Махнув рукой, гном направился к главной башне. На ходу Гуам снова рявкнул:

— Ха́ха, идиота кусок. Ствол бери! Мне сейчас не заместитель нужен, а боец! У тебя двадцать семь секунд.

Бойцы Гуама Гайзеры только что пришли с охоты. Все как один стоят у ворот в экипировке, перепачканные в крови с головы до пят. Ни один из них не улыбнулся, видя, как командир распекает Ха́ху. Все понимали, зачем он собирается сейчас снова погнать их в лес.

[Камень как философия по жизни? Такого мне слышать ещё не приходилось.]

Ещё живя в мире Галладры, я слышал истории про покорителей космоса. Когда на орбите происходит какое-нибудь ЧП, у астронавта появляется психологическая травма. Вокруг пустота! Кислород уходит — возможно, пробит скафандр. Холод проникает внутрь.

В Штатах такие травмы лечат через психотерапию. Это занимает от нескольких месяцев до пары лет. В России народ куда более суровый, и поступают они иначе. Их метод звучит предельно просто: «клин клином вышибают». Космонавта снова отправляют в стрессовую ситуацию и заставляют её преодолеть.

Гуам и охотники из клана Гайзера используют тот же метод.

[Действие, а не слова поддержки.]

У меня самого сейчас в крови столько адреналина, что впору начать его продавать медикам на эксперименты. Причём не литрами, а сразу бочками. Адъютант то и дело выводил сообщения о том, что я слишком напряжён.

[Так я точно не засну.]

Доев стейк, я пошёл не в жилой бокс, а на склад за экипировкой.

— Адъютант, идём на ночную прогулку. Дополнительные деньги нам сейчас не помешают. Заодно скинь «Морозову» карты южного побережья Дуата. Раз снято ограничение на рост уровня лояльности, будем ускоренно его поднимать.

Мой персональный ассистент аж заурчал от удовольствия:

— С удовольствием, Повелитель! Кстати, теперь нам доступна куча заданий от научного отдела Титова-Три. Учёные просят собрать образцы для изучения. Материалы, подходящие для двадцати семи таких поручений, я уже отметил на вашей карте. Платят мало, но лояльность поднимают вдвое лучше, чем за задания, связанные с картами.

Хотел спросить, чего железяка тогда молчал всё это время. Потом дошло! Я ведь сам приказал Адъютанту молчать ближайшие сутки.

Некоторое время назад

Орбита планеты Титов-Три

Старший лейтенант Гобб Тош работал в отделе Императорской Службы Безопасности на орбитальной станции «Магеллан». Двадцать семь лет выслуги, младший офицерский чин — вот и всё, чего Гобб успел достичь в своей жизни. Низкорослый, крепко сбитый, с длинным крючковатым носом, он тем не менее пользовался успехом у женщин.

Не из-за денег! Официально у Тоша их никогда не было. Никто не знал про суммы от нечистых на руку людей, которые предпочитали от Гобба откупиться. Даже Серцея Дункан, гревшая постель Тоша последние пару лет на орбите.

[Женщины любят тех, кто наделён властью!]

Невероятно наблюдательный Гобб понял это ещё в первый год службы в ИСБ. Не было ни одной недели, во время которой он спал один. Что же до Серцеи Дункан…

При одной только мысли об аграфке у Гобба в штанах разгорался настоящий пожар. Нет, не из-за красоты Серцеи. За пару прожитых веков дама потеряла значительную часть своего лоска. Гобб видел в ней наследницу крови Старшей Расы. Сама мысль о том, что он «входит» в эту самую Старшую Кровь, была сравнима с наркотической зависимостью от Серцеи.

Сладкий грех похоти, подпитываемый гордыней Гобба Тоша, был его путеводной нитью в жизни.

Когда роман цвёл и пах бурным цветом, начались проблемы. Позавчера Серцея пришла сама. Аграфка не стала ждать до последнего, как любили делать предыдущие пассии Тоша. «Лазарь», въедливый ИскИн её Бюро, вдруг затеял служебную проверку. Пока только на словах.

Аграфка рассказала об иммигранте Маркусе Гринче… Причём говорила так, будто само существование парня оскорбляет её — аграфку и носительницу Старшей Крови. Гобб выслушал её как следователь, прикидывая в уме возможные варианты.

Избавиться от Серцеи? Но тогда он ещё не скоро найдёт аграфку, готовую делить с ним постель. Несмотря на возникшие проблемы, Тош не был готов отказаться от своей зависимости.

Устроить Гринчу проблемы? Это куда реальнее и интереснее. Ломать людей… И тем более иммигрантов, прибывших в Аратан из других уголков Содружества… Тош считал чем-то вроде хобби.

В честь каждого такого «выкорчеванного сорняка» Гобб вырезал из деревянной дощечки безделушку и вешал над дверью в кабинет. Так, каждый иммигрант, приходящий к Тошу на беседу, автоматически ассоциировался с началом охоты на «сорняк». Сейчас над дверью висело ровно семьдесят семь таких деревяшек.

Гобб помнил Гринча! Парня, который НЕ боится ни власти Тоша, ни ИСБ и ничего не знает о величии империи Аратан. Редкостного «сорняка» из иммиграционного отдела, который сам напрашивается на прополку.

[Вот и моя семьдесят восьмая табличка,] — подумал во время разговора с аграфкой Тош, глядя на коллекцию, висящую над дверью. — [Надо только всё сделать тихо. Не должно остаться никакого цифрового следа.]

Одна из причин, почему Гобб согласился помочь разобраться с Гринчем, лежала на поверхности. Серцея сама намекала на неё. В деле парня замешаны они ОБА. Аграфка дала плохую характеристику, а Тош её подтвердил по всем пунктам. Дамочка из отдела социальной адаптации, наоборот, повелась на сладкие речи Гринча. Таким образом, два из трёх инспекторов Гринча сказали:

[Опасен! Нелоялен. Может что-то замышлять против империи. Не выдавать никаких серьёзных поручений.]

Вчера выяснилось, что Гринч в немыслимо короткий срок поднял уровень лояльности до пятого уровня. И это несмотря на всё ещё действующий штраф, наложенный Серцеей!

[Вот поэтому «Лазарь» и засуетился,] — понял Гобб мгновенно. — [Кто-то на Титове-Три заметил несоответствие психологического портрета и поведения Гринча.]

ИскИн «Морозов» поступил предельно логично: выдал «сорняку» трудновыполнимое квалификационное задание. В правительстве тоже сидят не дураки. Выскочки из низов и проблемные кадры им не нужны.

На всякий случай Гобб послал характеристику на Гринча в оба отделения ИСБ на Титове — на материки Дуат и Трикс. Тош сформулировал послание обоим капитанам так, будто проявляет заботу о коллегах. Вежливо и без давления:

[Приглядитесь к парню.]

В том, что охранники «присмотрятся», Тош не сомневался ни секунды. Тот, кто вкусил запретные плоды работы на госслужбе, ни за что не откажется от такой подачки. ИСБ слов на ветер не бросает. Раз Гринч уже под подозрением, остаётся лишь найти к чему придраться. Не пройдёт и недели, и «сорняк» станет чьей-то отметкой в личном деле… И ступенькой для следующего повышения по службе.

[Так и работает бюрократическая машина империи.]

Тош знал это наверняка. Потому, злорадно скалясь, он принялся искать себе заготовку для ещё одной деревяшки. Скоро и её надо будет повесить над дверью. Среди охранников за такие подачки со стороны ИСБ тоже идёт грызня. Вопрос лишь в том, кто выслужится первым.

Поставив личному ИскИну задачу следить за Гринчем, Гобб потащил Серцею в постель. Адреналин и возбуждение по столь грязному делу требовали выхода наружу.

…

Через двенадцать часов Гобб получил от ИскИна неожиданный ответ. Легально до «сорняка» практически нереально докопаться. Этот иммигрант купил и освоил базу по юриспруденции третьего ранга. Каждая покупка с обязательным лицензированием прошла проверку у «Морозова». Военный передатчик «Шёпот-10У», купленный как мусор, — и тот получил одобрение от ИскИна, следящего за Титовым-Три.

Ещё через шесть часов у Гобба случился второй неожиданный провал. Квалификационное задание, которое считалось трудновыполнимым, вдруг оказалось закрыто досрочно. Причём успешно!

[Нельзя давать Гринчу и дальше наращивать уровень лояльности!] — быстро понял Гобб. — [Как только он дорастёт до десятого, «Лазарь» опять затеет проверку. В этот раз уже под полиграфом.]