– Ну это уже кое-что! – обрадовался Игорь. – А то иди – ищи его, свищи его...

– Мамедов, как и Джигит, аварец, родом из Буйнакска, но там о нем уже давно ничего не слышали.

– Разберемся!

– Вот и отлично! – Подполковник встал напротив Медведя. – Готовь группу – и вперед! Вылетаете в 18.00 на Грозный, а дальше по обстановке... Местные менты, да и штаб Округа вам окажут любую посильную помощь, но... Мой тебе совет – не особенно на нее надейся, а лучше вообще поменьше свети группу на всякий случай...

– Есть!

– На всю операцию – две недели. Ясно?

– Так точно!

– Вот и хорошо... Ну, с богом, Медведь...

Так началась та история...

...– А я его помню, Мамеда! – Аслан напрягал голосовые связки, чтобы его могла слышать вся группа.

Равномерный мощный рев турбин заполнял собой все пустые места огромного чрева «семьдесят шестого Ильюшина». Но абсолютно не мешал и не раздражал привыкших к нему бойцов. Они по старой, заведенной не ими привычке улеглись уже было на жесткие лавки поспать – путь до Грозного не близкий, да и отоспаться впрок никогда не мешает, тем более что в этой командировке прыжок не предвиделся. Но...

Когда Джигит, долго и упорно морщивший лоб, вдруг выдал на-гора эту фразу, сон улетучился. Вся группа собралась около Аслана – настоящий профессионал никогда не погнушается возможностью узнать хотя бы «лишнюю запятую», добавляющую мазок к портрету противника. А они были настоящие «профи», потому что другие и не могли попасть в отдельную РДГ Медведя.

– Я помню его! – произнес еще раз Джигит. – По юношеской сборной!

– Ну-ка, ну-ка! – Это было интересно и важно всем.

– В 78-м, когда в Орджоникидзе на первенство Кавказа ездили...

– Так ты же не боксер, Аслан.

– Правильно! Только тогда были соревнования по борьбе, боксу и тяжелой атлетике – республиканский спорткомитет сделал сводную юношескую сборную Дагестана по всем трем видам.

– Как на чемпионат мира...

– Вроде того... Мамедов там тоже был.

– Расскажи, Аслан, что помнишь.

– Он на год меня старше был, и это были его последние соревнования в составе юношеской – восемнадцать лет для спорта возраст переходной, дальше переходят во взрослый разряд... И он перешел бы без проблем, все же чемпион республики, мастер спорта...

– А че ж не перешел? – спросил Бандера.

– История там была... Заносчивый он не в меру. Всех задирал, а если что, то и избить мог... Тренеры на это смотрели сквозь пальцы, мол, у боксера должен быть бойцовский характер, да и надежды на него возлагали большие. Да!.. А в Орджоникидзе, когда он уже в финал вышел, случилась одна история... Вечером, перед последним днем... Мы тогда с ребятами, борцами, вышли погулять в город. Я уже тогда со своей Мадленой, ну, там мороженого поесть...

Ребята заулыбались – ее фотографию видели все. Аслан по-настоящему гордился тем, что эта красавица-осетинка его жена.

– ...Ну, и столкнулись с боксерами, они тоже погулять вышли... – Джигит покатал желваки на скулах и продолжил: – Мадленка моя – красавица! Сами видели. Вот Мамед и попробовал ее перехватить по-наглому. «Я, мол, смотри какой джигит – любого одним ударом в камни по пояс вобью, а ты, мол, сопляка себе выбрала...» И знаете, пацаны, он меня точно убил бы одним ударом, если бы захотел, у нас тогда разница килограммов в тридцать была...

– Ну, и что случилось?

– Я вскипел... Он меня уже за рубашку схватить успел, а потом вспомнил, что я Гулиев...

– Ну и что? – удивился Бандера. – А я Черный! И что с того?

Аслан обернулся, ища поддержки, и встретил понимающие взгляды Кобры и Кабарды.

– Род Гулиевых – самый старый, самый большой и самый почитаемый из аварских кланов...

– Ты, Саня, немного позже нас с Джигитом попал в Отряд, – заговорил Кобра. – Потому про него и не знаешь – Аслан очень скромен, каким и должен быть настоящий джигит. И еще ты не знаешь наших традиций!..

– Ну так расскажи!

– Полное имя Джигита как?

– Асланбек.

– Правильно! Асланбек Гулиев... Такое имя на Кавказе имеют право давать только мальчикам княжеского рода...

– Так Джигит – князь?

– Род Гулиевых – старинный княжеский род. Очень известный, ну, примерно как в Армении Тер-Петросян...

– Мой род старше!.. – воскликнул Аслан.

– А я и не спорю! Или как в Грузии – Осилиани...

– Ну, вот это – другое дело... – На это замечание Джигита заулыбалась тайком вся группа. – А то Тер-Петросян! Нашел с кем сравнивать!..

– Твой прадед жив еще, Аслан?

– Исай Гулиев еще крепок, как столетний дуб!

– Столетний... Так вот, Бандера, старейшина рода, князь Исай Гулиев, который родился в 1881 году...

– Сто пять лет? Ни хрена себе!..

– ...В тридцать лет был уже генералом царской армии! И все прапрапрадеды нашего Аслана были генералами – знаменитые дагестанские конные дивизии...

– Дед – полковник... – констатировал Аслан.

– Но наверняка был бы генералом... Так вот! Ссориться с таким родом на Кавказе – нужно очень не любить жить. У нас оскорбления не прощают, особенно князьям. А воевать Мамедовым против Гулиевых – это форменное самоубийство...

– Ну, у вас и нравы! – поразился Бандера. – Пацаны побили морды друг другу – с кем не бывает?

– Бывает! Но когда кто-то пытается отбить у князя невесту и при этом его оскорбить и унизить, да еще и прилюдно – тут уже задета честь всего рода! А за честь рода вступается весь род! Так на Кавказе было всегда! Такие войны у нас велись веками! Так-то, Санек, честь рода превыше всего!

– Ну, дела-а!!!

Из всего этого диалога Медведь сделал собственные выводы:

– Ну, что, подытожим все, что мы знаем о Мамедове?.. Он боец – это понятно. Попасть зеленым лейтенантом за Речку и за два года вырасти до ротного – это кое о чем говорит? – Группа дружно кивнула головами. – Имеет боевой опыт оттуда же и хорошую школу из Баку – училище известное... Спортсмен и наверняка продолжает поддерживать форму... Дальше. Крови не боится, но в своих поступках осторожен, судя по рассказу Джигита, а это значит, что любит рисковать, но не безрассудно, с оглядкой. Такой всегда готовит тылы и пути отхода. Ну и лидер, понятно. Не все ж в его банде сопляки и срочники, наверняка есть и бывшие офицеры, и с опытом побольше, и званием повыше, а командует он, бывший старлей. М-да!.. Веселый персонаж! Волк из «Ну, погоди!»...

Ребята улыбнулись последней фразе Игоря, но как-то невесело. Они уже прекрасно поняли, с каким противником им предстоит столкнуться. Противником, отягощенным полусотней, или больше, вооруженных до зубов сотоварищей... «Психологический портрет» только добавил немного красок...

...В 23.00 того же дня Медведь доложил о прибытии группы полковнику, дежурному по штабу округа.

– Ну, что ж, старший прапорщик, отлично! Завтра доложим командующему и начштаба. Завтра же, видимо, и получите конкретные задачи... А пока отдыхать! Где вы, кстати, разместились?

– Летчики потеснились – нам много места не надо...

– Отлично! Значит, так! Завтра к 8.00 – на доклад!

– Есть! – ответил Игорь и развернулся кругом, браво щелкнув каблуками прыжковых ботинок...

А уже в 10.30 утра следующего дня его группа выдвинулась на приданных им на время операции трех «козлах» по дороге из Грозного на Аргун – Шали – Ведено, в сторону перевала Хаарами...

Сотня километров по горным дорогам – это не равнинные километры. К окрестностям перевала они добрались далеко за полдень...

– Стой! – сказал в ларингофоны рации Медведь, ехавший в передней машине, и поднял руку.

Судя по карте, до перевала оставалось не более пяти-семи километров.

– Съезжаем с дороги!

Небольшая колонна военных «УАЗов» свернула в ближайшие кусты и... словно растворилась в буйной придорожной зелени. Проезжающие мимо в одну и другую сторону не очень частые гражданские машины никак не отреагировали на это – мало ли в какие игры играют военные...