Чистое и сжатое до предела проявление стихии воды… столкнулось с ещё более величественным её проявлением снаружи. Две стены силы столкнулись, образовав вокруг меня сферу диаметром в пять метров. Кровь ручьём хлынула из носа, а мышцы свело от судорог. Шум в ушах, возникший из-за долго сдерживаемого напряжения, вдруг перешёл в отчётливый женский голос.

Стихия говорила… И она была в ярости!

— НЕ СМЕЙ, ЛОДСИКЕР!.. Я не стану тебе больше помогать.

Столь же сильная ярость огнём вспыхнула в глубинах моей души.

— Я не Лодсикер, а Маркус Гринч.

Только в этот момент я осознал, что могу говорить, находясь в воде. Сфера из энергии немного сжалась. Снаружи внутрь неё проникла женская фигура в длинном невесомом белом платье. Тело соткано из воды. Волосы походили на прозрачные бриллианты. Тонкие слои льда заменяли ей одежду.

— Леди. — Кивком приветствую гостью.

— Лодсикер! — прошипела дама. — Даже три с лишним тысячи лет спустя я узнаю твои повадки… Твой голос, почерк из чистой воли, выцарапавший своё имя на ткани мироздания… Безумец, одержимый Любовью, Верой и Надеждой… Тот, кого не отпускает ни Жизнь, ни Смерть.

— Я НЕ ЛОДСИКЕР! — голос пропитали сталь и холод, которых я сам не ожидал. — Но я и впрямь готов перекроить вселенную ради той, кого люблю всем сердцем.

Дамочка, прищурившись, уставилась на меня.

[Или сквозь меня⁈]

Затем вдруг очутилась слева и, казалось, принюхалась. Потом появилась справа и провела пальцем по щеке.

— Ты не тот Лодсикер, которого мы знаем! И не та часть Мудреца, что шла всеми мыслимыми дорогами, чтобы её забыть… В итоге все пути всё равно вели к ней… Нерея, Нерея, Нерея… Веками я слышала это имя… Я не вижу той злости, что разрывала изнутри… Выходит, Мудрец нашёл способ избавить свою личность от этой части… Да-а-а! Точно.

Смотрю на даму, появившуюся на прежнем месте. Всё такую же яростную и неуловимую.

— Значит… Мы были знакомы в прошлой жизни?

Улыбнувшись, дамочка вдруг превратилась в двухметрового мужика. Тот тоскливо смотрел на Луну, появившуюся на границе сферы из энергии…

— В следующей жизни, Нерея, — произнёс он мягко, — я найду тебя раньше!

Миг — и стоящий передо мной образ снова стал женским.

— Он рисовал самим пространством её образ, — закричала дама в платье. — Придавал камню нужную форму, чтобы увидеть её лицо… И выл от тоски так, что даже в мире сил слышали его голос. ТАКИМ был Лодсикер, которого никто из ныне живых не видел.

Образ, сотканный из воды, вдруг снова стал мужским.

— Я не сломался! — взревел Мудрец. — Ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем… Я никогда, слышишь *?*№;'№!.. Никогда не сдамся!

Я обомлел от увиденного. Лодсикер произнёс те слова, которые я считал своим главным правилом по жизни. Никогда не сдаваться!

Дама снова появилась, но выглядела чуть иначе. Моложе, мягче, с куда более спокойным взглядом.

— Ты же ей пишешь. Опять⁈ На выдуманный номер.

Снова мужской образ.

— Прекрати.

Опять женский.

— Вот-вот. — Дама кивнула. — Даже века спустя ты продолжаешь по ней скучать… И боишься увидеть однажды, что абонент в сети. А набрав, услышать: «Алло!»

Дамочка резко приблизилась ко мне, вмиг снова став разъярённой фурией.

— Я ненавижу тебя! — прошипела она, глядя мне в глаза. — Ты пришёл в мир, чтобы показать людям Любовь, которой у них не было… А Вселенная показала тебе, ПОЧЕМУ у них её не было… Из-за тебя я стала ненавидеть разумных ещё сильнее.

— Повторяю! — произношу с нажимом. — Я не тот Лодсикер, которого ты знала. Меня зовут Маркус Гринч.

Оказавшись вдруг совсем близко, дамочка ткнула мне пальчиком в грудь:

— … Я ЗЛА НА ТЕБЯ! — Голос её звенел от напряжения. — Зла за то, что выбрал погибнуть, чтобы потом снова возродиться. Зла за все те духовные терзания, которые мне довелось увидеть. Зла, что не увидела твоей Нереи лично! Зла… И в то же время понимаю, что ты не хотел, чтобы ОНА увидела, во ЧТО ты превратился! Надеюсь, хотя бы в третьей жизни твоё сердце не будет так страдать.

— Третьей? — Я нахмурился. — Разве не второй?

Дамочка улыбнулась и шагнула назад. Я не был уверен, слышит ли она меня вообще. Окружающая нас сфера из энергии начала стремительно уменьшаться. Войдя обратно в моё тело, сила стихии снова стала походить на сжатую до предела пружину.

Я висел посреди толщи воды, чувствуя, как с каждым ударом сердца во мне закипает всё более сильная ярость. Клокочущая, требующая выпустить её наружу.

На меня ни за что наорали! Предъявили обиды за события, которые я не помню. Потом ещё и ножом несколько раз по сердцу провели, напомнив о Нерее.

— Уру-ру-ру! — вдруг раздалось совсем близко.

Мистер Кракен подполз вплотную и сейчас тянул свои щупальца ко мне.

[Иди сюда, хот-дог ползучий!] — Я пулей рванул навстречу осьминогу-переростку. — [Мне как раз хочется с кем-нибудь подраться.]

Из базы данных «Псионик» я знал о главном базовом приёме этого типа одарённых. Речь о так называемом «Болте». Ударение ставится на первый слог. Это нечто вроде внешнего тела псионика, служащего заодно и «доспехом духа».

Болт выглядит как шар из стихийной энергии, возникающий вокруг псионика. Чем сильнее одарённый и чем выше степень сжатия энергии в Болте, тем выше уровень защиты. Однако здесь, на глубине тысячи двухсот метров, эта способность может дать то, что не провернуть на суше.

Мистер Кракен — это монстр циклопических размеров. С такой тушей он и Фираксису мог дать бой.

Выпустил энергию воды наружу и создал Болт. А затем стал двигаться, как взбесившаяся акула.

→ Вправо

← Влево

↑ Вверх

↓ Вниз

→ → → Вправо — вправо — вправо.

Выпуская из Болта энергию в нужном направлении, я придавал всему телу резкое ускорение. Не пройди я трёх уровней физической трансформы, все кости бы себе переломал. А так… Вроде выдержал. Шар из энергии воды метался туда-сюда, уходя от щупалец.

На очередном манёвре меня подловили. Осьминог впечатал меня в стену, находящуюся за моей спиной. Однако окружавший меня шар из энергии оказался невероятно прочным. Даже щупальца Кракена не смогли его продавить.

Мистер Кракен, в свою очередь, проявлял незаурядную ловкость, поспевая за моими манёврами. Его щупальца того и гляди узлом свяжутся.

— Достал, — произнёс я и со всей дури ударил Водяным Серпом перед собой.

Энергия из Болта сжалась до узкой полоски, превратившись в десятиметровое лезвие. Оно перерубило щупальце едва ли не пополам. Понятия не имею, какой у меня ранг псионика, но точно не начальный.

— У-ру-ру-ру! — Кракен обиженно взвыл и тут же попытался ответить.

Я уловил момент, когда кожаный мешок на его голове раздулся. Вовремя вспомнил, как осьминог плевками сбивает корабли.

Выстрел!

Мы ударили одновременно — я и Кракен. Два заряда столкнулись под водой, вызвав всплеск чистой энергии воды. Отдача снесла нас обоих — я же продолжил бить.

Шу-шу-шу!

В отличие от Кракена, мне не нужна вода как посредник для накачки её силой стихии. Могу и чистой энергией бить.

Шары сжатой энергии прошивали щупальца насквозь. Недовольно заверещав, Кракен попытался задавить меня массой. В мою сторону полетели все восемь конечностей гиганта-осьминога.

Вшу-вшу!

Пара Водяных Серпов привела к тому, что щупалец у Кракена стало на одну штуку меньше. Пропустив энергию воды через скрытое хранилище, сменил полярность у заряда.

Третий выпущенный Водяной Серп превратился в сияющий кусок льда. Отсечь им второе щупальце оказалось в разы легче, чем раньше. Однако он практически сразу сломался.

[Дьявол! Забыл, что лёд на десять процентов легче воды. А солёной — так и того больше. Поэтому на большой глубине ледяной серп быстро приходит в негодность.]

Приняв в расчёт эту особенность, я снова перешёл на заряды из чистой энергии стихии.

Поняв, что не с тем связался, Кракен снова набрал воды… Затем выплюнул её так, чтобы самому резко сместиться.