Они пролетели Стэки, и Маргью стала еще внимательнее вглядываться в однообразную поверхность океана.
— Сигнал! — неожиданно воскликнул пилот. — Сигнал маяка!
Самолет лег на одно крыло. У Маргью от неожиданности замерло все внутри, она прижала лоб к стеклу иллюминатора, пытаясь что-нибудь разглядеть.
Первым плот заметил майор. Маргью услышала его возглас. Пилот снова развернул самолет, и тогда она увидела на серо-зеленой поверхности океана желтую точку. Интересно, кто-нибудь жив? Как вообще они здесь оказались?
— Спускаемся, — сообщил им пилот.
Маргью нахмурилась. Спускаемся? Что-нибудь с самолетом?
— Все в порядке, энсин, — сказал майор, поймав ее взгляд. — Не забывайте, что это гидроплан. Он может садиться на воду.
Маргью судорожно вздохнула. Она не против купания в защищенной лагуне, спокойной и неглубокой. Но слышать о самолетах, способных садиться на поверхность океана и не тонуть, ей не приходилось. В это невозможно было поверить.
— Наденьте капюшоны, — приказал пилот.
Маргью вытащила капюшон из кармашка на воротнике защитного костюма. К чему все эти предосторожности, если самолет может садиться на воду? Тем не менее она натянула защитные перчатки и проверила, чтобы кошки на запястьях и икрах были в закрытом положении. Потом выглянула в окно. Самолет висел совсем низко над морем, было видно, как вздымается поверхность океана, как отражается яркий желтый купол спасательного плота. А еще Маргью видела, как в воде плавают какие-то длинные, темные существа.
— Здорово, правда? — сказал ее сосед. — Какое приключение, я никогда еще не садился в гидроплане на воду. — Вид у него был совсем не испуганный. Маргью, напротив, одолевал страх, хотя она ни за что бы в этом не призналась. — Конечно, если пилот посадит машину слишком быстро или под слишком большим углом, нам конец, а жаль. Погодите… гравитационное притяжение на этой планете составляет одну целую двенадцать тысячных земного, а это означает, что…
Маргью постаралась отключиться и не слушать его. Она бы и глаза закрыла, но была не в состоянии отвести взгляд от надвигающейся водной глади… хотя по мере приближения, поверхность океана уже не казалась ей такой гладкой. Потом девушка увидела брызги. Амортизационная подушка погрузилась в воду, гидроплан сильно качнуло, он замедлил ход, а потом и вовсе остановился. Маргью почувствовала, как они качаются на волнах вверх и вниз, словно в лодке. Бортовой двигатель на ее стороне замолк, брызги больше не застилали иллюминатор. Она вспомнила лекцию: во время аварийной посадки на воду остаются включенными только два двигателя, пропеллеры работают не в полную силу, чтобы не задеть спускаемые на воду спасательные плоты. Видимо, и сейчас двигатели отключили, чтобы не повредить плот.
Гидроплан поднялся на волне, и Маргью снова заметила на некотором расстоянии желтый купол плота. Раздался голос пилота:
— У нас нет метеосводки, МетСат IV снова вышла из строя, и хотя сейчас полный штиль, я не уверен, что это надолго. Я тут задерживаться не собираюсь. Вы должны в точности выполнять приказы командира экипажа.
Командир подозвал их к себе. Профессор поднялся на ноги и пропустил Маргью вперед, но майор все равно прошел первым.
— Майор, вам и энсину нужно будет тянуть этот линь… аккуратно…
Маргью обернула веревку несколько раз вокруг руки в перчатке. Линь так линь, пусть называют его как угодно, но для нее это веревка. Такая же веревка, что на ферме, где прошли ее детство и юность. Майор стоял впереди и загораживал собой весь вид, но она все же успела заметить, что вода совсем близко, почти под ногами, и дальше до горизонта — вода, вода, вода. Девушка почувствовала, что дрожит.
— А почему не привязать веревку к гидроплану? — спросил майор.
— Сэр, мы никогда не привязываем самолет к таким предметам, как плот. Если он перевернется…
— Но это же спасательный плот, — настаивал майор. — Он не должен перевернуться. И тогда мне не надо будет стоять тут и держать эту дурацкую веревку.
— Да, сэр… дайте-ка мне на секундочку. — Командир взял веревку из рук майора, протянул ее Маргью, а потом неожиданно подошедшему профессору.
В этот момент открылся клапан купола и наружу выглянул человек — голова в капюшоне защитного костюма ПЗК.
— Кто вы? — прохрипел он.
— Я мастер Стивере, — ответил командир. — А вы… пропавший капрал Мехарри?
— Они доложили, что я пропал? — Странные интонации в голосе. Маргью видела, как напряжено лицо у капрала. — Меня хотели убить.
— Где комендант Бэкэрион?
— Она… ее… она здесь. — Мехарри откинул клапан купола. Маргью ничего разглядеть не смогла, но заметила, как напрягся майор.
— Это… она ранена, она…
— Она мертва, сэр, — сказал Мехарри.
— Мы должны будем расследовать все обстоятельства ее гибели, — сказал майор.
— Да, сэр, но сначала…
— Никаких «но», капрал. Мастер… э-э-э… Стивере… возьмите этого человека под арест…
— Сэр, он несколько дней провел на спасательном плоту… ему нужна помощь…
— Он свидетель, если не убийца. Под арест, мастер, и немедля…
— Мы должны поднять его на борт.
— И тело тоже. И плот.
— Сэр, я обязан спросить разрешения у пилота Гальвана. Плот трудно поднять на борт.
— Мы не можем бросить вещественные доказательства…
Пилот был другого мнения.
— Сначала мы поднимем на борт этого человека. Он уже несколько дней на плаву. Да еще в такую погоду. Чудо, что он вообще жив. Майор, держите линь. А вы, профессор, вернитесь на свое место.
Маргью и майор сделали все так, как приказал пилот: оба ухватились за линь и намотали его на выступ внутри гидроплана. Пилот называл этот выступ каким-то специальным термином, но Маргью пропустила слово мимо ушей, вместо этого она сосредоточилась на том, что линь должен быть натянут до предела. Им нужно было подтащить плот к гидроплану. Второй пилот и командир экипажа помогли капралу Мехарри перелезть через надутый борт плота и забраться в гидроплан.
Капрал казался бледным и изможденным. Он даже стоять не мог, все время спотыкался и прислонялся к стене. Второй пилот и командир экипажа помогли ему добраться до кресел и уложили его на двойное сиденье. Профессор Айдерссон тут же занялся пострадавшим. Майор обратился к Маргью:
— Энсин… полезайте на плот и подготовьте тело коменданта. Мы должны поднять его на борт.
Маргью в недоумении уставилась на майора, но успела вовремя остановиться, хотя вопрос «Я, сэр?» так и вертелся на языке. Она с надеждой посмотрела на второго пилота, тот был занят защитным костюмом капрала.
Маргью и представить не могла, что ей когда-нибудь доведется попасть на окровавленный спасательный плот, болтающийся на волнах посреди океана, для того чтобы подготовить к переправке на гидроплан тело убитого коменданта. Она осторожно перебралась через надутый край плота. Плот ходил под ней ходуном, ощущение было не из приятных. Она и раньше видела мертвецов, которые пролежали уже несколько дней. Но на суше, в сухом, теплом климате ее родной планеты. Большего ужаса, чем здесь, на прыгающем посреди враждебного океана плоту в компании окоченевшего трупа, испытывать ей не приходилось. Маргью оглянулась на гидроплан, отсюда он показался ей маленьким и совсем не надежным.
Потом она почувствовала запах. Из-за низкой температуры воздуха разложение шло крайне медленно, но все равно внутри купола стоял жуткий смрад гниющей человеческой плоти, запах смерти. Плот качнуло, и Маргью еле удержалась на ногах. Она быстро отстегнула купол от крепежей и завернула края. Лучше уж вдыхать выхлопные газы.
— Поторопитесь, энсин, — приказал майор.
— Извините, сэр. — Бэкэрион была крупнее Маргью. Девушке никак не удавалось сдвинуть с места ее изуродованное тело. Даже на твердой земле ей было бы трудно справиться с этой задачей, а на плоту и вовсе ничего не получалось.
— Обвяжите ее линем, и мы вытащим сами, — предложил профессор, он снова стоял рядом с майором.