- Грёбанная работа, хоть одна ночь в этом городе может пройти спокойно? - пробормотал я себе под нос.К сожалению никто мне на этот вопрос не ответил, поэтому я натянул на себя джинсы, почистил зубы, и спустя двадцать минут вышел из дома.

- Ну рассказывай, что здесь у тебя? - спросил я, когда увидел что знакомый оперативник спешит мне на встречу.- Привет, дружище, — мужчина пожал мне руку, но ответить не успел.- Его разорвали на части, — произнес женский голос, у меня за спиной, — причём в этот момент он ещё был жив.

Я обернулся и встретился взглядом с худощавой брюнеткой в очках, лет двадцати. Ее губы были сжаты в тонкую, напряженную линию, а в глазах отражалась тревожная смесь отвращения и безразличия. Она стояла, обхватив себя руками, как будто пытаясь согреться или желая отгородиться от зловещего невидимого врага.

Голос, произнесший эти мрачные слова, звучал безжизненно, как холодное лезвие клинка. В этом взоре, направленном на меня было скрыто нечто большее, чем просто страх. В них проскользнула тень боли, живущая глубоко внутри, которая балансировала на краю её сознания.Тишина вокруг нас становилась гнетущей

- С кем имею честь? - спросил я, размышляя о том, как нелегко, вероятно, приходится девушке на подобной службе.- Агата, эксперт-криминалист. Перебралась в ваши края из округа пару месяцев назад - произнесла она, представившись и протянув мне свою изящную руку.- А наши уже не справляются? - хмыкнул я, осторожно сжимая её хрупкую ладонь.- Похоже, нет, — девушка неопределенно пожала плечами.- Ну пойдёмте, расскажете мне, что обнаружили.- Нам туда - легким жестом указала она, направляясь в сторону тенистых деревьев.

- Тоже мужчина, вроде по внешним признакам похож на типаж нашего маньяка, но сами понимаете, точно что-либо определить сложно.- Сердце на месте? - уточнил я.- Нет.- Ясно.

Листва шуршала от дуновения ветра, словно шептала об ужасе, скрытом в тени. Птичьи песни, ранее наполнявшие пространство радостью, теперь звучали как зловещее эхо, подчеркивающее абсурдность произошедшего.

В сердце зеленого парка, где когда-то царила идиллия и спокойствие, теперь стояла мрачная тишина. Утренняя роса медленно стекала с травы, сверкая на фоне неподвижного воздуха, но эта картина спокойствия резко контрастировала с ужасом, который притаился под сенью деревьев.

Это напоминало бойню в лучших традициях ужасов: разорванное на части тело лежало на земле, как сложный пазл, чьи фрагменты навсегда останутся разбросанными. Вся поверхность травы была пропитана кровью и внутренностями, окруженными алыми всполохами, создавая ужасающе-красочный калейдоскоп на этом мрачном полотне.

В некоторых местах кости были обглоданы, оставляя лишь зловещее напоминание о насилии. Рот мужчины был открыт в немом крике, а на лице отображалось отражение предсмертной агонии. Кровавые следы расползались во все стороны, рассказывая историю стремительной расправы.

Вокруг царило удушающее молчание - свидетель кровавого спектакля, который вечно останется в памяти природы как печальная песнь безысходности. Мысли о том, что все это еще недавно было человеком, не укладывались в сознании.

Эта сцена потрясала своей жестокостью, сплетая грусть и ужас в неразрывный узел, касаясь глубин человеческой души, где звучало эхо потери и необратимости. В мгновение ока привычный мир обернулся кошмаром, оставляя лишь пустоту.

Красная лужа стекала с останков к моим ботинкам и я невольно отстранился, сделав шаг назад:- Что-то ещё?- Да, вон там, — указала девушка, — остался четкий отпечаток волчьей лапы. Это очень крупная особь. Вероятно, когда этот монстр напал, жертва пыталась забраться на дерево, но, увы, не успел.

- Наш пёс что-то разошёлся, — пробормотал только что вернувшийся оперативник, его голос дрожал от напряжения.- Или он не один, — тихо произнёс я, закуривая и выпуская в воздух клубы густого дыма, которые расплывались, словно призраки, исчезая в небесной синеве.

4.

В стороне кого-то рвало, и я не смел его осуждать, так как зрелище было то ещё. Я был счастлив, что приехал на голодный желудок.Эта картина ещё долго будет преследовать меня по ночам. Казалось бы за это время я уже должен был привыкнуть, всякое приходилось видеть. Но давно не было такой мясорубки. Часто маньяков называли зверями, но мы, те кто шёл по их следу знали, что животные убивают только когда голодны или их жизни что-то угрожает.

Самые страшные твари, это не монстры из сказок, а люди. Которые могут жить с тобой рядом, улыбаться, здороваться, знать имена твоих детей, а в один прекрасный момент расчленить и закопать на заднем дворе. Людской жестокости нет предела. Может быть когда-нибудь я перестану этому удивляться. Но пока меня всё это преследовало по ночам.

Может в этом была причина того, что я не женился и не обзавелся семьёй, к своим годам. Потому что я не хотел в один прекрасный момент приехать на вызов и обнаружить там тех, кто мне дорог. Своей смерти я не боялся и давно. Когда я стал полицейским, я знал на что шёл. Мы каждый день ходим по лезвию ножа.Смерть - это всего лишь избавление от боли. Вопрос лишь в том, какой она будет. Сегодня этому мужчине не повезло.

- Личность установили? - обратился я к коллеге.- Да, я отправил досье тебе на электронку. С родственниками тоже связались.- Хорошо, заканчивайте здесь и зайдешь ко мне, как вернёшься в участок.Оперативник кивнул, а я пошёл прочь.

- Подождите!Я обернулся:За мной спешила Агата:- Это вы мне?- Простите, я не знаю вашего имени, вы не представились, а спросить я не решилась.- Это вы извините меня за мои манеры. Можете называть меня Зейн.

Девушка смущалась и краснела, а я не мог понять зачем она меня окликнула:- Вы что-то хотели, Агата? - не выдержал я.- Не могли бы вы довезти меня до участка, если вас не затруднит? Я еще плохо ориентируюсь в вашем городе.- Без проблем, все равно туда еду.- Спасибо, — криминалист с благодарностью посмотрела на меня. Кончик ее носа был красным от холода, а шея покрылась мурашками.

"Совсем еще девчонка, — промелькнуло у меня в голове, — Что же занесло ее в криминалистику?" Повинуясь какому-то внутреннему порыву, я снял свою куртку и накинул ей на плечи. Брови девушки удивленно приподнялись.- Вы совсем замерзли, — пояснил я свой поступок, направляясь к машине. Она молча шла за мной, шмурыгая носом.

День выдался ужасным. Я чувствовал себя беспомощным и усталым как собака, еще и голод меня терзал с самого утра. В добавок ко всему этому еще и втык получил от начальства, за то, что нет зацепок по делу. Босс давил на меня и требовал, что б я закрыл эти дела, ведь всё ясно звери растерзали, с кем не бывает? А то, что сердца пропадали - мало ли что там в голове у волков.

Я хотел спросить его, если бы он лежал там конструктором лего под тем дубом, то размышлял бы так же? Но сдержался. Что толку сотрясать воздух?У нас сейчас главное не раскрыть преступления, а что б висяков не было.Вернувшись к себе в кабинет я плеснул себе воды в стакан и, допив, запустил его в стену. Стало чуть легче. Надо только собрать осколки.

Началась бумажная рутина, и сейчас я даже радовался ей, хотя внутренний голос подсказывал, что с наступлением ночи всё изменится. Как же я хотел ошибаться, но интуиция меня еще ни разу не подводила. С каждой минутой, чем ближе к закату, тем сильнее нарастало беспокойство. Многих уже не было, а я сидел, ожидая звонка, будучи уверенным, что он раздастся.

Ровно в двенадцать, как в сказке про Золушку на всё отделение разнеслась трель моего телефона.Подняв трубку устало спросил:- Где?В этот раз это произошло у чёрта на куличках. Хорошо, что уже ночь и я доберусь без пробок. Видит Бог я не хотел туда ехать, но у меня никто не спрашивал. Поэтому фары моего Форда освещали дорожное полотно, рассеивая мрак вокруг.

На город опускалось серое марево, отчего окружающая обстановка выглядела ещё более зловеще. В фильмах туман напрягал ожиданием страшных чудищ, готовых вынырнуть из мрака.В реальной жизни же они встречались чаще, чем можно было бы предположить, и не всегда прятались в тени.