Тьма, все это время пристально наблюдавшая за действиями Саши, резко изменила свой цвет, став темно-серой.

Черные брови Александры взлетели вверх от удивления.

— Чего это ты была черной, а теперь серой стала.

Тьма взлетела вверх, резко упала, приняв образ мужчины, на котором сидела Саша, повернулась к ней спиной.

— Обиделась?

Тьма повернула голову, придала лицу хмурый обиженный вид.

— И на что, интересно?

Тьма стала изменяться, приняла образ Саши, а затем вновь стала «мужчиной».

— А, понятно. Тебе не нравится, что я называю тебя Тьмой, потому что ты мужского пола. — Саша нахмурила брови, мысленно обдумывая данную проблему, губы ее расползлись в широкой улыбке. — Придумала, тьма больше похожа на ночь, а ночь это мрак. Будешь Мраком. Здорово я придумала.

Лицо Мрака чуть не засияло от широченной улыбки, развеявшись, он прильнул к Александре, лаская ее своим черным маревом.

Саша нахмурилась.

— Давай только без телячьих нежностей, ты все-таки мужского пола, пусть и не в человеческом облике, но руки твои очень даже хорошо чувствуются.

Мрак резко отшатнулся от Александры, надув губы, смотрел хмуро.

— И нечего на меня сердиться. И вообще, не отвлекай меня, каждая секунда на счету, а ты, как маленький, учиняешь мне разборки. Так на чем мы там остановились? — Саша продолжила читать: — Резко вводите шприц в мышцу под прямым углом на три четверти иглы, но до самого конца не вводите. Снаружи должно остаться полсантиметра или сантиметр, чтобы игла не сломалась. Новички, в первый раз делая укол, боятся резко втыкать иглу и вводят ее постепенно. Поверьте, за это пациент вам спасибо не скажет. Чем резче и четче вы воткнете иглу в мышцу, тем менее болезненным будет укол… Выходит, нужно ввести шприц резко.

Долго не раздумывая, Саша размахнулась и загнала иглу со шприцом в крепкую ягодицу. И тут же, словно пушинка, полетела кубарем с ног мужчины.

Мужчина, лежащий до этого спокойно и неподвижно, выскочил из-под нее словно пуля. Пробежал немного, неистово крича, а через мгновение, совершив оборотничество, взмыл в облака, оглушая своим ревом близлежащие горы. Он пролетел совсем немного, повернул голову, сверкнул своими янтарными глазами, в которых пылала ненависть. Данное существо отличалось от того зверя, который хотел убить Сашу, единственное сходство было в размерах и желании ее убить. У этого существа голову венчали три острых шипа — словно корона. Своим огромным телом он закрыл все пространство перед взором принцессы. Резко развернувшись, он полетел на нее, и открытая пасть с большими острыми зубами не предвещала ничего хорошего.

Шприц выпал из дрожащих пальцев Александры, сердце учащенно застучало, глаза округлялись от приближающейся к ней перекошенной от ненависти морды.

— Драк-он, Красный дра… — успела прошептать Саша перед тем, как потерять сознание.

***

Дракон неумело приземлился, сгребая когтями подвернувшиеся под лапы камни, приблизил морду к бледному лицу девушки. От его тяжелого дыхания белые волосы, выбившиеся из кос незнакомки, взлетали и небрежно опускались на камни. Вид неподвижно лежащей девушки вызвал тревожное чувство, желание ее убить резко испарилась.

Мрак вырвался из третьего глаза и закружил, зло причитая:

— Злыдень чешуйчатый. Ты что натворил?! Убил! Убил нашу спасительницу. Нашу красавицу. Бедная девушка как увидела искаженную от гнева рожу, так и померла. Слабая человеческая душа не выдержала такой пытки. Да и где ей выдержать, когда я с самого рождения с тобой — и то от страха чуть в сумрак не упорхнул.

Дракон насторожился, попятился. Переводил тревожный взгляд с одной лапы на другую, все еще не веря в то, что видит. Ноги подкосились, и, совершив оборотничество, Хорг уперся руками о камни, тяжело дыша. Вскоре руки ослабли, чуть задрожали от бушевавших внутри чувств. Он упал на камни, сгребал их трясущимися пальцами, шепча:

— Не может быть. Столько тысячелетий прошло. Не может быть! — повернув голову, посмотрел на свою третью ипостась. — Мрак, неужели свободны? Свободны от проклятья.

Опрокинувшись на спину, не чувствуя холода камней, Хорг смотрел на голубое небо, гонимые ветром белые облака, пролетающих птиц и заходящее за горизонт солнце. Слезы счастья бежали из его глаз, скатывались по вискам, ударяясь глухо о камни. Душа рвалась ввысь, дракон внутри рычал, требуя еще раз расправить крылья, ощутить головокружительный восторг от простора и переполняющего душу чувства высоты.

Хорг не стыдился своих слез, не замечал, как они обжигают виски. На его лице застыла вымученная улыбка, в глазах струилась печаль. Воспоминания раздирали душу криками умирающих Красных драконов. Все эти тысячелетия он ненавидел мать, думая, что она прокляла его из-за уродства. А оказалось, она его спасла, напоив зельем, изменившим его сущность, а потом прокляла. Струящийся из третьего глаза мрак стал тьмой. Тьмой, которая ненавидела всех и все вокруг. Она выпивала магию и жизненные силы из всего, к чему прикасалась. Его внутренний дракон забыл о том, кем он был, переродившись в чудище. Такую цену за его жизнь отдала мать. Спасала любой ценой последнего своего ребенка. Братья и сестра к тому времени уже были мертвы. Отец с матерью умерли последними, они упали в пропасть. За мгновение до смерти истинная пара поведала отцу о том, что спасла их последнего ребенка. Он будет жить, а какой ценой — это неважно. Король Красных драконов умер с улыбкой на устах в обнимку со своей истинной парой.

Он отомстил кровожадным драконам. Не оставил им истинного духа. Унес его в другой мир, спрятал в одной из пещер, понимая, что ни одна живая душа никогда не найдет ларец с Красным драконом. Воспоминания, нахлынув все разом, продолжали обжигать душу, терзали разум болью потери всего клана. Мрак подполз к нему, словно побитый щенок, стер соленые дорожки: «Мы живы. Мы продолжим род Красных драконов».

«Нет. Никогда уже не возродится исчезнувший род Красных драконов. Клана больше нет. Я одинок в этом мире».

«Мы найдем драконицу и продолжим род».

«Я не смогу простить им убийства своих братьев и сестер, отца и матери, всего клана. И неважно, что тех драконов, которые начали войну, уже нет. Живы их внуки, а они не менее кровожадны. Вернемся в свои горы и будем там доживать свой век.

«А девушка?»

«Что девушка? Похороним».

Саша простонала и зашевелила рукой, не соглашаясь на такой расклад.

Мрак сразу метнулся к ней, заверещав:

— Она живая!

Хоргос повернулся на бок и встал, видя, как его Мрак взволнованно завис над лицом девушки, вздохнул:

— Предатель.

Мрак повернулся, удивленно смотря на стоящего дракона.

«Ты собрался в таком виде предстать перед девушкой?»

Хоргос окинул свое тело удивленным взглядом.

«Чем тебе мое тело не нравится?»

«Тело у тебя красивое, только вот думаю неприлично предстать пред очами незамужней девушки обнаженным. Вот если бы она была замужняя, тогда да, думаю, устоять бы не смогла».

Вот привязался. Ходил же столько веков голым и никого не смущал, да и привык уже. По щелчку пальцев на Хорге появилась одежда в точности как на Александре.

«Это во что ты вырядился, а где фрак и белоснежная рубашка?»

«Думаю, в данный момент они неуместны. Да и на девушке видишь, какая одежда. Столько тысячелетий прошло, может, фраки уже не актуальны. И король Черных драконов был одет в другую одежду.

«Хватит уже о нарядах, давай девушку в чувства приводи».

«Как?»

«Да почем я знаю! У тебя ведь, кроме меня, еще две ипостаси — спроси у одной из них, особенно у человеческой, в которой ты сейчас находишься, наверняка знает».

«Не знаю я ничего».

«Вот упрямец. Девушка тоже не знала, как тебя в чувства привести, а ведь получилось.

Хоргос потер правую ягодицу.

«Тебя бы так в чувства приводили, я бы посмотрел на твое состояние».

«Понимаю, решение неординарное, но зато действенное».