нож и все такое, ты был бы все еще помолвлен с этой ведьмой. Напоминает мне пьесу Шекспира. Точно не могу вспомнить - не дословно; никогда не был умником! Что-то о том, что «все работает на благо».

Леди Колхерст фыркнула:

- Это из Библии, дурочок! «Все работает ко благу любящим Господа». Что ж! Если Арнсфорд и его герцогиня с топорным лицом учили своих дочерей любить Господа, я впервые слышу об этом.

Нед мудро кивнул, не смущаясь характеристикой ее светлости на его счет.

- Доказывает мою точку зрения.

Эти воды становились слишком глубоки для Серены. Она нетерпеливо покачала головой.

- Но, Ричард, ты хотел жениться последние два сезона.

Ричард насмешливо улыбнулся обеспокоенному выражению лица сестры:

- Я все еще хочу. Но не на Элизабет.

- Боюсь, что теперь ни одна респектабельная женщина не примет твое предложение. Если Элизабет изобразит тебя обманщиком...

Нед со смехом выкрикнул:

- Не примyт предложение виконта Килвертона? Наследникa титула и состояния? Моя милая Серена! Мамаши-свахи будут толкать своих дочерей под ноги твоему братy еще до конца недели!

- И напрасно, - спокойно сказал Ричард. - Я надеюсь снова обручиться до конца недели.

Бабушка, сестра и лучший друг уставились на него. Глаза лорда Килвертона заискрились смехом.

- Что, я наконец удивил вас?

Нед нахмурился, сурово глядя на своего друга.

- Довольно нас дурачить! Если мне не изменяет память, eдинственная женщина кроме Элизабет, которой ты интересовался, была некая инкогнита на Керзон-стрит...

- Забудь этот инцидент, пожалуйста! - прервал Ричард.

У Неда отвисла челюсть.

- Как! Не говори мне, что нашел ее?

- Хорошо, не буду.

Озадаченная Серена прижала руки к щекам.

- О чем ты вообще говоришь? Ричард, ты имеешь в виду, что влюбился?

Килвертон выглядел немного смущенным.

- Ну, одним словом, да.

Леди Колхерст и мистер Монтегю вскрикнули, но Серена посмотрела на брата в гневе.

- О! Как на тебя похоже, влюбиться и не сказать мне ни слова! Кто она?

Цвет лица Килвертона стал ярче. Он виновато ухмыльнулся:

- Ты будешь в ярости на меня, Серена, но подумай о моем положении! Как я мог что-то сказать? Я был обручен с Элизабет! Фактически, я до сих пор ничего не могу сказать. Припомни, пожалуйста, что я не разговаривал с этой дамой с тех пор, как расторг мою... э...

Глаза Серены сузились в предположении. Но прежде чем она начала гадать вслух, глаза Килвертона загорелись внезапной мыслью. Он импульсивно повернулся к капитану Талгарту, который молча наблюдал за всеми этими событиями с другого конца комнаты.

- Талгарт! Какая удача, что вы здесь - как раз тот человек, который может знать!

Капитан был слегка удивлен, когда к нему обратились.

- Что я могу знать?

Килвертон странно рассмеялся:

- Где именно находится Роузмид? И как далеко это от Хатли-Энд?

- Роузмид! - воскликнула его сестра. - Да вот где… O! - Голос Серены прервался на полуслове. Она порозовела от возмущения. - Ах, Ричард, негодяй! И Кейтлин! Я бы никогда не поверила, что она могла со мной так поступить! Да ведь я понятия не имела...

Но ее брат больше не слушал. Лорд Килвертон и капитан Талгарт чинно беседовали с леди Колхерст. Мужчины планировали сразу после обеда отправиться вдвоем в Роузмид. По словам капитанa, они могли бы туда добраться до наступления темноты, если воспользуются тильбери Килвертона. Леди Колхерст приличия ради сетовала на их неучтивость; но, что ни говори, находила ситуацию чрезвычайно интересной.

Вне себя, Серена опустилась на оттоманку.

Нед наблюдал за ней. Его лицо посерьезнело, когда он увидел, как сильные эмоции сменяются на лице Серены. Он дорого бы заплатил за информацию. Интересно, какая из причин временно лишила Серену речи: вероломство Ричарда и Кейтлин, не поделившихся с ней секретом, или факт, что капитан Талгарт собирался нанести визит в Роузмид.

Аддисон прибыл, чтобы объявить об ужине. Ричард и капитан, все еще занятые своими планами, вместе вывели леди Колхерст из комнаты. Серена, не сказав ни слова, поднялась и взяла Неда за руку.