Я провел у себя над головой там, где появлялись системки.

Он несколько раз моргнул, шумно сглотнул. Вечный протянул ему флягу, и парень присосался к горлышку. Напившись, опять сжал голову руками и принялся раскачиваться.

— Не вижу. Клан… — прохрипел он. — Наш клан «Щит» распущен.

— Вот! — воскликнул я. — Уй мертв, претенденты не видят системок.

— Весомый аргумент, — кивнул Вечный. — Принимается. Вот теперь я готов поверить в смерть засранца. Дать пять, Мао!

Маурисио от радости хлопнул ему по ладони. Рауль сполз с сиденья на пол и принялся раскачиваться сильнее, что-то бормоча. Я легонько толкнул его:

— Эй, Рауль! Ты в порядке?

Он повернул ко мне лицо — глаза ввалились, нос заострился, как у умирающего — и объяснил:

— Штраф наложен на всех… что не уберегли лидера… Хочу сдохнуть… Убейте! Последнее он прокричал, обрызгав меня слюной.

— Мы не убийцы.

— Наш босс Хорхе… босс мертв? Я правильно понял?

Я кивнул:

— Хорхе Уй погиб. Вместе со всеми, кто был в радиусе пяти километров от корабля. А ты соберись — эти мысли о смерти не твои. Это тебя система наказывает. Ты еще молодой, парень!

На его лице отразилась сложная гамма эмоций — страх, растерянность и что-то, похожее на облегчение, — и его потянуло на откровения:

— Я был водителем в группе поддержки. Мы… мы не хотели туда ехать, но приказ есть приказ. Не хотели, потому что знали: там смерть.

— Сколько вас было?

— В моем бульдозере — трое. Двое других остались… там. — Он кивнул в эпицентра. — Плюс два танка, еще один бульдозер. Все остались.

Вечный перекрестился:

— Да упокоит Господь их души.

Я промолчал. Души этих людей жнецы давно записали в свой актив — вместе с душами их жертв.

— Что теперь будет с тем, что осталось от клана? — спросил Рауль. — С нашей базой?

— А что там есть? — задал встречный вопрос Вечный.

— Склады, оружие, припасы. Люди — человек семьдесят, может, больше. Рабы… — Он запнулся. — То есть работники. И пленники… Боссы называли их «белковым запасом долгого хранения».

Я переглянулся с Вечным. Семьдесят человек. Склады. Оружие. И пленники, среди которых, возможно, Тори — сестра Тетыщи.

— База укреплена?

— Да, но… — Рауль замялся. — Без босса там сейчас бардак. Второй чистильщик, Джехомар, он… ну, его не очень уважают. Если вы придете с силой…

— Мы придем, — сказал я. — И чем скорее, тем лучше, пока вы все там не перестрелялись. Кстати, твой Джехомар Диас больше не чистильщик.

В клановом чате замигало сообщение от Тетыщи:

«Титана видели, он ушел дальше в город. Где вы?»

«Что у вас случилось?» — забеспокоилась в общем чате Лиза.

Я написал туда, чтобы на базе не волновались:

«Квест выполнен. Остров зачищен от противника. Можно писать в общем чате, ничего не опасаясь. Да, Хорхе Уй мертв, все подробности — потом, очень занят. Можете праздновать».

Отдельно ответил Тетыще:

«Костя, все равно осторожнее. Поезжайте в пустошь — ну, место, которое аннигилировало, — он сюда не ходит. Хорхе мертв, подтверждено. Готовься — идем брать базу „Щита“, там сейчас полный раздрай. На центральную дорогу не выезжайте, там маршрут титана».

«Тори там? На базе „Щита“?»

Прежде чем ответить, я то же самое продублировал Рамизу. На карте их точки были правее и левее маршрута, по которому шел титан.

«Скорее всего. Узнаем точно на месте», — отписался я Бергману насчет Тори. В том, что она жива, я не сомневался.

«Понял. Буду примерно через десять минут».

Я убрал интерфейс и посмотрел на серую пустошь, медленно уползающую за горизонт. Поднятая пыль оседала на волосы, набивалась в нос. Неприятно было от мысли, что это — останки усопших людей, бездушных и того, кто еще пару часов назад считал себя хозяином этого мира.

Операция «Кристалл» завершилась успехом.

Теперь пора собирать плоды победы.

Наши группы воссоединились на краю пустоши — там, где серый пепел встречался с разбитым асфальтом. Первыми приехали Сергеич с Рамизом на пикапе, таком помятом, словно его кто-то пожевал да выплюнул. На серый пепел ступить никто не решился, и их пикап буквально пришвартовался к нашему джипу.

И лобовое стекло, и боковое справа было выбито. Покрытый струпьями Сергеич высунулся и пропел частушку:

— А с меня вода как с гуся, — щас как выйду на пустырь, от престола отрекуся, заточуся в монастырь! — И тут же приложился к бутылке рома — уже подрезал где-то, проходимец старый.

Хотя какой он теперь старый, ему на вид должно быть чуть больше тридцати, вот облезет, тогда и посмотрим.

— Сергеич, чтоб тебе облезть и неровно обрасти! — воскликнул я. — Ты бухой, что ли?

— Ой, та не. Я чуть-чуть, для антезии… ну, короче, чтоб не так чесаться… — Он заметил нашего пассажира, который с любопытством выглядывал из салона, и вытаращился на него. — Я ж не спрашиваю, где вы Максимку подрезали…

Встретившись взглядом с Раулем, он икнул, приложил руку к груди.

— Пардоньте!

Хотя вряд ли Рауль знал, кто такой Максимка.

Донесся рокот мотора, и вскоре темноту вскрыл единственный луч машины, а когда она подъехала поближе, оказалось, что это мотоцикл с коляской. Едва скатившись с дороги, мотоцикл утонул в облаке поднятого пепла и принес его к нам. Сергеич принялся кашлять и материться.

— Ой, нежный ты какой стал, дед, — возмутилась Вика. — Как сам вонял и нас травил, так ничего.

Пепел осел, и я увидел, что в коляске сидит Дак со «Скорпионом», а Вика устроилась позади Тетыщи.

Получилось, что наш джип оказался будто бы зажатым между мотоциклом и пикапом.

— Это Рауль, — представил я спасенного парня. — Сейчас он введет вас в курс дела, и будем решать. Но не перебиваем Рауля, слушаем, потом задаем вопросы.

Запинаясь, Рауль коротко обрисовал ситуацию: Хорхе мертв, клан распущен, база в хаосе.

Тетыща описал Тори и спросил:

— Ты видел такую девушку? Она пленница.

Рауль тяжело вздохнул и помотал головой.

— Я простой водитель и даже не военный. Откуда мне знать? Знаю только, что там где-то есть подвалы, и в них держат мясо и ценных врагов.

— Сначала подвал. Потом все остальное. — Тетыща посмотрел на меня.

Бергман не спрашивал и не просил, он констатировал факт. Если откажу, он пойдет один, и плевать ему на тактику, численное превосходство и здравый смысл. Хотя насчет последнего не уверен.

Бергман вытащил из рюкзака мятый блокнот и ручку, протянул Раулю:

— Рисуй схему здания, пиши, где сколько людей и техники.

Закусив губу, Рауль приступил. Тетыща сказал, пристально глядя на меня:

— Ладно уж, помоюсь как-нибудь в другой раз.

Я сперва не понял. Потом вспомнил, что обещал ему душ, когда все закончится. И до меня дошло, что это была шутка в исполнении терминатора.

Не забываем про лайки. Больше лайков — больше глав!

До базы «Щита» было километров семь по разбитой дороге. Мы решили подождать пятнадцать минут, пока откатится «Тень», и только потом выдвигаться, потому что непонятно, куда делся титан Костегрыз. Вдруг бродит где-то в темноте и перещелкает нас, как блох, — а так «Тень» спасет.

О втором чистильщике «Щита» высказал свое мнение Вечный:

— С Джехомаром не пересекались, хотя он тоже копом был. Он в другом отделе двигался. Мужик… ну, обычный. Ничего плохого сказать не могу, но и хорошего особо не вспомню. Знаешь, как бывает: если бы хапугой был или садюгой каким — весь департамент бы гудел, слава бы прогремела. А так тихо работал. Если на лапу и брал, то по мелочи, чтобы никто не заметил. Экспатов не прессовал — это точно…

Луна все ниже скатывалась к горизонту, еще час-два, и ее не будет.

Рауль показывал путь, вздрагивая и скуля, когда накатывали волны системного штрафа. Бедолага то и дело хватался за голову и бормотал что-то на тагальском — судя по интонации, ничего хорошего. Или ничего осмысленного, раз система в моей голове это не переводила во что-то осмысленное.