Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Однажды усвоив эту истину, мы уже не сможем не задавать себе жизненно важные вопросы: что я на самом деле думаю и чувствую? Почему некоторые события меня огорчают? Что нужно, чтобы в моей жизни стало меньше стрессов? Что принесёт мне счастье? Какова цель моей жизни? Кто я? В ответах на эти вопросы–путь к свободе от последствий стресса.

Стресс-реакция — это запрограммированная реакция тела на страх. В доисторические времена, когда оружием нам служили только палки, камни да хитроумные уловки, весь природный мир представлял реальную и постоянную угрозу самой нашей жизни. Чтобы выжить при нападении животного или другого человека, требовалась огромная физическая сила, позволяющая либо справиться с противником, либо спастись бегством. Чувство страха представляло собой сигнал к немедленному выбросу адреналина и прочим психофизиологическим реакциям, способным обеспечить нашему далёкому предку выживание в опасной ситуации. Проблема современного человека состоит в том, что этот примитивный механизм работает, как хорошо натренированный пожарный: он с одинаковой эффективностью реагирует на любой сигнал тревоги — даже ложный. В наши дни не так уж часто приходится защищаться от непосредственного физического нападения, но из-за высоких скоростей и напряжений, отличающих современный образ жизни, многие из нас пребывают в боевой готовности постоянно.

Поскольку система «тело—ум» не отличает реальную опасность от воображаемой (если бы отличала, мы не просыпались бы от кошмарных снов в холодном поту), то необходимо найти новый способ адаптации к перегрузкам, иначе они будут негативно сказываться на состоянии нашей кожи и всего тела. И один из самых эффективных способов — развить новые привычки мышления и действия.

«Восприятие,— пишет Эшли Монтегю в книге «Возвратить молодость», — это ощущение, наделяемое неким значением». Как мы помним из первой главы этой книги, человек от рождения обладает способностью распознавать два базовых ощущения: наслаждение и боль. Ощущение наслаждения — это инстинктивная реакция на удовлетворительный стимул, ощущение боли — на неудовлетворительный. Иными словами, источник наслаждения — равновесие, а источник боли — стресс. Позже мы покажем как распознавать эту пару противоположных ощущений под маской самых разнообразных имён: спокойствие и тревога; удовлетворение и фрустрация; счастье и несчастье.

Но всё это будут лишь нюансы и вариации двух базовых человеческих эмоций — любви и страха. Как уже объяснялось, каждый человек обычно трансформирует боль и страх в особую эмоциональную реакцию, зависящую от его врождённой конституции. По существу, все негативные психические проявления — депрессия, ярость, нечестность, сомнения, зависть, собственнические чувства и так далее — рождаются из страха, а страх — это отсутствие целостности.

От страха к свободе

Большинство людей всецело сосредоточены на избавлении от телесной дисгармонии — ведь она так осязаема и очевидна! Люди не понимают, что истинные причины всех человеческих горестей — не телесные, а душевные расстройства: беспокойство, эгоизм и прочее, а также духовная слепота, не позволяющая распознать подлинный смысл жизни.

Йогананда

Чего вы боитесь? Потерять молодость? Потерять любимого человека? Потерять деньги? Потерять уважение окружающих? Потерять контроль над собой? Или потерять самую жизнь? В чём бы ни заключался ваш тайный страх, помните, что все страхи рождаются из одного источника — ложного представления о том, что нам вообще есть что терять.

Это заблуждение — причина всех эмоциональных стрессов. Истинная природа Я безграничное и неизменное сознание, сама Полнота, к которой невозможно что-либо прибавить и от которой невозможно что-либо отнять. Это Я приходит в мир неповторимым и довершенным — и таким же покидает мир.«Материалистические предрассудки заставляют нас считать молекулы источником жизни,— пишет Дипак Чопра в книге «Вечное тело, вневременный ум», — сбрасывая со счетов тот факт, что тело только что умершего человека состоит из тех же самых молекул, из которых состояло перед смертью,— включая и полный набор ДНК». В самом деле, когда я умру, моё тело никуда не денется, но врач скажет:«Она ушла». Кто же уйдёт на самом деле? В момент смерти нечто уходит из тела, и это нечто — я. Я ничего не принесла с собой в этот мир — и ничего не заберу с собой, кроме себя самой. Всё, чем я владею,— это лишь временная собственность, не исключая и тело. Только отказавшись от своих «материалистических предрассудков», вы сможете оценить по достоинству удивительное единство и текучую изменчивость бытия. Вы — это не тело, а согласованная система «тело—ум», не клетки, а клеточная память, не молекулярные структуры, а разум, управляющий этими структурами, не короткоживущие квантовые частицы, а бессмертное сознание, проявляющееся в бесчисленном множестве форм. Всё проходит — но вы пребываете вечно. Так чего же бояться? Природа сознания — ананда, чистое блаженство. Природа страха — майя, иллюзия. Страх — это ошибочное представление о том, кто вы есть на самом деле и в чём заключается смысл вашей жизни. Когда ваше восприятие и цель прояснятся, сознание разгонит все страхи, подобно тому как свет разгоняет тьму. Без страха не будет и стрессов, а со стрессами исчезнет и главная причина старения и болезней.

Аюрведа разворачивает перед нами перспективы, столь же отличающиеся от материалистических воззрений современной западной культуры, как квантовая механика отличается от классической физики. Древнейшая из наук сходится с самой передовой из наук современности, утверждающей, что человеческое сознание влияет на состояние физической вселенной — что мысль определяет бытие. Соотносительный ведический принцип гласит: всякий объект, на который мы направляем своё внимание, растёт и усиливается. Эти идеи составляют основу аюрведического подхода к проблеме снятия стресса и достижения красоты — подхода, основанного на культивировании сознательного внимания, на деятельной роли сознания и на сознательной роли действия. Сознательное внимание — это сознательный выбор точки сосредоточения мыслей в каждый момент времени. Отличительный признак человека — способность проявлять свободу воли. Многие думают, что свобода воли — это свобода действовать по своему желанию. Но это ошибка. Мы вовсе не обладаем неограниченной свободой действия. Ведь все обычные человеческие действия (о чудесах речь не идёт) ограничены хотя бы законами физики, и свободны мы в своих действиях только в рамках этих законов. К примеру, мы не можем пешком дойти до Луны.

Свобода воли — это не свобода действия, а свобода мысли, свобода прикладывать силу своего внимания, или сознания, так, как нам угодно. И эта свобода действительно безгранична. На уровне сознания мы можем летать без помощи машин, двигаться быстрее света и даже, если пожелаем, созерцать Божество. Мы можем вообразить себе худшее из зол и лучшее из благ. Мы можем постичь непостижимое. И эта способность к свободному выбору мыслей и целей в любой момент времени — единственная наша абсолютная свобода. А сознательное внимание — это единственный аспект нашего существования, над которым мы обладаем полной и безраздельной властью. Однако мы то и дело отрекаемся от этой власти, действуя бездумно, допуская в свою жизнь разрушительные мысли и чувства и пассивно принимая навязанные нам обстоятельства, представления или установки за истины в последней инстанции. Мы не задаём вопросов, не оглядываемся вокруг, не удивляемся, не слушаем, не предпринимаем попыток что-то изменить. Мы довольствуемся чрезвычайно узким кругом возможностей.

Более того, мы боязливо цепляемся за эту «дозволенную» малость, полагая, будто бы ни на что иное не стоит даже надеяться. Так ведут себя не только отдельные люди, но и коллективы, и целые народы. Авторы книги «Мыслящее тело, танцующий ум» в качестве примера того, какой невероятно мощной сдерживающей силой обладают коллективные представления, приводят историю рекордного забега Роджера Баннистера. До того, как Роджер Баннистер в 1954 году преодолел четырёх минутный рубеж в беге на одну милю, десятки медицинских журналов опубликовали отчёт об исследовании, якобы «доказавшем», что человек по самой своей физической природе не способен бежать с такой скоростью. Во всём спортивном мире это утверждение было принято как неоспоримый факт. И всё же спустя полтора года Баннистер совершил «невозможное». А затем его достижение повторили ещё сорок пять легкоатлетов. Неужели все эти спортсмены только по чистой случайности улучшили свои показатели за столь недолгий промежуток времени? «Гораздо более правдоподобное объяснение,— пишут Юан и Линч, состоит в том, что как только удалось сломать этот четырёхминутный барьер, все поверили в то, что его можно преодолеть ещё раз».

87
{"b":"224731","o":1}