В яме вместе с грязной рыжей свиньей, будто бы разделенной пополам белой шерстью вдоль позвоночника, были еще два поросенка.

— Странная она какая-то, — оценила Вика, — рыжая, шерстистая, а уши, е-мое! У нее эльфийские уши с кисточками.

Эдрик объяснил:

— Кистеухая свинья, редкая, охотиться на них нельзя. — И зачем-то добавил невпопад, видимо, на всякий случай: — Накхой.

Это было новенькое словечко в его лексиконе — Сергеич развлекался. Правда, вместо «у» он упорно произносил «о».

— Будем забирать свинью? — холодно спросил Тетыща. — И как мы ее донесем? Самка весит, как человек, килограммов семьдесят, она будет вырываться и драться. Усыпить мы ее не сможем.

— Петлями стянем ноги, — предложил Эдрик. — Вытащим на веревках, подвесим и принесем на палке, как древние охотники.

И тут случилось кое-что неожиданное. Бергман сначала поднял руку, мол, не отвлекайте, а потом растерянно проговорил:

— Ден, система предлагает мне приручить эту свинью и дать ей имя.

Прыснув, я сдержал смех и пожал плечами:

— Почему нет? Это облегчит нам задачу. Приручай и давай имя, будет у тебя боевой питомец.

— Не так я себе представлял боевого питомца, — ответил он.

Эдрик, поняв, о чем речь, сложился пополам и задергался от смеха. Вика его поддержала. Сергеич заулыбался и воскликнул:

— Подложили тебе свинью. Бергман — свиной король! Что ты с ней делать будешь, как воевать, когда у нее даже клыков нет?

— А главное, как ты будешь ее есть, когда вы уже познакомились и между вами возникла телепатическая связь? — подначивала его Вика.

Но Тетыща оставался полностью невозмутимым, он сосредоточенно приручал. Когда процесс завершился, на клановой карте появилась метка нового питомца по имени Галадриэль.

Вику, Эдрика и Сергеича снова сложило.

— Я знал, что вы оцените, — сказал Бергман. — Гале необязательно воевать, она будет помогать нам по хозяйству, да, Галя?

Успокоившаяся свинья радостно хрюкнула и встала на задние ноги, затарабанив передними по земле — типа помоги мне, хозяин! Погибаю! Ее длинные острые уши трогательно отогнулись, белые ворсинки ощетинились вдоль рыла.

Бергман молча спрыгнул в яму, подтолкнул свинью под зад, Сергеич схватил ее за передние ноги — так совместными усилиями и вытащили животину, а потом двоих поросят.

Галадриэль прильнула к хозяину, он почесал ей за ухом — хрюша блаженно закрыла глаза. Я поймал себя на мысли, что она свинью напоминает лишь пятаком, а так это какой-то гибрид козы, собаки и сайгака. Дикие свиньи отличались от домашних собратьев, как камышовые коты от канадских сфинксов: сбитые, мышечные, покрытые короткой шерстью, которая вставала дыбом, когда кабанчик злился.

Тетыща сразу же купил питомице 3-й уровень — он мог это сделать без моего одобрения. Поймав кайф левелапа, Галадриэль упала на спину и заверещала, дергая ногами.

— Вы зря смеетесь, — сказал Тетыща. — Свиньи умны, хитры, чистоплотны, поддаются дрессировке, и нюх у них лучше, чем у многих пород собак. Вот посмотрите, получится отличное служебное животное.

— Эта порода плавает и ныряет! — восторженно поделился наблюдениями Эдрик. — И сидит под водой четыре минуты, как дельфин, билят!

— Как в анекдоте про «заведи козу», — прокомментировала Вика и шепнула мне на ухо: — Мне одной кажется, что наш жидкометаллический друг счастлив?

Из авангарда Тетыща переместился в конец строя, всецело посвятив себя Галадриэль, а его место заняла Вика. Поглядывая на Бергмана, который учил питомца команде «рядом», она говорила:

— Делаем ставки, как скоро выводок будет у него строем ходить и честь отдавать. Эх, вот что бывает, когда в детстве нет питомцев. Я, когда гамилась, разных питомцев видела. У меня пантера была, у тебя, Ден, сейчас кот-летяга, у кого-то — драконы, единороги… но чтобы свинья…

— Работаем с тем, что есть, — отчеканил Бергман.

Свинья вышагивала рядом, покачивая хвостом, больше похожим на хвост слоника, только с кисточкой, а сзади бежали четыре ее поросенка.

Маленькое приключение переключило нас на лирический лад, напряжение как рукой сняло, всеобщее внимание было сосредоточено на экзотической питомице Тетыщи. Терминатор и его боевая свинья, н-да. От Кроша пользы не так уж много, а от этой тварюшки…

Тетыща подошел ко мне и спросил:

— Посоветоваться надо. Мне предлагают купить таланты: «Вихрь», это ускорение группы, плюс десять процентов к скорости передвижения группы от одного до шести человек. «Сапер» — индивидуальный талант, обнаружение потенциально опасных предметов. «Шпион» — способность брать след заданного одушевленного объекта, обнаружение заданного неодушевленного объекта. «Берсерк» — атакуя, дает плюс пятнадцать процентов урона группы от одного до шести человек. «Умиление» — внезапно появившись, вызывает обезоруживающее умиление, тем самым дезориентируя противника. На третьем уровне можно выбрать два пункта. На четвертый уровень мне не хватает уников, да и рано пока, надо проверить, на что она способна.

— К чему сам склоняешься?

— «Сапер», «Шпион». У нас таких артефактов нет, насколько знаю. И если бы Галя была у нас раньше, мы могли бы отследить НЕХ. Сейчас она, наверное, уже восстановилась и далеко ушла. Потом «Умиление» прокачаю.

— Согласен, не надо ей атаковать, она ляжет с первого удара.

— «Умиление» она и так вызывает, — сказала Вика.

Так за разговорами, шутками-прибаутками мы вышли к усиленной базе.

Издали вроде ничего не изменилось: то же футуристическое сооружение. Я поискал взглядом турель и не обнаружил ее — видимо, она замаскирована, чтобы враг не выбил ее сразу. И ничто не обещает врагам столкновения с защитным полем, которое мы прошли, вообще не заметив.

В клановом чате я написал, что НЕХ ранена, ушла, про Галю умолчал — пусть будет сюрприз. Навстречу нам высыпали встревоженные соклановцы, жаждущие подробностей.

Первой вышла Лиза, заметила Галадриэль с выводком, широко распахнула глаза:

— Господи! Кто это у нас? Галадриэль! А-ха-ха! Это ж эльфийка из «Властелина колец»! Питомец Константина Бергмана!

Будто верный пес, Галя замерла у ноги хозяина, белая полоска шерсти на позвоночнике встала дыбом. Картина маслом! Я так понял, питомец отчасти перенимает характер хозяина.

— Как ее зомби не сожрали, — задумчиво проговорила Тори, осторожно подходя к Тетыще и протягивая руку к питомице. — Можно?

— Галя, свои. Можно.

Поросята, не подверженные влиянию хозяина их матери, сбились в кучку в стороне. К ним подошла Лиза, но они шарахнулись и заметались, увязая в песке.

Элеонора радостно взвизгнула и присоединилась к коллективному чесанию свиньи. Вслед за Максом вышел Крош, ощетинился и фыркнул, а потом вскарабкался мне на плечо, обозначая территорию.

— Свои, — сказал я, но Крош недовольно зарычал, и я легонько щелкнул его по носу. — Не бунтовать!

— Галадриэль — это мощно, — оценил Макс, потягиваясь и почесывая впалый живот. — А что она умеет?

— Пока мало что, — ответил Тетыща. — Ее надо дрессировать. Но пользы принести может много.

Про пользу рассказал Эдрик, окруженный толпой. Я не досчитался филиппинцев и Рамиза, которые, вероятно, спали. Сам бы с удовольствием поспал.

В углу поля зрения замигал конверт — доклад от Джехомара: «Первая группа возвращается с прокачки. Уровни претендентов подняты до 11–14. Командир, сам знаешь, что чем выше уровень, тем медленнее идет прокачка. На сегодня это все. Завтра с утра начинаем прокачку второй группы. План: к вечеру повысить уровни всех претендентов до 16–17».

Я его ободрил: «Ты отлично справляешься. Ни разу не пожалел, что ты с нами. Скоро клан пополнится новыми людьми. Единственная просьба: давить гусеницами бездушных недостаточно, нужно прокачивать боевые навыки и командную работу».

«Проблема в том, что бездушные намного превосходят наших бойцов. Как только уровни поднимутся хотя бы до 20-го, тогда можно. Зачем губить людей?» — задал Джехомар риторический вопрос.