Мастер напутствовал группу учеников, чьи сердца позвали их совершить паломничество:

—

Возьмите с собой эту горькую тыкву. Не забывайте окунать ее во все священные реки и брать с собой во все священные храмы.

Когда паломники вернулись, тыкву приготовили и подали как священную пищу.

—

Странно,

—

попробовав тыкву, лукаво произнес Мастер,

—

священные воды и храмы не сделали ее слаще!

Однажды Мастер удивил всех, сказав:

—

Жизнь похожа на автомобиль.

Услышать такое смелое сравнение из уст Мастера! Все застыли в ожидании объяснений.

—

Ах да,

—

произнес наконец Мастер.

—

На автомобиле можно достичь вершин.

Новая пауза.

—

Но нередко люди сами лезут под колеса, позволяя себя переехать. А потом во всем винят автомобиль.

Мастер требовал, чтобы его ученики серьезно относились к поставленной цели.

Тем не менее он одергивал их, когда они проявляли излишнее усердие в духовных исканиях. Учитель считал, что ко всему нужно относиться полусерьезно-полушутя, как это делает актер на сцене.

А еще нужно иметь огромное терпение. «Цветы не заставишь источать аромат,

—

любил повторять он.

—

А плоды не заставишь быть сладкими».

Мастер высмеивал тех учеников, которые слишком долго и тщательно обдумывают каждое свое решение.

—

Тот, кто долго думает, прежде чем сделать шаг, всю жизнь проживет на одной ноге.

В монастыре существовал определенный свод правил. Однако Мастер всегда выступал против тирании закона.

—

Послушание поддерживает традиции,

—

говорил он.

—

Любовь знает, когда их можно нарушить.

С тех самых пор, как он достиг Просветления, Мастер жил очень скромно

—

ему нравилась простая жизнь.

Однако он смеялся над учениками, которые решили вести скромный образ жизни, пытаясь подражать ему.

«Какой смысл копировать мои поступки, не зная их мотивов?

—

спрашивал он.

—

Или сами мотивы, не зная, откуда они взялись?»

Смысл этих слов стал понятнее, когда он сказал:

—

Разве козел становится раввином оттого, что у него тоже есть борода?

Один ученик приставал к Мастеру с бесконечными вопросами.

Мастер сказал ему:

—

В твоем сердце ответы на все твои вопросы, и только ты знаешь, как найти их.

На следующий день он добавил:

—

Твой путь к Истине не может быть освещен кем-то другим. Ты хочешь взять взаймы мой фонарь. Я же хочу научить тебя, как сделать свой собственный.

—

Сделав меня своим верховным авторитетом,

—

заметил Мастер восторженному ученику,

—

ты вредишь себе, поскольку не желаешь смотреть на мир собственными глазами.

Выдержав паузу, Мастер мягко добавил:

—

Ты вредишь и мне, поскольку не желаешь видеть меня таким, каков я есть.

К Мастеру пришел посетитель. Он назвал себя искателем Истины. Мастер сказал ему:

—

Если ты действительно ищешь Истину, то в тебе обязательно должна присутствовать…

—

…Знаю! Непреодолимая страсть к Истине.

—

Нет. Готовность признать, что ты можешь ошибаться.

Уже который день Мастер был в предсмертном забытьи. Время от времени он открывал глаза и неизменно видел рядом своего любимого ученика.

—

Ты что, не отходишь от меня?

—

тихо спросил Мастер.

—

Я не могу, Учитель.

—

Почему?

—

Потому что ты

—

свет моей жизни. Мастер вздохнул.

—

Неужели я так ослепил тебя, сын мой, что ты отказываешься видеть свой

собственный

свет?

Мастер сосредоточенно слушал известного экономиста, излагавшего свою теорию развития.

—

Является ли рост главным показателем в экономической теории?

—

Да. Всякий рост

—

это хорошо.

—

Не так ли думает и раковая клетка?

—

заключил Мастер.

—

Как стать великим человеком

—

таким, как ты, Мастер?

—

Зачем обязательно становиться великим? Быть человеком

—

уже великое достижение.

Мастер учил, что вина в

любом

проявлении

—

пагубное чувство, которого нужно избегать, как самого дьявола.

—

Но разве мы не должны ненавидеть свои грехи?

—

спросил ученик.

—

Если ты чувствуешь свою вину, то ненавидишь не свой грех, а себя самого.

В тот день, как нарочно, каждый посетитель спрашивал только об одном: что будет после смерти.

Мастер только смеялся и ничего не отвечал.

После ученики спросили, почему он все время уклонялся от ответа.

—

Вы замечали, что загробной жизнью интересуются именно те, кто не знает, что делать с этой? Им нужна еще одна жизнь, которая длилась бы вечно,

—

ответил Мастер.

—

И все-таки

—

есть жизнь после смерти или нет?

—

упорствовал один из учеников.

—

Есть ли жизнь

до

смерти

—

вот в чем вопрос,

—

загадочно ответил Мастер.

Один ленивый ученик пожаловался, что ему ни разу не удалось испытать то состояние тишины, о котором так часто говорил Учитель.

—

Тишина приходит лишь к деятельным и энергичным,

—

ответил Мастер.

Группа политических активистов пыталась убедить Мастера в том, что только их идеология способна изменить мир.

Мастер внимательно слушал. На следующий день он сказал:

—

Идеология бывает хорошей или плохой в зависимости от того, кто ее использует. Если бы миллион волков объединились для борьбы за справедливость, неужели от этого они перестали бы быть миллионом волков?

Ученики часто спорили о том, что такое добро и что такое зло. Иногда ответ был очевиден, иногда нет.

Если Мастеру и случалось присутствовать при этих спорах, он не принимал в них никакого участия.