Сегодня в бильярдной, как и неделю назад, были только Паша и Михаил. Ну и я, соответственно. А вообще, почти весь вторник прошёл у меня под непрерывным «давлением» четы Кривошапкиных. Смирнова я тут упомянул только лишь потому, что в «издевательстве» надо мной он тоже успел поучаствовать. Но уже после бильярда.
С утра, на занятиях по иностранному языку «солировала» Римма Юрьевна. Не знаю зачем, но «мучила» она меня сегодня по полной. Вопросы постоянно какие-то задавала. Не по-русски, естественно. Заставляла читать и переводить незнакомые тексты. Интересовалась, всё ли понимаю в прочитанном.
Английский я более-менее знал. Переводил, по крайней мере, неплохо. Изъяснялся, правда, гораздо хуже, да и произношение не ахти. Тем не менее, понимал всё, что она говорила, и худо-бедно, но отвечал-таки на каверзные вопросы.
По окончании пары неугомонный Желтов даже немного мне посочувствовал:
— Совсем она тебя загоняла. С чего бы это?
— Да фиг знает. Наверное, стиль такой. Выбрать кого-то одного и мучить потом всё занятие.
— Понятно. Значит, надо готовиться, — сделал вывод Желтов. — Может, на следующий раз будет кого-то другого долбать…
Во время обеденного перерыва, когда я уже вернулся из ювелирного, меня перехватил супруг Риммы Юрьевны капитан Кривошапкин. Остановил возле дверей в столовую, отозвал в сторону и сообщил заговорщицким тоном:
— Римма мне сегодня сказала, что если ты филонить не будешь, зачёт за семестр она тебе автоматом поставит.
Известие, конечно, приятное, но если для «автомата» требуется отдуваться на каждой паре, то…
— Да ты, Андрюха, не дрейфь, — рассмеялся Павел Борисович, глядя на мою кислую рожу. — Не будет она тебя больше грузить. Один раз проверила и достаточно.
«Ну, слава богу. Отмучился».
Увы, пообедать я сегодня так и не смог. Кривошапкин мне этого сделать не дал. Не обращая внимания на попытки сбежать, он ещё минут двадцать, до самого конца перерыва, выспрашивал, как делаются «бортовые штаны» на бильярде. Как будто не мог до вечера подождать, злыдень?
А потом, уже на занятиях по ВП, практически один в один «копировал» собственную жену. В том смысле, что, так же как и она, словно бы задался целью вывести меня на чистую воду. Всю первую полупару он рассказывал о структуре вооружённых сил СССР и при этом, вытащив меня к доске, регулярно интересовался, понял ли я материал. А на следующей полупаре пошёл ещё дальше. Принялся выяснять, насколько хорошо знает курсант Фомин ТТХ вооружений стран НАТО и принципы организации этого агрессивного блока. Ощущение, что и он сам, и его супруга пытались сегодня всячески меня проверять. Типа, не иностранный ли я шпион? Что ж, вполне вероятно. Получили задание от друзей-чекистов, а теперь вот стараются. Исполняют, как могут, ответственное поручение… конспираторы доморощенные…
Вечером к Паше подключился Смирнов. В бильярд мы почти не играли. Постучали шары минут десять (Кривошапкин даже про трюк, о котором спрашивал, позабыл) и вновь, как и неделю назад, потащились наверх, в зал силовых единоборств. Гоняли меня там товарищи офицеры больше часа. Типа, учили защитным приёмам от ударов ножом и кастетом. Я аж запарился.
— Тяжело в леченье, легко в гробу, — глубокомысленно заявил Михаил по окончании тренировки. — В жизни бывает всякое. Никогда не знаешь, когда и что пригодится.
— Лучше и не знать никогда, — пробурчал я, вытирая катящийся градом пот.
— Лучше, — согласился Смирнов. — Но всё равно, к неприятностям готовиться надо заранее…
Спорить я с ним не стал. Разыгрывать комбинацию с билетиком Спортлото — тоже. Решил подождать до пятницы. Как появятся старшие товарищи этих «спортсменов», так и начну спектакль. А сейчас — ну его в баню. Устал. Отдохнуть немного от «рукопашки» хочу, «принять ванну, выпить чашечку кофе…» Короче, в себя прийти…
В общежитии мне кофе, понятное дело, не предложили. И с ванной я пролетел. Не было у нас ванны — пришлось ограничиться обычным душем. После чего, почувствовав себя человеком, вышел из блока и направился вниз. Туда, где располагался наш «подпольный» тотализатор. Раз с лотереей сегодня не получилось, будем компенсировать «потери» игрой в «лохотрон».
Местным «букмекером» у нас числился Даулет Рахмонов, уроженец солнечного Узбекистана. Дважды его выгоняли из института с формулировкой «за нарушение правил и норм социалистического общежития», но оба раза он каким-то образом восстанавливался и даже от армии сумел откосить. В настоящее время Дауль учился на третьем курсе и жил двумя этажами ниже.
— Вечер добрый, — поздоровался я, войдя к Рахмонову в комнату. — Здесь принимают ставки на завтрашние Еврокубки?
Даулет посмотрел на меня с подозрением, но все же ответил:
— Ну, здесь. А… откуда узнал?
— Стреляли, — процитировал я «красноармейца Сухова». — А вообще, мне Рыбников рассказал.
— Понятно, — кивнул «букмекер», подтверждая, что фамилия Рыбников ему более чем знакома. — На кого ставишь?
— На Арсенал-Спартак.
— На результат, на счёт, кто первый забьёт? Сколько денег?
— Тридцать рублей. На счёт. Пять два в нашу пользу.
Рахмонов удивлённо присвистнул:
— Сильно. Столько ещё никто давал.
— В смысле, денег?
— Нет. На такой счёт.
Даулет раскрыл потрёпанную тетрадку, пошевелил губами, явно что-то подсчитывая, и наконец объявил:
— Один к шести. Если угадаешь, получишь сто восемьдесят.
— Здорово! — деланно восхитился я, передавая ему три червонца. — Когда получать выигрыш?
— А ты что, и вправду надеешься угадать? — усмехнулся Рахмонов.
— А как же. Угадаю железно.
— Ну ладно. Тогда приходи в четверг-пятницу. Получишь что заработал.
— Приду обязательно. Готовьте деньги, товарищ букмекер…
Среда. 29 сентября 1982 г.
С утра у нас были лабы по физике, а потом лекция по исткапу. На ней я опять едва не заснул. «Спасло» меня только то, что пока лектор бубнил свои мантры, я долго и мучительно пытался припомнить, где же в 82-м работал один из главных фигурантов «шоковой терапии» господин Гайдар. Не то в МГУ он в эти года обретался, не то в каком-то специализированном НИИ… Выяснить это удалось только по окончании лекции. Снова, как и вчера, я не пошёл в столовую, а направился на кафедру общественных наук, где взял кипу журналов по экономике и устроился с ними в читальном зале. Нужное отыскал минут через сорок. Обнаружил одну статейку, автором которой числился Е.Т.Гайдар, старший научный сотрудник ВНИИ Системных Исследований.
Ну что ж, на ловца, как говорится, и зверь бежит. Особенно, если «ловец» охотится именно на это «животное».
Где находится ВНИИСИ, я знал. Бывал там в начале двухтысячных. Правда, тогда он уже назывался Институтом Системного Анализа, но главное осталось на месте: адрес этого заведения за пару десятилетий так и не поменялся. Улица 60-летия Октября, дом 9. В будущем, кстати, рядом с ним вырос зелено-белый небоскрёб от Сбербанка. На мой взгляд, весьма примечательное соседство.
Чтобы не откладывать дела в долгий ящик, решил в тот же день провести «рекогносцировку». То есть, смотаться на «Академическую», поглядеть на клиента, определить позиции для «снайперского огня», проверить «пути отхода». Всё по сюжету, как в настоящем боевике… Тем более что физкультуру сегодня опять отменили. В спортзале прорвало трубу, и всех, кто пришёл на занятия, отправили по домам.
Я в общежитие не пошёл, поехал в Москву — до конца рабочего дня оставалось ещё достаточно времени. Целью было не только посмотреть на здание ВНИИСИ, но и, при определённой доле везения, «срисовать» выходящего из дверей Гайдара и проследить его путь от работы до дома.
Место для «засады» оказалось не самое лучшее. Широкий проспект по две полосы в обе стороны, между ними — разделительная полоса без единого дерева. Лавочек около институтской «башни» нема, да ещё и милиционер в форме прохаживается перед входом. Туда-сюда, туда-сюда. «Ему тут что, мёдом намазано? Кого он тут стережёт?»