– Нет, все в порядке, – говорит она, милостиво кивая.

– Отлично, тебя еще можно исправить. - Я ухмыляюсь. – Итак, на чем мы остановились?

– На сути нашего разговора, –  говорит она, сосредоточившись на листках в руке, но потом делает большой глоток вина и ее щеки покрываются румянцем. Видимо, для храбрости. Мне следует наблюдать за количеством выпитого ею, так как она за рулем.

Она может провести ночь здесь ... тогда я бы мог снять с нее это соблазнительное платье.

Сосредоточившись, я возвращаюсь к делу – спорным вопросам Аны. Из внутреннего кармана пиджака я достаю ее распечатанное электронное письмо. Она снова расправляет плечи и одаривает меня выжидательным взглядом, а мне приходится скрывать веселее.

– Пункт два. Согласен. Это в наших общих интересах. Я изменю формулировку.

Она делает глоток.

– Мое сексуальное здоровье. Ну, все мои предыдущие партнерши делали анализ крови, а я каждые полгода проверяюсь на инфекции, о которых ты упоминаешь. Результаты последних тестов отрицательные. Я никогда не принимал наркотики. Вообще‑то я категорический противник наркотиков. В своей компании я провожу политику нетерпимости к любым наркотикам и требую, чтобы сотрудники выборочно проверялись на их употребление.

На самом деле, один из тех людей, что я сегодня уволил, провалил тест на наркотики.

Она в шоке, но я продолжаю.

– Мне никогда не делали переливания крови. Исчерпывающий ответ?

Она кивает.

– Следующий пункт мы уже обсуждали. Ты можешь прекратить отношения, когда захочешь, Анастейша. Я не буду тебя удерживать. Но если ты уйдешь, то навсегда. Просто чтобы ты знала.

Никаких. Вторых. Шансов. Никогда. 

– Хорошо, -  отвечает она, хотя звучит неуверенно.

Мы оба замолкаем, когда официант входит с первым блюдом. На мгновение я задаюсь вопросом, стоило ли мне провести эту встречу в офисе, но затем отметаю эту мысль за нелепостью. Только дураки совмещают бизнес с удовольствием. Я держу работу и личную жизнь отдельного друг от друга; это одно из моих золотых правил, и единственным исключением в нем стали мои отношения с Эленой ... но потом она помогла мне начать свой бизнес.

– Надеюсь, ты любишь устриц, – замечаю я Ане, когда официант уходит.

– Ни разу их не пробовала.

– Неужели?  Это легко, просто высасываешь содержимое раковины и глотаешь. Думаю, у тебя получится. - Я многозначительно смотрю на рот, вспоминая, как хорошо она умеет глотать. От подобной реплики, она краснеет, и я выжимаю лимонный сок на моллюска и отправляю его в рот.

– М‑м‑м, изумительно. Вкус моря. – Я ухмыляюсь, когда она очаровано смотрит на меня.  – Давай же, попробуй. – Я подбадриваю ее, зная, что она не та, кто отступится от брошенного вызова.

– Значит, жевать не нужно?

– Нет, Анастейша, не нужно. – И я стараюсь не думать о ее зубах, играющих с моей любимой частью тела.

Она вжимает их в нижнюю губу, оставляя маленькие отметины.

Черт. От увиденного мое тело оживает, и я ерзаю на стуле. Она тянется к устрице, выжимает лимон, запрокидывает голову назад, и широко раскрывая рот. Когда она подносит устрицу к губам, мое тело напрягается.

– Ну как? – Я спрашиваю с немного хриплым голосом.

– Возьму еще одну, – говорит она с иронией.

– Хорошая девочка. 

Она спрашивает меня, сознательно ли я выбрал устриц, зная, что они являются прекрасным афродизиаком. Чем удивляю ее, ответив, что они были первыми в меню.

– Мне не нужны возбуждающие средства, когда ты рядом.

Да, я мог бы трахнуть тебя прямо сейчас.

Веди себя хорошо, Грей. Верни переговоры в нужное русло.

– Так на чем мы остановились? – Я возвращаюсь к ее электронному письму и сосредоточиваюсь на нерешенных вопросах. Статья девять. – Во всем мне подчиняться. Да, я требую полного повиновения. Мне это необходимо. Отнесись к этому как к ролевой игре, Анастейша.

– Но я боюсь, что ты причинишь мне боль.

– Какую?

– Физическую.

– Ты и вправду так думаешь? Что я перейду установленные тобой границы?

– Ты сказал, что одна девушка пострадала.

– Да, очень давно.

– Как это произошло?

– Я подвешивал ее к потолку игровой комнаты. Вообще‑то, это один из твоих вопросов. Карабины на потолке именно для подвешивания – игры со связыванием. Одна веревка затянулась слишком туго.

Потрясенная, она в мольбе протягивает ко мне руку, прося остановиться.

Слишком много информации.

– Пожалуйста, без подробностей. Значит, ты не будешь меня подвешивать?

– Нет, если ты не захочешь. Можешь внести подвешивание в список недопустимых действий.

– Ладно. - Она выдыхает с облегчением.

Давай дальше, Грей.

– Как насчет повиновения, думаешь, у тебя получится?

Она смотрит тем взглядом, который видит всю глубину моей темной души, и я не знаю, что она собирается сказать.

Черт. Вероятно, это может стать концом.

– Постараюсь,- говорит тихим голосом.

Теперь моя очередь выдохнуть. Я все еще в игре.

– Хорошо

– Теперь о сроках.  - Статья одиннадцать. -  Один месяц вместо трех – это слишком мало, особенно если ты хочешь проводить один уикенд в месяц без меня.  – Так мы ничего не достигнем. Она нуждается в обучении, а я не могу долго оставаться вдалеке от нее. И я говорю ей насколько это трудно. Может быть, нам нужен компромисс, как она и предложила. – Давай ты будешь проводить без меня один выходной день в месяц? Но тогда я требую одну ночь среди недели.

Я смотрю, как она взвешивает возможность.

– Согласна, - говорит она с ее серьезным выражением лица.

Хорошо.

– Пожалуйста, давай договоримся на три месяца. Если решишь, что такие отношения тебя не устраивают, можешь уйти, когда пожелаешь.

– Три месяца?  - спрашивает она. Она согласилась? Приму за положительный ответ.

Хорошо. Поехали.

– Что касается полного владения, то это просто термин, который берет начало в принципе повиновения. Он нужен, чтобы привести тебя к определенному образу мыслей, дать понять, что я за человек. И запомни – как только ты станешь моей сабой, я буду делать с тобой все, что захочу. Тебе придется это принять, и без возражений. Вот поэтому ты должна мне доверять. Я буду трахать тебя, когда захочу, где захочу и как захочу. Я буду тебя наказывать, потому что ты будешь ошибаться и нарушать правила. Я буду учить тебя доставлять мне удовольствие. Знаю, ты раньше с этим не сталкивалась, поэтому мы будем действовать постепенно, и я тебе помогу. Мы создадим разные сценарии. Я хочу, чтобы ты мне доверяла, но понимаю, что вначале должен заслужить твое доверие, и я его заслужу. Теперь о «других действиях по моему усмотрению» – опять же, эта формулировка используется для того, чтобы настроить тебя соответствующим образом, подготовить к любым неожиданностям.

Целая речь, Грей.

Она откидывается на спинку стула, как мне кажется, перегруженная информацией

– Ты меня слушаешь? – спрашиваю я мягко. Официант проскальзывает в комнату, и я кивком даю ему разрешение убрать со стола.

– Еще вина? – спрашиваю ее.

– Я за рулем.

Хороший ответ.

– Может, воды?

Она кивает.

– С газом или без?

– С газом, пожалуйста.

Официант уходит с нашими тарелками.

– Ты сегодня очень молчалива. – Она едва сказала и пары слов.

– А ты сегодня слишком многословен, – бросает она в ответ.

Верное замечание, мисс Стил.

Время для следующего пункта ее перечня вопросов. Пункт пятнадцать. Я делаю глубокий вдох.

– А теперь о наказании. Между удовольствием и болью очень тонкая грань, Анастейша. Две стороны одной монеты, они не существуют друг без друга. Я могу показать тебе, какой приятной может быть боль. Сейчас ты мне не веришь, но когда я говорю о доверии, то подразумеваю именно это. Будет больно, но эту боль ты вполне сможешь вынести. Я не могу подчеркнуть это достаточно. И опять же, все дело в доверии. Ты доверяешь мне, Ана?