Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Примечательно и то нарочитое внимание, которое Андропов проявляет к советскому еврейству. Первое гласное выступление его в качестве "президента" ознаменовалось публикацией скромного, но выразительного документа: 17 июля был награжден академик Голь-данский Виталий Иосифович. Среди тысяч и тысяч награждаемых был избран именно он для первого указа Андропова. Случайность? Возможно. Но вскоре, 8 августа, наградили званием Г ероя четырех ткачих, одна из них из Биробиджана - Арнаполина Елена Кальма-новна. Можно не сомневаться, что это действительно хорошая труженица, но почему из сотен тысяч ткачих (белорусок, узбечек, таджичек, литовок и т.д.) избрали именно ее, да еще в таком малом числе лиц? И разве евреи занимают заметную долю среди работников текстильной промышленности? И зачем было напоминать о липовой "Еврейской автономной области", где "коренные жители" составляют ничтожную долю населения, что вызывает только смех по всей стране - кстати, среди самих евреев в особенности? Не может быть никаких сомнений, что все это было сделано с явным намеком для понимающих. Что ж, намек понят и дал дополнительный отсвет на теоретическое положение о внимании к "малым нациям"...

О жизненном пути Андропова известно очень мало, а все известное - из косвенных источников. Народу и партии не удосужились сообщить даже того, что о всем надоевших космонавтах сообщается с немалыми подробностями. Напомним, что основные вехи биографий Ленина, Сталина, Хрущева и Брежнева народ достаточно хорошо знал еще при их жизни. Жены Хрущева и Брежнева появлялись "в свете", об их детях и зятьях тоже все хорошо знали (каковы уж они были - другой вопрос). С любой точки зрения эта скрытность несколько настораживает. Если уж такой он скромный, зачем ему было брать на себя роль президента, обязывающую к публичности?

Отметим для объективности еще один второстепенный, но любопытный штрих. Западные "голоса" сплошь хвалят Андропова, сочувствуют его "борьбе" с некими "консерваторами", хотя никакие подробности этой "борьбы" почему-то не оглашаются. И еще: об Андропове выступили со скороспелыми сочинениями такие небезызвестные личности, как Авторханов, Рой Медведев и Янов. Оценки, данные ими Андропову, были самые восторженные. Удивительная картина: чеченец, служивший гестапо, а теперь ЦРУ, и два еврея-диссидента вдруг дружно хвалят недавнего начальника Лубянки! "Полна чудес великая природа!"

Андропов оказался явно нелюдим. Он показался, было, на людях, посетив московский завод, но вел себя угловато, беседовал с людьми неловко. Видимо, это стоило ему такого напряжения, что более он нигде так и не решился публично появиться. В век телевидения политическим деятелям, хочешь, не хочешь, приходится показываться на экране. Поначалу показали несколько раз и Андропова. Показали и. перестали. Он оказался удивительно необаятелен даже для советских граждан, куда как не избалованных обаянием своих вождей. На парад и демонстрацию 7 ноября 1983 года Андропов не явился. Это был шок для советского народа! С середины 20-х годов вожди нашей партии и государства всегда

Semandropov

стояли на трибунах, даже осенью 41-го. Полуживой Брежнев все же распорядился принести себя на Красную площадь за неделю до кончины. Наконец, состоялся пленум ЦК, где Андропов опять отсутствовал. Неслыханное событие в истории партии! Такого не наблюдалось более 60 лет, с тех пор, когда "завещание" парализованного Ленина зачитали на XII съезде. Но то был все же Ленин. Как бы ни относиться к нему, но он являлся создателем партии и ее признанным вождем, руководителем Октября, теоретиком и партийным публицистом. Ничего даже приблизительно схожего нет у Андропова. Надо обладать огромной уверенностью в своих силах, чтобы так попирать традиции в традиционной стране и при этом по-прежнему получать восхваления на уровне последних брежневских лет.

Сказанного довольно.

КОНЧИНА БЕЗ ЗАВЕЩАНИЯ

Андропов умирал долго, медленно и неотвратимо. Видимо, он сам это понимал. О чем он думал, что творилось тогда в его душе, человека сильного, но совершенно безбожного, - этого мы не знаем, и узнать нам того нельзя ни из каких источников. Писал он то, что называется "стихами" (их теперь даже хвалят, и в самом деле не хуже они сочинений какого-нибудь "лауреата", даже чуть пограмотнее, но... не станем обсуждать, ибо придется задеть тут очень уж многих). Во всяком случае, мы цитировать его опубликованные "стихи" не станем. Однако лишь скажем еще раз - писание стихотворных текстов пожилым человеком точно свидетельствует о его сугубо закрытом и романтическом характере. Романтик, мы уточним, это не байроновский герой с нахму ренными бровями, а именно замкнутый мечтатель. Он мечтал всю жизнь о высшей власти. Редко, но все же иногда романтические мечты сбываются.

Получив долгожданную верховную власть, он смог очень неважно ею распорядиться. Внешняя сторона его жизни последних месяцев хорошо известна. Лекарства не помогали. Летом 1983 года здоровье Андропова продолжало ухудшаться. У него на ногах появились незаживающие язвы, усилилось дрожание рук, большую часть времени он работал в загородном доме, часто не вставая с постели. Во время визита в Москву канцлера ФРГ Г. Коля Андропов принимал его в Кремле, однако не смог без помощи двух телохранителей выйти из машины и подняться на тротуар перед Кремлевским дворцом. Кто-то из немецких корреспондентов сумел в это время сделать несколько снимков, и они были опубликованы в журнале "Шпигель" (самый тиражный тогда журнал ФРГ).

Наконец, 1 сентября Андропов провел, как потом оказалось, последнее в своей жизни заседание Политбюро. По свидетельству очевидцев, Генсек выглядел очень усталым и малоподвижным. В этот же день вечером он улетел в Крым, в отпуск. Уже через несколько дней отдыха состояние Андропова улучшилось, и он стал вполне сносно ходить. Вскоре, однако, самочувствие больного Генсека вновь резко ухудшилось. Согласно воспоминаниям Е. Чазова, начавшийся кризис был связан с трагическим случаем, произошедшим с Юрием Владимировичем во время отдыха.

"Перед отъездом из Крыма мы предупредили всех, в том числе и Андропова, что он должен строго соблюдать режим, быть крайне осторожным в отношении возможных простуд и инфекций. Организм, почти полностью лишенный защитных сил, был легко уязвим и в отношении пневмонии, и в отношении гнойной инфекции, да и других заболеваний. Почувствовав себя хорошо, Андропов забыл о наших предостережениях и решил, чтобы разрядить, как ему казалось, больничную обстановку дачи, съездить погулять в лес. Окружение не очень сопротивлялось этому желанию, и он с большим удовольствием, да еще легко одетый, несколько часов находился в лесу.

Надо знать коварный климат Крыма в сентябре: на солнце, кажется, что очень тепло, а чуть попадешь в тень зданий или леса - пронизывает холод. К тому же уставший Андропов решил посидеть на гранитной скамейке в тени деревьев. Как он сам сказал позднее, он почувствовал озноб, почувствовал, как промерз, и попросил, чтобы ему дали теплую верх-

Semandropov

нюю одежду. На второй день развилась флегмона. Когда рано утром вместе с нашим известным хирургом В.Д. Федоровым мы осмотрели Андропова, то увидели распространяющуюся флегмону, которая требовала оперативного вмешательства. Учитывая, что может усилиться интоксикация организма, в Москве, куда мы возвратились, срочно было проведено иссечение гангренозных участков пораженных мышц. Операция прошла успешно, но силы организма были настолько подорваны, что послеоперационная рана не заживала...

Мы привлекли к лечению Андропова все лучшие силы советской медицины. Однако состояние постепенно ухудшалось - нарастала слабость, он опять перестал ходить, рана так и не заживала. Нам все труднее и труднее было бороться с интоксикацией. Андропов начал понимать, что ему не выйти из этого состояния".

71
{"b":"236598","o":1}