ЗАКОН ДЖУНГЛЕЙ [234] Внемлите Закону Джунглей, он стар как небесная твердь, Послушный Волк преуспеет, но ждет нарушителя смерть. Как питон, что ствол обвивает, в обе стороны действен Закон: Стая сильна лишь Волком, а Волк лишь Стаей силен. Пейте вволю, но в меру, и мойтесь от носа и до хвоста, Спите днем, — для охоты ночная предназначена темнота. Пусть Шакал подбирает за тигром, — ты, безусый Волчонок, не смей! Помни — Волк природный охотник, пищу сам добывать умей! С владыками — Тигром, Пантерой и Медведем не ссорься, ни-ни! Не тревожь молчащего Хати, Кабана в кустах не дразни! Если в Джунглях две стаи сойдутся, приляг в сторонке и жди: Может быть, к обоюдному благу договорятся Вожди. С Волком из собственной Стаи сражайся в честном бою; Тот, кто ввяжется в ваш поединок, ослабляет Стаю свою. В логове Волк — хозяин, и защитный Закон таков, Что там и Вожак не властен и даже Совет Волков. Если логово слишком открыто и в нем убежища нет, Ты должен сыскать другое, — так решает Совет. До полуночи убивая, не взбудораживай лес, Не спугни второго оленя, — он нужен другим позарез. Для себя, Волчат и Волчицы убивай, если в пище нужда, Но нельзя убивать для потехи, Человека же — НИКОГДА. Право Стаи — право слабейших; коль добычу у них довелось Отобрать, не ешь без остатка, но им шкуру и голову брось. Ешь добычу Стаи на месте, набивай до отвалу пасть, Но умрет любой, кто в берлогу унесет хоть малую часть. Волк — хозяин своей добычи, и не смеет Стая, пока Он не даст на то разрешенья, от мяса урвать ни клочка. Годовалый Волчонок вправе, если убийца сыт, Достать свою долю мяса, — отказ ему не грозит. Право Логова — Матери право; от каждой добычи она Для выводка заднюю ногу должна получить сполна. Вправе Отец в одиночку семье добывать обед; Он волен от вызовов Стаи, судья ему — только Совет. Вожак — это сила и опыт, и ведомо испокон, Что там — где Закон не предвидит, приказ Вожака — Закон. Блюди же Законы Джунглей, их много, от них не спастись, У них голова и копыто, горб и бедро: подчинись! ЕСЛИ… [235]
О, если ты покоен, не растерян, Когда теряют головы вокруг, И если ты себе остался верен, Когда в тебя не верит лучший друг, И если ждать умеешь без волненья, Не станешь ложью отвечать на ложь, Не будешь злобен, став для всех мишенью, Но и святым себя не назовешь, И если ты своей владеешь страстью, А не тобою властвует она, И будешь тверд в удаче и в несчастье, Которым, в сущности, цена одна, И если ты готов к тому, что слово Твое в ловушку превращает плут, И, потерпев крушенье, можешь снова — Без прежних сил — возобновить свой труд, И если ты способен все, что стало Тебе привычным, выложить на стол, Все проиграть и вновь начать сначала, Не пожалев того, что приобрел, И если можешь сердце, нервы, жилы Так завести, чтобы вперед нестись, Когда с годами изменяют силы И только воля говорит: «Держись!» И если можешь быть в толпе собою, При короле с народом связь хранить И, уважая мнение любое, Главы перед молвою не клонить, И если будешь мерить расстоянье Секундами, пускаясь в дальний бег, — Земля — твое, мой мальчик, достоянье! И более того, ты — человек! «Если в стеклах каюты…» Если в стеклах каюты Зеленая тьма, И брызги взлетают До труб, И встают поминутно То нос, то корма, А слуга, разливающий Суп, Неожиданно валится В куб, Если мальчик с утра Не одет, не умыт, И мешком на полу Его нянька лежит, А у мамы от боли Трещит голова, И никто не смеется, Не пьет и не ест, — Вот тогда вам понятно, Что значат слова: Сорок норд, Пятьдесят вест! «На далекой Амазонке…» * * * На далекой Амазонке Не бывал я никогда. Только «Дон» и «Магдалина» — Быстроходные суда — Только «Дон» и «Магдалина» Ходят по морю туда. Из Ливерпульской гавани Всегда по четвергам Суда уходят в плаванье К далеким берегам. Плывут они в Бразилию, Бразилию, Бразилию. И я хочу в Бразилию — К далеким берегам! Никогда вы не найдете В наших северных лесах Длиннохвостых ягуаров, Броненосных черепах. Но в солнечной Бразилии, Бразилии моей, Такое изобилие Невиданных зверей! Увижу ли Бразилию, Бразилию, Бразилию. Увижу ли Бразилию До старости моей? вернуться Закон джунглей(стр. 416). — Вошло во вторую «Книгу Джунглей» (1895), а затем в собрание 1940 г. вернуться Если…(стр. 417). — Из сборника рассказов «Вознаграждения и чудеса». Стихотворение «Если…» приобрело, по отзыву современника, значение молитвы — каждый должен был затвердить его наизусть. Зубрежка сказалась, и поколение, прошедшее первую мировую войну, не могло без оскомины слышать этих стихов, которые сами по себе — один из лучших образцов лирики Киплинга. Об этом написал Ричард Олдингтон в «Смерти героя» (1929). вернуться «Если в стеклах каюты…»(стр. 418), «На далекой Амазонке»(стр. 419). — Вошли в книгу «Просто сказки» (1902), затем в собрание 1940 г. |
