Я замечаю ее пристальный взгляд в блике уличного фонаря. Она обеспокоена. Что-то не так.

– Что? – спрашиваю я.

Какое-то время она молчит, а затем произносит с пустотой в голосе:

– Мне кажется, что ты чувствовал себя не в своей тарелке, пригласив меня к родителям. Если бы Элиот не позвал Кейт, ты бы никогда не пригласил меня.

Черт возьми. Она не понимает. Для меня же это было впервые. Я нервничал. А теперь она знает, что не была бы здесь, если бы я этого не захотел. Мы минуем свет и тень уличных фонарей, и она становится все более отстраненной и расстроенной.

Грей, так не пойдет.

– Анастейша, я очень рад, что ты познакомилась с моими родителями. Почему ты так в себе не уверенна? Не перестаю удивляться. Ты же такая сильная, самодостаточная молодая женщина, но ты так плохо думаешь о себе. Если бы я не хотел, чтобы ты встретилась с ними, тебя бы там не было. Ты чувствовала себя так все время, пока была там? – я качаю головой и, нащупав ее руку, успокаивающе сжимаю.

Она нервно посматривает на Тейлора.

– Не волнуйся насчет Тейлора. Поговори со мной.

– Да, я так себя чувствовала, – тихо отвечает она. – И еще: я упомянула Джорджию только потому, что Кейт заговорила о Барбадосе. Я не передумала.

– Так ты хочешь повидаться с матерью?

– Да.

Мое волнение становится очевидным. Она что, хочет «выйти из игры»? Если она поедет в Джорджию, мама может убедить ее найти кого-нибудь более… подходящего, кого-то, кто, как и ее мама, верит в любовь.

У меня возникает идея. Она виделась с моими предками, я виделся с Рэем, наверное мне стоит встретиться и с ее матерью ― неизлечимым романтиком. Очаровать ее.

– Можно я поеду с тобой? – я спрашиваю, уже зная, что она откажет.

– Эм, не думаю, что это хорошая идея, – отвечает она, удивившись моему вопросу.

– Почему нет?

– Я просто надеялась отдохнуть от всего этого… напора. И все хорошенько обдумать.

Проклятье. Она действительно хочет меня бросить.

– Я слишком напористый?

Она смеется.

– Это еще мягко сказано!

Черт, мне так нравится ее смешить, даже если она смеется надо мной. И какое облегчение – осознавать, что она сохранила чувство юмора. Может быть, она вовсе и не собирается меня оставлять.

– Вы смеетесь надо мной, мисс Стил? – поддразниваю я.

– Что Вы, я не смею, мистер Грей.

– А по- моему, смеете, и я думаю, Вы довольно часто надо мной смеетесь.

– А Вы довольно смешной.

– Смешной?

– О, да.

Она подшучивает надо мной. Это что-то новенькое.

– Смешной: в смысле «странный» или в смысле «хи-хи, ха- ха»?

– О, много первого и чуть-чуть второго.

– Чего же все-таки больше?

– А это додумывайте сами.

Я вздыхаю.

– Не уверен, что вообще могу думать, когда ты рядом, – у меня сдержанный тон. – Что ты собираешься обдумать в Джорджии?

– Нас.

Твою мать.

– Ты же сказала, что попробуешь, – вежливо напоминаю я.

– Я знаю.

– У тебя есть сомнения?

– Возможно.

Все еще хуже, чем я опасался.

– Почему? – Она молча смотрит на меня. – Почему, Анастейша? – настаиваю я, но она лишь пожимает плечами, уголки рта опущены. Я снова сжимаю ее руку, надеясь, что это ее утешит. – Поговори со мной. Я не хочу тебя терять. Вся эта неделя…

Была лучшей в моей жизни.

– Я все еще хочу большего, – выдыхает она.

– Я знаю. Я пытаюсь, – беру ее  за подбородок. – Ради тебя, Анастейша. Я попытаюсь.

Ради всего святого! Я же только что познакомил тебя со своими родителями.

Внезапно она отстегивает ремень безопасности и взбирается мне на колени, я даже не успеваю опомниться.

Какого черта?

Я обездвижен, а она обвивает меня руками за голову, тянется к губам и крадет у меня поцелуй, не давая моей Тьме внутри даже пошевелиться. Я поглаживаю ее спину, а затем прижимаю к себе за голову и возвращаю поцелуй с не меньшей страстью, исследуя этот сладкий - пресладкий ротик в поисках ответов… Ее неожиданная привязанность ко мне совершенно обезоруживает. Нечто новое. Сбивающее с толку. Я думал, она хочет уйти, но вот она снова возбуждает меня, сидя у меня на коленях.

Я еще не разу… никогда не… Не уходи, Ана.

– Останься со мной сегодня ночью. Если ты уйдешь, мы не  увидимся целую неделю. Пожалуйста, – шепчу я.

– Да, – бормочет Ана. – И я тоже попытаюсь. Я подпишу твой контракт.

О, детка.

– Подпишешь, когда вернешься из Джорджии. Подумай об этом. Обдумай все как следует, – я хочу, чтобы она сделала это добровольно, не хочу заставлять ее. Ну, часть меня не хочет. Рациональная часть.

– Хорошо, – отвечает она, устраиваясь на мне поудобнее.

Эта женщина связала меня руками и ногами.

Как иронично, Грей.

Мне хочется смеяться от счастья и облегчения, но я лишь обнимаю ее, вдыхая опьяняющий, успокаивающий аромат.

– Тебе бы стоило пристегнуться, – упрекаю я, хотя не хочу, чтобы она шевелилась, и она постепенно расслабляется в моих объятиях. Тьма внутри меня затихла, но я сбит с толку своими противоречивыми чувствами. Что я от нее хочу? Что мне от нее нужно?

Мы не так должны были продолжить наши отношения, но мне нравится, когда она вот так ютится в моих объятиях. Я целую ее волосы, расслабляюсь на сидении и наслаждаюсь поездкой по Сиэтлу.

Тейлор останавливает у входа в Эскалу.

– Приехали, – шепчу я Ане. Мне не хочется отпускать ее, но приходится усадить ее на сидение. Тейлор открывает ей дверь, и мы вместе заходим в здание. Она дрожит.

– Почему ты без куртки? – спрашиваю я, снимая пиджак и набрасывая ей на плечи.

– Она в моей новой машине, – зевая, отвечает она.

– Устали, мисс Стил?

– Да, мистер Грей. Надо мной сегодня властвовали всеми возможными и невозможными способами.

– Что ж, раз уж так не повезло, могу повластвовать над вами еще немного. – Если мне повезет.

Ана прислоняется к стенке лифта, когда мы поднимаемся в пентхаус. Она выглядит такой худенькой, маленькой и сексуальной в моем пиджаке. Если бы на ней не было нижнего белья, я мог бы овладеть ею прямо сейчас… Я подхожу к ней и освобождаю ее губу от зубов.

– Когда-нибудь я трахну тебя в этом лифте, Анастейша, но сейчас ты очень  устала, поэтому, думаю, будет лучше тебе отправиться в постель.

Я наклоняюсь и нежно хватаю зубами ее нижнюю губу. У нее перехватывает дыхание, и она отвечает мне, смыкая зубы на моей верхней губе.

Я чувствую реакцию в паху.

Я хочу отвести ее в постель и потеряться в ней. После разговора в машине я просто хочу убедиться, что она моя. Выйдя из лифта, я предлагаю ей чего-нибудь выпить, но она отказывается.

– Хорощо, идем кровать.

Она удивлена.

– Ты собираешься заняться незамысловатой старомодной ванилью?

– В ванили нет ничего незамысловатого или старомодного. У нее свой интригующий привкус.

– С каких это пор?

– С прошлой субботы. А что? Ты надеялась на нечто более экзотическое?

– О нет. На сегодня с меня хватит экзотики.

– Уверена? Мы можем доставить удовольствие на любой вкус – по крайней мере, тринадцатью одним способом, – похотливо говорю я.

– Я заметила, – отвечает она, приподнимая брови.

– Да ладно Вам, мисс Стил, завтра у Вас важный день. Чем быстрее вы окажетесь в постели, тем быстрее я Вас трахну и, следовательно, вы скорее сможете заснуть.

– Мистер Грей, Вы прирожденный романтик.

– Мисс Стил, у Вас очень дерзкий ротик. Видимо, придется усмирить его. Идем.

Да. Я даже знаю как.

Закрыв двери спальни, я чувствую себя спокойнее, чем в машине. Она все еще здесь.

– Руки к верху, – приказываю я, и она выполняет. Я берусь за края ее платья и легким движением снимаю его через голову, обнажая эту прекрасную девушку.

– Та-дам! – Я волшебник.

Ана хихикает и аплодирует мне. Я кланяюсь, наслаждаясь этой игрой, и вешаю платье на стул.