Добрался до лавки Хабена я быстро. Лавка была открыта.

Я постучал и медленно открыл дверь. Заглянул и вошел.

Пахло тут, как обычно, травами и эликсирами. Приятный и теперь почти родной запах.

Секунд на двадцать я просто стал и осматривался в лавке, и даже не сразу заметил хозяина.

А Хабен просто спал, уронив голову на прилавок. Впервые вижу его таким.

Я подошел ближе, осторожно тронул его за плечо и, одновременно, повинуясь какому-то внутреннему чутью, применил Анализ.

На миг голову сдавило болью, чуть шатнуло и система выдала информацию.

Мне хотелось знать, на какой ступени Хабен и вообще, что еще я увижу нового о нем.

А новое было. И весьма неожиданное. Вот только подумать об этом я не успел: Хабен вздрогнул и резко проснулся, озираясь мутными глазами.

— А, это ты, Элиас… — пробормотал Хабен, успокаиваясь и протирая лицо руками.

— Выглядишь не очень, — осторожно заметил я.

— Тяжелый день… тяжелая ночь, — Хабен покачал головой и в его голосе слышалась глубокая усталость. — Ты это… пришел на урок? Или чего другого хотел?

— На урок, — кивнул я.

— Ну да, — мотнул головой Хабен, — Не смотреть же на мою заспанную морду. Урок…что ж, извини, Элиас, сегодня я, как видишь, немножко не в том состоянии, чтобы вообще разговаривать.

Хоть Хабен уже и проснулся, выглядел он так, будто пил всю ночь, а потом еще и прошел по лесу несколько часов.

Я посмотрел на ровные ряды бутылочек на полках, затем на осунувшееся лицо травника и кивнул. Пожалуй, он прав — сейчас он действительно выглядит плохо.

— А что так? — всё же спросил я, — Заболел?

— Да так, — отмахнулся он, — Не будем об этом.

Я кивнул. Ладно, не хочет, так не хочет.

— И еще… — Хабен поднял на меня усталый взгляд. — Кое-что изменилось.

— В плане? — напрягся я. — Ты больше не будешь меня учить?

— Буду, — вздохнул он. — Но недолго.

Он привстал и сделал шаг вдоль прилавка, придерживаясь за него.

— Мне… мне придется согласиться на предложение Эйны, Элиас. Так уж вышло.

Вот оно как… А я уж думал, что кого-кого, а Хабена она точно не захомутает. И вот как вышло. Что ж, неприятно. Я надеялся, что Хабен останется «свободным». Однако то, что я увидел во время его Анализа уже заставляет задуматься.

— Значит, она тебя всё-таки продавила? — уточнил я.

Хабен отвел взгляд и нервно сглотнул.

— Не будем об этом говорить, Элиас. Всё, что нужно, я сказал. Просто я стану частью…кхм… Гильдии.

Пока он молчал, я прокрутил в голове то, что показал Анализ. И теперь его недомолвки становились понятны.

[Объект: Хабен

Статус: Сильное энергетическое истощение. Подавление воли.

Тип Дара: Травнический (слабый)

Ступень Дара: 2-я

Особенности организма: Хроническое токсичное отравление (в энергетических каналах осел плотный осадок от длительной работы с токсичными алхимическими компонентами и ядами (сильно снижает общую пропускную способность живы).

Активное воздействие: Кровавая Клятва (Сила воздействия клятвы: Средняя).

Побочный эффект: Постоянно вытягивает незначительную часть жизненной силы для функционирования.]

При чем система описала как работает клятва, но не описала за что именно она отвечает. Но оно и понятно — откуда ей знать, кому и как давал клятву Хабен и каких вещей она касалась?

Меня же волновало другое. Я хоть много разговаривал о Дарах с Рыхлым, Морной, Грэмом, Гнусом и даже с Могильщиком (пусть и немного) — всё равно впервые о подобном слышал. Они не знали о таких Клятвах? Или просто к слову не пришлось?

— Понял, — спокойно сказал я. — Не хочешь говорить, значит, есть причины.

Хабен с облегчением кивнул — видимо был рад, что я не стал допытываться. Ну, он ведь не знает, что я увидел. Кстати, меня удивил довольно невысокий уровень Дара Хабена — всего лишь второй. И это, тем не менее, не мешало ему варить неплохие зелья и эликсиры. Еще один показатель, что конкретные знания в случае алхимиков важнее силы Дара. Ну об отравлении компонентами варки, скорее всего, Хабен и так знает.

— Когда это произойдет? — спросил я. — Ну, вступление в Гильдию.

— Примерно неделя, — тихо ответил травник, облокотившись о прилавок. — Я знаю, у Эйны уже полностью подготовлен список новых членов Гильдии. Там будут травники из поселка, я уже с некоторыми перекинулся парой слов, и еще там будет парочка… черных алхимиков. Причем двоих она притащила аж из других поселков.

— Чтобы точно получить численный перевес при голосовании? — прищурился я.

— Именно, — кивнул Хабен. — Перестраховывается на случай, если кто-то даст заднюю.

— Понятно.

— И через неделю Марта будет обязана принять этот список на рассмотрение, а потом Эйна потребует провести новое голосование. И всё.

— А Марта разве не может просто отказаться принимать этот новый список? Ну там сказать, что и так для такого поселка достаточно людей, а остальные — лишние.

Хабен покачал головой.

— Если бы такой вариант был возможен, Эйна бы никого не собирала и не обрабатывала этих травников. Нет, наверху всё согласовано, и Марта это понимает. Возможно сейчас у Марты один вариант — выторговать местечко получше и где ее не будут трогать. Думаю на это, — на то, чтобы пойти навстречу, — ее мозгов хватит.

Я вспомнил Марту и что-то не был уверен, что эта упертая женщина будет вести себя разумно, когда ее придавят. Случай со мной яркий тому пример.

А ведь я так и не дал Эйне окончательного ответа на ее «щедрое предложение». А отказ придется дать. Причем судя по тому, что Эйна закончила «приготовления», дать его придется очень скоро.

Она-то не понимает, что я физически не могу войти в Гильдию из-за камня определения.

— Ясно, — кивнул я.

— А ты? — прищурился Хабен.

— Что я?

— У тебя ничего не изменилось? Она на тебя ничем не давила? — Хабен пристально посмотрел в мои глаза.

Я же лишь покачал головой. Давить? Давила, да, только сейчас это уже не важно, да и детали Хабену знать не стоит.

— На меня сложно теперь давить, — ответил я, — Учитывая, что за моей спиной стоит дед.

— Что толку от старого больного охотника? Да, я знаю, что ему стало лучше, но это может быть временным эффектом.

— Дед здоров. — коротко ответил я.

И увидел, как глаза Хабена округлились от искреннего удивления.

— В смысле «здоров»? А черная хворь?

— Здоров полностью, Хабен. Никакой черной хвори.

— Но…как? — удивленно выдохнул он и задумался, а секунд через двадцать спросил, — Дело в гнилодарцах, да? У них появился какой-то способ ее лечить?

Я только улыбнулся, но не ответил.

Хабен рассмеялся.

— Понял, не хочешь говорить.

Он постучал пальцами по стеклу прилавка

— Что ж, Элиас, это хорошие новости, очень хорошие. Рад за твоего деда. Хоть характер у него не подарок, но все же охотник он сильный. Был… то есть, есть.

Мы какое-то время молчали. Говорить было уже вроде как не о чем, и я уже собрался уходить.

— Да, — вдруг сказал он, когда я уже стоял у двери, — Будь осторожен, Элиас.

Я вопросительно приподнял бровь.

— С Эйной, с новыми людьми, да и просто в Кромке. Да, и особенно с новыми людьми, которые появятся в поселке. Следи за ними, и старику своему передай тоже, чтобы глядел в оба глаза за каждым пришлым. И помни, что у Эйны скоро будет много власти. Надеюсь только, что это продлится недолго.

Предупреждение было странным, но я кивнул. Особенно меня напрягли последние слова Хабена, но вряд ли он пояснит, что именно имел в виду.

— Хорошо, передам. Ладно, Хабен, выздоравливай. Завтра зайду. Может, принести трав каких восстанавливающих? Все-таки мы по Кромке с дедом ходим, может что нужно?

Хабен слабо рассмеялся:

— Какие там травы, Элиас, иди. Всё у меня есть. Просто не успел выпить отварчику бодрящего. Всё нормально.

Я кивнул ему и вышел из лавки на залитую солнцем улицу и пошел к Бергу.