Литмир - Электронная Библиотека

- Мне важно, чтобы пацана не опустили. А к тому все и идет.

- Ишь ты! - в глазах Папы мелькнул непритворный интерес. - А кто он тебе - этот Натовец? Брат, что ли?

Стас невозмутимо пожал плечами.

- Ну так… Все люди братья.

Сидящие за столом вновь покатились со смеху. Переждав, когда присутствующие успокоятся, Зимин равнодушным тоном добавил:

- Сына он мне напоминает. Дружка моего покойного. Лет пять назад оба погибли в автокатастрофе. Потому и обращаюсь с просьбой. Тебя, Папа, уважают, вот и не откажи.

- Так бабок же нет, сам признался! - крикнул рыжеволосый. - А за голяк тебя и Папа не выручит.

- Почему же на голяк? Я могу на ринге поработать.

- Ты?!

- А что, дело нехитрое. Видел, как другие машутся, - ничего мудреного. Этак, пожалуй, и я сумею.

- Ну, орел! Во, выдал!… - к краю сцены шагнул было один из гостей, но Папа остановил его движением руки.

- А что?… - он продолжал изучающе рассматривать Стаса. - Пожалуй, можно и попробовать. Только ведь мне, парень, не болтуны нужны, а серьезные волкодавы. Ты семь раундов-то выстоишь?

- Да хоть все двадцать!

- Крутой парень! - Папа вновь усмехнулся. - Ну, так мы тебя прямо сейчас и проверим. Три боя с тремя разными бойцами без перекура. Выдержишь, считай, отпустим твоего пацана без выкупа, а нет, не обессудь. Так как, согласен?

Стас молча взглянул на криво улыбающегося Косту, на бледное лицо Любаши и решительно кивнул.

- А чего! Попробую…

Глава 4

На этот раз часть кресел перенесли к рингу, дабы наблюдать за поединком с близкого расстояния. Руки бойцам позволили перебинтовать, для защиты ног выдали щитки. С выбором поединщиков проблем также не возникло: первым бойцом оказался рослый сухой парень с задиристо выдвинутой челюстью и пустым взглядом убийцы. Малость коротковатые ноги компенсировала обезьянья длина рук, а расплющенные капустными листами уши говорили о том, что «обезьянку» безжалостно эксплуатируют в качестве спарринг-партнера. Второй соперник также не слишком встревожил Зимина, хотя и выглядел внешне значительно более грозно. Парень явно серьезно качался, что угадывалось по спинным «клылышкам», по вздутым бицепсам и плечевым мышцам. Широченную грудь покрывал густой ворс черной растительности, зато головенка качка была абсолютно лысой. Для фотографий он был явно хорош, наверняка годился и для съемок бандитских сериалов, но вот как соперника Стас его всерьез не принимал. Как говорится, не та фактура. Впрочем, по-настоящему бояться следовало третьего поединщика. Кто им будет, Стас мог только догадываться, и именно эта неизвестность тревожила его более всего. В сущности, выйти против него мог любой из присутствующих, включая разобиженного Чана и самого Косту. В общем, как ни крути, а процедура предстояла невеселая, сулящая новые синяки и новых обиженных. Но назвался груздем - полезай в кузов, и внимательно разглядывая перетаптывающихся на той стороне ринга противников, Стас бегло примерял к ним возможные тактические приемы, заодно присматривался к залу, пытаясь запомнить все «мертвые зоны», в которых его кулаки могли оказаться невидимыми для наблюдателей со стороны.

За несколько минут до боя к табурету, на котором устроился Стас, подошел Папа. Чуть наклонившись, пустил в лицо Зимина струю сигарного дыма, с ядовитой интонацией вопросил:

- Так что ты там трендел, соколик, насчет дисбата? Любаша рассказывала, будто в бега подавался?

- Ага, - Стас говорил скупо, сознательно избегая красочных описаний. - Скучно стало, вот и ушел.

- Говорят, стреляли, в тебя?

- Было дело.

- Это хорошо… В смысле, значит, похвально. - Папа задумчиво кивнул собственным мыслям, кончиком сигары неспешно указал на Стасово плечо. - Вот только татуировка, братец, у тебя странная. Не то ментовская, не то спецуры какой.

- Так это ж армейская! - Зимин хмыкнул. - Ума-то не было, вот и прикалывались, как могли, - кололи кто что выдумает. И ментовские делали, и десантные, а кто - и воровские себе рисовал.

- Хмм… За воровские и впрямь можно голову потерять.

- Так я ж говорю: ума не было. Один придурок на лбу у себя звезду выколол. И буковки «СССР».

- Это еще зачем?

- Да просто так, для прикола…

- Ладно… - Папа, выпрямившись, кивнул на перепрыгивающего канаты сухощавого детину. - Это твой первый противник - Куш. Парень быстрый, но без царя в голове. Званий нет, особых способностей тоже, побед - кот наплакал. Считай, дали тебе для разминки. Справишься, получишь Гриню. Это тот медведь, что справа.

- А потом?

- Потом?… Потом найдем бойца получше.

- Уж не Косту ли?

- Не бойся, - Папа хмыкнул, - мы тоже люди с понятием, так что чемпиона против тебя выпускать не будем.

- Вот уж спасибочки!

- Спасибо в карман не положишь… - Папа небрежно тряхнул сигарой, просыпав часть пепла на оголенное плечо Зимина. - Это я к тому, что в этом и следующем бою я на тебя поставил. Вполне реальные бабки, так что смекай. Проиграешь, будешь мне должен.

- А если выиграю?

- Значит, долг твоего пацана спишем, как и договаривались…

То ли он успел дать какой-то тайный знак, то ли просто истекло положенное время, но обладатель рыжих кудельков и золотых печаток быстро приблизился к рингу и, театрально взмахнув коротенькими ручками, тонким голосом объявил:

- Первый бой! Без раундов и перерывов. Время боя не ограничено, допускаются любые удары и любые стили… Итак, Куш против Капитана! Бывший форточник против дисквалифицированного бомжа!

Зрители встретили необычное выступление гулом довольных выкриков. Кто-то даже пронзительно свистнул, но Папа скривился, и свист тотчас оборвался.

- Для несведущих повторяю, - вновь заголосил рыжеволосый, - ставки традиционно принимает Стакан, он же выплачивает призы. Так что без кипеша и лишних советов! Все должно проходить культурно, как в долбанном Майами, из которого я вернулся не далее как на прошлой неделе…

Подчиняясь команде рыжеволосого, один из бритоголовых лакеев ударил в висящий тут же поблизости гонг. Еще больше выпятив свою жутковатую челюсть, Куш ринулся к Зимину, и уже по тому, как он двигался, как покачивал плечами, Стас понял, что паренек обречен. Папа не обманул: Куш представлял собой стопроцентного мальчика для битья. Он мог сколько угодно пугать своим видом и своими повадками, но к серьезным схваткам этот парень был явно не готов. Он и первые свои удары исполнил, как робот - скорее по обязанности, нежели с целью нанести сопернику серьезный урон. На миг Стас даже пожалел парня, но тут же и обругал себя за несвоевременные мысли. Жалеть в первую очередь следовало себя и Игната. А также всех тех, кого здешняя элита использовала в качестве золотоносных доноров. Вот и с Кушем не следовало церемониться, - роль мецената Стасу решительно не подходила. А потому, подловив парня на вялом джэбе, Зимин ответил встречным еще более стремительным «кроссом». Попал точнехонько в «треугольник смерти», располагающийся под носом бедолаги, и, разумеется, это малости сопернику хватило. «Мальчик для битья» в очередной раз потерял сознание, довольно некрасиво хлопнувшись затылком на брезентовое покрытие. Кто-то из толпы вновь заулюлюкал, кто-то громко ругнулся матом, но бой не задержали ни на минуту. Нырнувшие под канаты ребятки тотчас убрали с ринга обмякшего сотоварища, а на смену ему грузной поступью шагнул Гриня. Этот был и страшнее, и опаснее Куша. Лишнее сало не мешало противнику перекатывать под кожей литые шары мышц, и любое попадание тяжелых его кулаков грозило долгим и надежным беспамятством. А хуже всего оказалось то, что весящий не меньше центнера боец помимо рук владел и ногами. Это Стасу сразу дали понять, хлестнув по рукам небрежной «мельницей». А парой секунд позже Зимин едва успел отпрянуть от умело проведенного «майгери-кокато». Пятка медведеподобного Грини целила в аккурат ему в грудь - и попади она в цель, на этом бой бы и закончился. Зато определил свою тактику и Стас. Будь это столкновение в честном поединке, он тоже пустил бы в ход ноги, но здесь проявлять свои способности было категорически запрещено. Для НИХ он был всего-навсего боксером - не самым мастеровитым, но с отменной скоростью и дыхалкой. В этих рамках Стас и должен был держаться. Конечно, он мог бы рискнуть и пойти на прямой обмен ударами. Тогда появлялся шанс в грубоватой рубке связать Гриню по рукам и ногам, затяжным марафоном вытянуть из него первую взрывную свежесть. Но и такой расклад был по-своему чреват. Во-первых, Гриня значительно превосходил Зимина по массе, а значит, любая борьба с ним обещала бездну проблем. Во-вторых, немалые опасения внушала и физическая мощь соперника. Стас не сомневался, что Гриня обладает всеми качествами профессионального нокаутера и при удачном попадании запросто мог устроить Зимину маленький Армагеддон. Таким образом, ни вязаться с Гриней, ни рубиться Зимин не собирался. Тактику подсказывала сама разница в весе. Кто легче, тот и бегает, - на этом и следовало строить всю игру. Юлить, бегать и опережать где только можно.

44
{"b":"38459","o":1}