– Та-ак... Ну, в общем, понятно...

– Я надеюсь, – подал голос самый молодой в группе Док, – что к нам, «неверным», это не относится?

Они вскочили оба – Бек и Джигит. Причем более горячий, чем его собрат по вере, «князь» успел сорвать с себя камуфляжную куртку и пошел на Дока...

– Ты!.. Мальчик! – громким шепотом проговорил Бек. – Зачем так сказал? Нервы поднял? Зачем горячий кровь трогал? Молодой, да? Глюпый, да? Мы – братья!!! А ты пока и есть молодой, глюпый баран!..

– От-ставить! – рявкнул Игорь, наблюдая за тем, как Кобра и Кабарда удерживают за руки Аслана. – Не хватало мне еще этого!.. В Отряде, после «работы» разберетесь. А кто не поймет – вон из Отряда! Я сказал!..

Медведь посмотрел на спорщиков.

– Миша, ты не прав, – сказал он Доку.

– Ладно... – Док потупил взгляд. – Сдуру я это ляпнул – очень уж красочно с ментами разобрались... Бек, Джигит, Бес, зла не держите, ладно?

– Дурак ты, Миша! – отдышался Аслан. – «Зеленый» еще потому что, хоть и берет надеть успел... Послужишь с наше – такие глупости забудешь. Ладно! Мир, неверный гяур, только больше так не говори – мы все одно дело делаем...

«Князь» протянул свою грубую ладонь навстречу ладони Дока...

Разрядившаяся обстановка принесла облегчение всем. Но только не Медведю.

– Ладно! Закончили с этим... Бек! Что видели, что поняли? Докладывай!

От медлительного «сына Востока» не осталось и следа.

– Уходили на ту сторону, за перевал. Шли толпой, как на прогулке – бокового охранения не было... Что сказать – не знаю! Может, о таких вещах не знают, может, в свою силу уверовали...

– Насчет «не знают» – не уверен. Мамед – кадровый, за Речкой ротой командовал, а там без этого никак, сам знаешь...

– Говорю о том, что видел, – произнес невозмутимый Бек. – Шли стадом...

– Что еще?

– Мамед пугал аул...

– Сержант, бля! Когда ты научишься говорить все сразу!..

– Стреляли они в «зеленке», но, думаю, трассерами и в небо...

– Что-то нашли?

– Куча пустых автоматных гильз, несколько от ракетницы, и срезанные ветки...

– Всем все ясно? – спросил Игорь.

– Да куда уж... – проговорил Тюлень. – Вызов это, Игорь, чтоб я больше моря не видел!..

– И я так думаю. – Подумать было над чем. – Это значит, что?..

– Ждет он нас и готовится к встрече. – Слон внес свою лепту.

– Нас или кого другого, – почесал лоб Индеец. – Но Мамед готов. И готов не случайно – он эту встречу готовил и всячески на нее «наводил»...

– Правильно, Артур... А для чего? На хрена ему это надо?

– Большим Беком хочет стать, – прорезался Кабарда. – Или еще хуже...

– А что может быть хуже, Каха?

– А вот возьмет и повяжет белую повязку на папаху да в имамы подастся...

На эту фразу реакция была резкой. Бес, Бек и Джигит стали сверлить взглядом Кабарду... Человек, носящий белую повязку на голове, считается святым человеком, хаджи, совершившим хадж, измеряя путь длиной своего тела, к мусульманским святыням, святым местам, в Мекку или Медину, к гробу Всевышнего или его пророка Мохаммеда... Хаджи, по мусульманским законам, стоит над ними – он святой!..

– Так не говори, Каха – это грех... – произнес Бес.

– А вдруг! Кто проверить сможет?

– За всю историю ислама не было ни одного лжехаджи... – проговорил Бек.

– А вдруг! Времена-то какие – все меняется...

– Тогда, если это случится и Мамед объявит себя имамом – я стану христианином или буддистом... – поставил точку в споре Джигит. – Но это – крах всех наших канонов... Ведь это же кто угодно может сказать, что он совершил хадж!.. Тогда не остается ничего святого, ничего, во что можно верить!!!

– А в нас?! – спросил Бандера. – В боевых братьев?!

– А в дружбу?! – озадачился Слон.

– Это совсем другое – это проверенное...

– Значит, в то, что человек хаджи, вы верите на слово? – Вот тут-то в разговор и вступил Медведь.

– Ну-у...

– Да или нет?!

– А кто настолько же свят, что может это проверить или усомниться? – вскипел вдруг Джигит. – Хадж – это великий труд...

– А если в Саудовскую Аравию на самолете слетать да и прикоснуться к святыням – это хадж?

– Любой мусульманин, побывавший в Мекке и прикоснувшийся к могиле Пророка, считается святым хаджи... – произнес озадаченный Бек.

– Вот видите – все очень просто! Нужно только иметь загранпаспорт... Тогда все честно, без обмана...

– Мать твою!.. – не удержался Индеец.

Бес, Бек и Джигит смотрели друг на друга и понимали, что Игорь прав...

– Вот вам и новый «проводник» воли Аллаха... – заключил Игорь. – И что нам со всем этим теперь делать?..

– Слушай, командир, если он это сделал – тогда совсем плохо, – тихо проговорил Бес. – Тогда все меняется...

– Объясни нам всем, Мирза, – ты в этом вопросе самый подкованный...

– Вы, пацаны, все знаете, что мой отец имам майкопской мечети. – Ребята кивнули головами. – А я сам с детства учился в медресе при этой мечети, готовился принять сан и стать муллой...

Мирза замялся немного и продолжил:

– По нашим законам человек, сделавший святому хаджи зло, становится изгоем... Паломник, совершивший хадж к святым местам, сам становится святым... Хаджи по определению не может совершать плохих поступков – он святой человек! Его слушают и делают то, что он говорит или просит. За него заступаются! Если станет известно, что кто-то навредил хаджи, на отмщение поднимаются все правоверные мусульмане – так заведено еще от пророка Мохаммеда!.. Игорь, мы рискуем разжечь здесь гражданскую войну на религиозной почве!

– Мать твою! – не удержался Бандера.

– Человека, нанесшего вред хаджи, ищут десятилетиями и находят... Месть за святого человека – святое дело... А если этот человек сам мусульманин – его отлучают от веры, от него отказывается семья...

– Ты хочешь сказать, что вы: ты, Бек, Джигит...

– Я скажу за себя! – поднял голову Мирза. – Я военный человек, принимавший присягу, и что такое приказ, знаю. И если я в этом деле – я в нем буду участвовать до конца! Но... Если у Мамеда на голове окажется белая повязка – это будет мое последнее задание, командир... Я уйду со службы, вернусь домой и буду замаливать этот грех перед Всевышним. Аллах милостив – он простит, услышав мои покаянные молитвы... Это мое слово!

– Он прав, Игорь, – сказал Аслан. – И я с ним согласен...

– Таков путь истинного мусульманина... – поставил последнюю точку Улугбек.

– Ясно... Если Мамед, бандит и убийца, окажется «святым человеком», группа потеряет троих опытнейших бойцов. И вариантов не останется? – Последний вопрос был риторическим – Игорь за два года успел узнать твердость слова своих друзей. – Может, вам вернуться в Отряд, пока не поздно?

– Это ничего не меняет, Медведь, – мы уже знаем. Да и лучше пусть это будем мы, чем кто-то другой, – сказал за всех Джигит.

– Тогда остается надеяться на то, что предположение Кабарды неправильное...

В полном молчании они просидели несколько минут. Каждый переваривал услышанное...

– Все! – Часы Медведя показывали 16.50. – Работаем, группа! Бек, Индеец – головной дозор. Триста метров.

– Есть! – Двое ушли вперед.

– Кабарда, Змей – слева; Слон, Джигит – справа. Сто метров.

– Есть!

– Есть!

Еще четверо нырнули в боковые кусты.

– Тюлень, Док...

– Как всегда замыкающий. Двести метров? – Тюлень получил утвердительный кивок Игоря. – Ясно...

– Кобра, Бес, вы самые опытные, пойдете в свободный поиск... Далеко не ходить! Я тебя все время должен слышать, Резо. – Медведь постучал пальцем по наушнику своей рации. – Направление – гряда. На перевал не ходить – он для нас закрыт. Ищите другое место. Цель – перевалить по-тихому через гряду на ту сторону – Мамед там. Я уверен...

– Дожился... Мой же салабон мне приказы отдает, куда и как ходить... – пробурчал для порядка гордый осетинский «замок».

– Резо!.. Приказ ясен?

– Ясен... Есть! – четко ответил Кобра. – Пошли, Мирза, посмотрим...