Не колеблясь ни секунды, принцесса залепила ему звонкую пощечину.
— Да как ты смеешь разговаривать со мной подобным образом? — прокричала Атайя срывающимся голосом. — Не имеешь права.
— Имею полное право! — проревел Джейрен. — Жизнь каждого лорнгельда зависит от тебя, и я постараюсь сделать все от меня зависящее, чтобы заставить тебя понять это.
Резким угрожающим жестом она велела ему замолчать.
— Сбавь тон! Тайлер находится совсем рядом, а я не хочу посвящать его в эти вещи. Понял? Если хотя бы намекнешь ему о чем-нибудь, клянусь, я оторву тебе голову. Я вовсе не шучу, — процедила Атайя сквозь зубы. — А сейчас уходи отсюда и оставь меня одну. Не хватало только, чтобы в конюшню заглянул Тайлер и подумал, что у нас любовное выяснение отношений.
Щеки Джейрена вспыхнули — не то от гнева, не то от смущения. В любом случае ей не было до этого никакого дела. Если бы Джейрен упал замертво у ее ног в эту самую секунду, то она спокойно перешагнула бы через его тело и оставила гнить, даже не оглянувшись.
Звонко прищелкнув каблуками, Атайя развернулась, подошла к своей лошади и буквально вырвала поводья из рук перепуганного конюха. Проходя по двору в направлении главных ворот, она о чем-то сосредоточенно размышляла.
Через несколько минут ее нагнал Тайлер.
— Отдавай команду, и отправимся в путь, — сказал Тайлер и оглянулся.
Позади стояли, выстроившись в колонну, шесть пар воинов королевской гвардии Кайта, сзади к ним примыкали люди Осфонина, собиравшиеся сопровождать гостей до границы.
Внезапно Тайлер нахмурился и озлобленно поджал губы.
— Постой-ка, а этому что нужно? — спросил он, указывая на Джейрена, пристроившегося к группе отьезжавших.
— Он едет с нами, — резко ответила Атайя, избегая встречаться взглядом с Тайлером.
— Что?! По-моему, Осфонин уже выделил нам эскорт!
— Нет, Тайлер. Джейрен собирается ехать до самого замка Делфар. Я уже пыталась разговаривать с ним.
Тайлер нервно вздохнул.
— А он не поведал тебе о цели своей поездки?
Конечно, поведал. Джейрен собирается обучать меня магии, чтобы я могла впоследствии возглавить движение против церкви. Правда, здорово?
— Он… он хочет поговорить с Кельвином о судьбах лорнгельдов. Помнишь, я рассказывала тебе о нашей с ними беседе? Хедрик отправляет его в качестве своего посланника.
Тайлер слегка прищурил взгляд, понимая, наверное, что она что-то не договаривает.
— Людям это не понравится. Они отнеслись к этому колдуну с подозрением, когда он присоединился к нам по дороге в Ат Луан. А теперь, черт возьми, им придется терпеть его еще и на протяжении всего пути в Делфархам.
— Мне нет никакого дела до того, что им нравится, а что нет, — резко ответила Атайя. — Кельвин платит солдатам не за их мысли. Они должны неукоснительно выполнять отдаваемые тобой приказы, больше в их обязанности ничего не входит.
Пару секунд Тайлер молчал, затем почтительно склонил голову и произнес:
— Да, ваше высочество.
Через четверть часа после того, как процессия выехала из города, пошел дождь. Несмотря на это, Атайя остановилась на высоком мосту и повернула голову, чтобы еще раз взглянуть на столицу Рэйки. Неделю назад, когда она стояла на этом же самом месте, все ее мысли были заняты одним — переживаниями о предстоящей встрече с Осфонином. Теперь же думать приходилось совершенно об ином: о состоянии отца и о том, что произойдет, если кому-либо в Кайте станет известно о ее таланте… Но самой пугающей казалась другая мысль: какая-то часть ее мозга как будто желала начать тренировки, обучиться магии.
И принять, таким образом, дар дьявола…
Глава 12
Последнюю ночь в Рэйке Атайя провела при старом, обветшалом постоялом дворе, располагавшемся у подножия высокой горы недалеко от границы.
Принцессе доводилось бывать в местах и похуже, поэтому она не жаловалась. После долгого дня в дороге простой бульон и жилистый кусок баранины, поданные к столу, показались необыкновенно вкусными. Когда Тайлер и его люди поднялись наверх — там для них приготовили комнаты, — она все еще сидела в пустынном обеденном зале, намереваясь допить остававшееся в кувшине вино и заглушить таким образом переполнявшую душу тревогу.
Неужели она поступает неверно и эгоистично, желая наладить отношения с отцом и отодвигая на второй план все другие дела? Может, в первую очередь действительно нужно было заняться обучением? Сколько невинных людей погибло со времен правления Фалтила? И что злило Атайю больше всего, с чего это вдруг ответственность за их судьбы должна лечь на ее плечи? У Хедрика, естественно, нашелся бы достойный ответ на подобный вопрос. У него всегда находился ответ.
— Не возражаешь, — если я присоединюсь к тебе?
Принцесса подняла голову и увидела усаживающегося напротив нее Джейрена. Колдун взял видавший виды кубок с соседнего стола и налил себе вина, затем взглянул на почти уже догоревшую тростниковую лампу.
— Уже поздно. Почему ты до сих пор не спишь?
— Могу задать тебе тот же самый вопрос.
Джейрен отхлебнул вина и несколько неуверенно улыбнулся.
— Просто хотел узнать, как ты себя чувствуешь. И еще кое о чем: сильно ли ты сердишься на меня за то, что я поехал с вами без приглашения.
— Не знаю. Сейчас я чувствую себя совершенно опустошенной. Возможно, от вина… Просто хочу, чтобы все поскорее закончилось.
Девушка опустила голову и обхватила ее ладонями.
— Думаю, я уже не так сильно злюсь на тебя, хотя ты этого и заслуживаешь.
— Тебе еще не раз придется убедиться, что временами я бываю не менее упрям, чем ты.
Атайя улыбнулась:
— В этом я даже не сомневаюсь.
В лампе погас, пошипев пару секунд, последний огонек, и зал окутала кромешная темнота. Джейрен раздраженно фыркнул и щелкнул пальцами. Откуда ни возьмись, в его ладони появился светящийся красный шар, точно такой же, какие Атайя увидела в тронном зале Осфонина, когда впервые вошла в него.
— Что ты делаешь? — спросила она недовольным тоном, пытаясь закрыться руками от яркого света. — Убери эту штуку.
— Мы еще не в Кайте, — ответил Джейрен и приказал шару подняться в воздухе и повиснуть над столом. — Обыкновенный колдовской светильник. Если хочешь, я научу тебя делать их.
Атайя нагнулась и взяла с соседнего столика свечу.
— Я предпочитаю пользоваться проверенными средствами. Которые к тому же являются гораздо более естественными.
— Да ладно. Это очень просто. Все, что тебе нужно сделать, так это пойти по тропе заклинания.
Атайя окинула его скептическим взглядом.
— Тропе?
Кажется, от Хедрика она не слышала ничего подобного.
— О чем ты?
— Тропе собственного мозга, — терпеливо пояснил Джейрен. — Они помогают выйти к участку, отвечающему за сферу заклинаний.
— Но ведь я никогда не создавала таких шаров. Каким образом заклинание появится в моей голове, если я никогда не обучалась ничему подобному?
— Оно находится там с самого рождения, у меня тоже. А насчет тропы… Ты поймешь, что я имею в виду, если попытаешься вникнуть. На первый взгляд это звучит довольно запутанно, но именно таким методом ты сможешь исследовать свой мозг и найти то, что ищешь. Рано или поздно ты обнаружишь нужную тебе тропу, а когда это случится, сможешь использовать заклинание. У тебя уже получалось несколько раз применить магию, тебе помогало твое подсознание.
Атайя нахмурила брови. Сознание того, что в ее голове находится столько непонятного, доставляло некоторый дискомфорт.
— А если я набреду на неверную тропу? — спросила она, не имея ни малейшего представления, в чем это может выразиться.
— Не беспокойся. Пока тебе не придется столкнуться с подобным. Сначала нужно освоить простейшие заклинания. Твой мозг будет блокировать доступ к более сложным. Но если мекан обширно распространяется и дело доходит до запущенной формы, то естественные преграды рушатся. Тропы начинают пересекаться, перекрывая друг другу путь, и, наконец, состояние человека доходит до такого предела, когда никому уже не под силу вернуть все на свои места и упорядочить работу сознания.