Литмир - Электронная Библиотека

Николай Новиков

Месть карьерского оборотня

Глава 1

Он бежал по старому карьеру, где некогда добывали песок и гравий, а теперь в огромной, неправильной формы яме с рваными краями остались озера (их еще называли котлованами), заполненные чистой родниковой водой, с красивыми песчаными пляжами, которые обрамляли густые заросли прибрежного камыша и чакана. Котлованы возникли в тех местах, где песок и гравий черпали со дна карьера до тех пор, пока подземные воды не заполняли выработку, тогда черпали в другом месте, не пропадать же добру! Пространство между котлованами заросло кустарниками дикого терновника и боярышника, осокой и колючими шарами перекати-поля.

Там были и дорожки, по которым даже мотоцикл с коляской мог проехать, но он стремительно мчался вперед, не глядя под ноги и чувствуя невероятную мощь в своем теле. Вот заросли терновника, метров на пять протянулись, а высота кустов около двух метров, а то и больше. Оттолкнувшись всеми четырьмя лапами от песка, он взмывает над ними и, распластавшись в полете, легко преодолевает преграду. Вот перед глазами внезапно вырастает колючая ветка — он успевает увернуться и мчится дальше. Глухая ночь, идет занудливый осенний дождь, в старом карьере темно, человек в двух шагах от себя кустарника бы не разглядел, а он все видит прекрасно, только в серо-голубом призрачном свете, как в прибор ночного видения, такие виды нередко показывают по телевизору в американских боевиках.

Он мчался к дальнему озеру, не понимая, зачем, но мчался решительно и очень быстро. Еще один прыжок, почти полет над верхушками темных от влаги, безлистных колючек терновника, — и он увидел берег дальнего озера, а там стоял огромный зверь, почти волк, но в три раза больше и с уродливой тупой мордой. Страшные красные глаза в упор смотрели на него. Захотелось повернуть назад и бежать, бежать прочь от этого жуткого места, но ноги сами несли его на желтый песок берега.

Резко остановившись в нескольких метрах от зверя, он уставился на него, готовый к любым неожиданностям. И вдруг страх прошел так же внезапно, как и появился, и он понял, что зверь не может причинить ему вред, хоть и смотрит злобно, ковыряя страшными черными когтями прибрежный песок.

— Почему? — услышал он глухой, низкий голос, похожий на звериный рык. — Почему ты не воспользуешься силой, дарованной тебе?

Челюсти зверя были приоткрыты, но громадные белые клыки в них не двигались, голос звучал в голове Романа.

— Я не хочу! — ответил он, заметив, что и его челюсти остались сомкнутыми. — Не нужно мне этой твоей силы, и вообще, оставь меня в покое!

— Ничего уже нельзя изменить. Рано или поздно ты разозлишься и погибнешь, если не научишься быть осторожным и управлять своим даром. Ты должен научиться. Я помогу тебе, мы учли все ошибки, допущенные прежним вариантом.

— Нет, нет! Я не хочу! Оставь меня в покое! — яростно крикнул Роман.

Как это получилось, он не понимал, ведь челюсти его были плотно сомкнуты, ни голоса, ни рыка не разнеслось у дальнего озера, но он крикнул, и зверь его услышал.

— Это невозможно. Злоба людская жива, и ты один можешь справедливо наказывать всех негодяев, ты — кара для них, жестокая и неотвратимая.

— Я человек. Негодяев должны наказывать те, кто имеет право на это.

— Ты будешь терпеть издевки подлеца? Над собой, над родными, над подругой?

— Я отвечу, но сам, без твоей помощи, понял?

— Не получится. Ты слаб и беспомощен перед силой власти и силой бандитского оружия. Ты выйдешь из себя и будешь уничтожен, потому что о нас тут уже знают. Тебя выследят и застрелят, как бешеного пса. Только я могу научить тебя правильно обращаться с великой силой, обмануть людей.

— Отвяжись от меня! Я же сказал — не хочу! Нет, нет, нет!

Тело зверя затряслось, контуры его вспыхнули голубым свечением, он еще был виден, но сквозь него уже проглядывала холодная вода и мелкие круги на ней от дождевых капель. Еще мгновение, и зверь исчез полностью, а вместе с ним и берег дальнего озера в старом карьере.

Роман Клейн открыл глаза, уставился в белый потолок, не понимая, где он находится. И лишь спустя минуту, сообразил, что лежит в своей комнате, в постели, за окном уже рассвело, а рядом с его кроватью стоит встревоженный отец.

— Рома, что случилось? Ты кричал во сне, — сказал Федор Петрович. — Плохой сон приснился?

— Ну, — сказал Роман. Подумал-подумал и добавил: — Вроде как Иван Потапов отправляет меня в армию, прикинь, да?

— Иван тебе никогда плохого не желал, — со вздохом сказал Федор Петрович. — Не надо об этом, я и так сильно ошибался, когда думал, что Иван плохо относится к тебе… Ты ведь именно это говорил мне, верно?

— Да ладно, пап, я пошутил. Все нормально. Ты сегодня в первую? Я тоже. Сваргань что-нибудь на завтрак, я минут через десять приду. Плохо, что Катька выскочила за Ивана, да? Завтрак некому готовить…

— Почему плохо? Я могу сварить яйцо вкрутую на завтрак, чай или кофе, и ужин приготовить. Я все могу, Рома. А за Катю мы можем только радоваться, она счастлива с Иваном, это хорошо… Ты нормально себя чувствуешь?

— Отлично.

Федор Петрович согласно кивнул и вышел из комнаты. Был он самым уважаемым в поселке машинистом экскаватора, а сын его работал помощником машиниста. В новом карьере с утра до поздней ночи работали электрические экскаваторы, одни грузили песок и гравий на платформы, которые подтягивали тепловозы, другие опорожняли свои ковши над кузовами тяжелых «МАЗов» и «КамАЗов». В последнее время спрос на стройматериалы значительно увеличился, люди стали жить чуток лучше и сразу кинулись строиться. А что построишь без песка и гравия? Деревянные дома на Кубани так и не стали популярными, строили в основном из кирпича. А для его производства нужна была не только глина, но и песок. Да и вообще, без песка и гравия не могли обойтись не только силикатные заводы, но и заводы железобетонных изделий, и дорожники, и частники на своих участках.

Потому-то классный экскаваторщик и был уважаемым человеком в поселке Карьер. А Федор Петрович Клейн (о том, что он Фридрих по паспорту, и сам не часто вспоминал) был не просто классным машинистом, а еще и учителем большей части нынешних экскаваторщиков.

Жена его умерла несколько лет назад, в хозяйственных вопросах ее заменила старшая дочь Катя, но теперь, когда Катя стала женой местного участкового Ивана Потапова и ушла жить к нему, двум мужчинам сложновато было, хотя Федор Петрович, как истинный немец, пусть и российский, умел все делать сам, да не так, как это получалось у Кати. Она часто приходила, борщ сварит, ужин приготовит, но это все же не то, что было, когда Катя жила дома.

Роман помнил сон до мельчайших деталей. Он снился ему часто, один и тот же: страшный зверь на берегу дальнего озера требовал, чтобы он воспользовался силой, которая ему дана. Не хотелось подчиняться ему, противился, как мог, но зверь был настойчив. У него имелась причина для этого.

Роман был вместе с Катей и Потаповым у дальнего озера в старом карьере, своими глазами видел, как уничтожили самого настоящего оборотня. Точно такого, какой приходил к нему во сне. Помнил, как чудовище прыгнуло на него, оскалив жуткую пасть и вытянув лапы с когтями, похожими на черные серпы. Падая, он почувствовал легкую резь в плече, даже не понял, что случилось. Потом чудовище было уничтожено и вскоре превратилось в голого начальника электроцеха завода железобетонных изделий, или просто ЖБИ-7, Егорова. Это потрясло Романа настолько, что даже мысль о том, что он может стать таким же чудовищем и погибнуть так же, внушала ужас.

Зверь все же зацепил его и, значит, передал ему свою силу. Роман не сразу это понял, только потом, когда стали сниться жуткие сны, вспомнил, что резь в плече появилась еще до того, как он упал.

Никто не знал, что зверь его ранил. Роман упал плечом на острый камень, лежащий у берега, царапина превратилась в кровоточащую ссадину, даже проницательная баба Лиза ничего не заподозрила. О том, что он был там, ни районные оперативники, ни тем более Иван, упоминать не стали. Районное начальство велело всем, кто принимал участие в этой операции, подписать бумаги о неразглашении государственной тайны. В поселке Карьер ходили слухи про оборотня, но официально их никто не подтвердил. Баба Лиза, которая, собственно, и убила зверя, без нее он бы всех там уничтожил, тоже, наверное, подписала какие-то бумаги, да она вообще была не очень-то разговорчивой.

1
{"b":"200961","o":1}