Я закрыл экран и покачал головой.

— Не нужно. Я вам доверяю.

Лерон чуть прищурился. Прежняя деловая сосредоточенность не исчезла, но к ней явно добавилось любопытство.

— Приятно слышать. Но будь я на твоём месте, точно проверил бы.

— Не нужно, — повторил я.

Он помолчал, глядя на меня. Я спокойно выдержал взгляд. Звонить Данте после слов Алисы не было смысла. Однако объяснять Лерону, почему мне хватило столь короткого знакомства с матрицей, я не собирался.

Уголок его рта приподнялся в усмешке.

— Ты знаешь эту технику.

Это прозвучало утвердительно. Я слегка улыбнулся, но ничего не ответил. В такие моменты приятно общаться с умными людьми. Они за тебя придумают отличную причину. Даже напрягаться не нужно. Лишь сделать загадочное лицо.

Лерон покачал головой, словно только что получил очередное подтверждение каким-то своим мыслям.

— Тогда можно не объяснять, как ей пользоваться.

Он закрыл глаза. Я перестал улыбаться и чуть подался вперёд, чтобы не тянуться через столик в последний момент.

Лерон сидел неподвижно. Ни белого сияния, ни давления, от которого недавно сжималось моё пси-поле, не появилось. Только лицо стало сосредоточенным, а дыхание — ровнее и глубже. Я следил за ним и ждал.

Прошло около двадцати секунд. Лерон открыл глаза и коротко кивнул. Я сразу протянул руку, коснулся его плеча и направил небольшой поток своей Ци.

Лерон кивнул ещё раз. Я убрал руку и выпрямился в кресле. Он посмотрел мне в глаза и начал говорить спокойно, отчётливо, без спешки:

— Я, Лерон Арден, клянусь сохранить в тайне всё, что узнаю о предмете и связанной с ним информации, ради защиты которого Каин Райт потребовал эту клятву. Я не раскрою никому сведения о его существовании, свойствах, происхождении, местонахождении и принадлежности Каину. Не стану передавать или подтверждать эти сведения ни прямо, ни косвенно, ни лично, ни через посредников.

Я слушал, не перебивая. Лерон не торопился и не отводил взгляда. Следующие слова он произнёс тем же ровным голосом:

— Также клянусь никогда не пытаться завладеть этим предметом, получить к нему доступ, использовать или скопировать его без добровольного согласия Каина. Не стану добиваться этого силой, обманом, угрозами, давлением или действиями других лиц. Не буду принуждать Каина к передаче или использованию предмета, к применению связанных с ним знаний, угрожать его близким, организовывать подобные действия или намеренно обходить условия клятвы. За нарушение любого из этих обязательств принимаю последствия техники клятвы.

Когда он закончил, я ещё пару мгновений молчал, прокручивая в голове каждое слово и не нашёл ничего, что хотелось бы изменить. Лерон учёл даже то, что я сам сформулировал слишком коротко. Я уважительно кивнул.

— Формулировка превосходная.

— Само собой. Такими вещами не шутят, — ответил он, затем чуть наклонился ко мне. — А теперь не томи. Что ещё ты знаешь?

— Про переселение душ из одного тела в другое я уже рассказал. Но кроме этих сведений мне также удалось раздобыть артефакт, который позволяет это делать.

Я достал кольцо из инвентаря и показал Лерону. Он замер, глядя на небольшой камень, а затем слегка прищурился и его зрачки засветились белым. Я повернул находку так, чтобы он мог рассмотреть её получше и подождал. Обнаружением Ци здесь вряд ли получится что-то выяснить, но мешать я не собирался.

Несколько секунд Лерон молчал. Перевёл взгляд с камня на ободок, а потом снова на камень. Свечение постепенно погасло, и он покачал головой.

— Ничего не чувствую.

— Неудивительно, — кивнул я. — Судя по записям человека, который его изучал, это кольцо ещё древнее и загадочнее самих руин. Даже он не знал, кто его создал.

Лерон задумчиво потёр подбородок, продолжая разглядывать кольцо.

— Мне попадались записи об экспедиционном корпусе Дуаниса, — произнёс он. — Они занимались поиском подобных артефактов. Но сведений там настолько мало, что сделать какие-то выводы крайне сложно.

Мои пальцы едва не дрогнули на ободке. Вот уж чего я не ожидал услышать. Дуанис! Тот самый, который и передал кольцо Азиму. Значит, у Лерона могут оказаться совсем другие записи об этом корпусе. Я поднял взгляд, стараясь не выдать, насколько меня заинтересовали его слова.

— А со мной не поделитесь? Похоже, кольцо как-то связано с этим корпусом.

— Без проблем. Передам всё, что есть, — кивнул Лерон. — Из интересного там имеются разве что координаты. Правда, они устарели тысячи лет назад. Найти по ним корпус невозможно.

Я посмотрел на камень, а затем убрал кольцо обратно в инвентарь. Лерон пару секунд помолчал и добавил:

— Но скину их при одном условии.

Я хмыкнул. Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, чего он хочет.

— Хотите, чтобы я перенёс душу фанатика в другое тело для допроса?

Лерон улыбнулся и слегка наклонил голову.

— Приятно иметь дело с умным человеком.

— Мне тоже интересны сведения об их группировке, — сказал я, перестав улыбаться. — Но убивать ради этого человека, который с фанатиками никак не связан, я не хочу.

Он выслушал, не перебивая, и понимающе кивнул.

— Я догадывался, что ты так ответишь. Но можешь не переживать. У моего клана есть собственная тюрьма. Среди заключённых хватает людей, совершивших особо тяжкие преступления и ожидающих казни.

Я удивлённо поднял брови.

— Об этом я не знал. Правительство разве разрешает кланам такой самосуд?

Лерон усмехнулся, взял кружку и сделал глоток.

— Никакого самосуда. У государства не хватает ресурсов, чтобы ловить и содержать всех преступников. Частью занимается гильдия охотников, но значительная доля этой работы лежит на крупных кланах. Моём, Зеронах, Холтах и прочих. Мы располагаем и людьми, и средствами для подобного.

— Век живи — век учись, — покачал я головой. — Всегда считал, что это прерогатива гильдии и государственных органов.

— Юридически ты прав. А фактически — кланы выполняют эту работу с разрешения властей.

Он поставил кружку и посмотрел на меня уже без улыбки.

— В моей тюрьме есть люди, которых жалеть точно не стоит.

Я задумчиво посмотрел на него. Звучит, конечно, хорошо, но хотелось бы понять, за что именно заключённый получил свой приговор.

Он сразу заметил моё колебание, чуть подался вперёд и вкрадчиво произнёс:

— Я выберу подходящего заключённого и покажу тебе материалы официального судебного разбирательства. Посмотришь, за что его приговорили. Думаю, после этого жалеть не станешь. Я бы точно не стал.

Я ещё несколько секунд молчал, затем вздохнул и кивнул.

— Хорошо. На такой вариант я согласен. Но личное дело всё равно хочу увидеть.

— Понимаю, — кивнул Лерон и встал. — Тогда можем отправиться прямо туда. Фанатиков мы держим в той же тюрьме.

Я допил остывающий кофе и поднялся следом. Отключил устройство от прослушки, убрал его в инвентарь и прошёл за Лероном к двери. Разговор о древних записях пока пришлось отложить.

На первом этаже Лерон остановился и оглянулся на меня.

— Чтобы не терять время, полетим на моём корабле. Ты не против?

— Только за, — слегка улыбнулся я. — Всё равно не знаю, куда ехать.

Он коротко усмехнулся и повернул к выходу на задний двор. Через широкие стеклянные двери мы вышли на улицу. За площадкой у дома стоял личный корабль Лерона.

Лерон открыл трап, пропустил меня вперёд и поднялся следом. Я прошёл к свободному креслу и сел в него.

Двигатели загудели. Дом плавно ушёл вниз, а затем резко отдалился, когда корабль набрал скорость. Я повернулся к боковому экрану, но рассмотреть дорогу толком не успел. Не прошло и нескольких минут, как впереди показалось широкое приземистое здание. Пять этажей, длинный фасад и массивная стена вокруг. С высоты тюремный комплекс скорее напоминал укреплённую базу.

Лерон посадил корабль на взлётной площадке внутри ограды. Я расстегнул ремни кресла и вышел за ним. Первое, что бросилось в глаза, — патрули. Бойцы в броне шли вдоль здания, пересекали двор, останавливались у проходов. Оружие держали в руках. При нашем появлении ближайшая пара повернула головы, однако с маршрута не свернула.