— А почему в этой колбе нити не шевелятся и не светятся? — Александра с интересом слушала рассказ магистра, и ей почему-то не понравились нити, похожие на извивающихся змей.

Все вокруг заулыбались.

— Да чего непонятного, — не выдержал Арион и стал растолковывать очевидные для него вещи, — эти иртановые нити еще не напитаны магией, это заготовки. Когда в одной из колб заканчиваются нужные нити, я отдаю заготовки магу той стихии, которой они были напитаны.

Похлопав по плечу стоявшего рядом внука, магистр улыбнулся и проследовал к другому столу, за которым сидела его внучка.

— Одия, как у тебя идут дела?

Девушка нехотя оторвала взор от листа, исписанного различными формулами.

— Не знаю, иногда мне кажется, что разгадка где-то рядом, но я ее никак не могу ухватить.

— Почему бы вам не попробовать взять за основу магическую формулу портала и не усилить ее? — в разговор вмешался Редгар. Его увлекла тема порталов, ведь даже если не удастся открыть портал в другие миры, то, возможно, маги найдут способ быстрого перехода на дальние расстояния. Его тело до сих пор покрывается чешуей, когда он вспоминает путь к Нэйре. Как он тогда рвал и метал, что не может в одно мгновение оказаться возле нее, сколько было дней, наполненных переживаниями и терзаниями от неведения, что происходит с ней ее дочерью.

— Покажите, над чем вы работаете, какое магическое заклинание используете для перехода?

Одия окинула Редгара недовольным взглядом и, нахмурив брови, посмотрела на деда.

Турнар широко улыбнулся.

— Одия, не волнуйся, нашу лабораторию посетил младший наследный принц Черных драконов.

Глаза девушки широко округлились, в них читалось изумление, на лице застыло восхищение, ярко-алые губы чуть приоткрылись. Несколько минут она, не отрываясь, смотрела на принца, а опомнившись, встала.

— Успокойтесь, Одия, лучше покажите мне свои разработки. — Редгар бросил взгляд на лист, исписанный различными формулами, его брови сошлись, затем поднялись, но тут же снова приняли прежнее положение. — Очень интересно. Оказывается, заклинания и формулы по созданию портала драконов очень отличаются от ваших. — Он наклонился над столом, подхватил исписанный лист. — Вот в этом месте у нас в формуле стоит знак РАИСХ, а у вас СИТРХ. Удивительно, знаки разные, но порталами пользуемся и вы, и мы. Скорей всего, вот из-за этого знака — МАДИГ — у вас он в форме эллипса и внутри у него знак бесконечности, а у нас такой же в форме шара, внутри которого знак беспредельности.

Разговор слышали все ученые в лаборатории, они подскочили со своих мест и окружили Редгара со всех сторон, с интересом смотря на то, как он вычерчивает на листе формулу портала.

— А вот в этом месте мы используем заклинание силы и не имеет значения, произносим ли мы его вслух или проговариваем мысленно. Взмахом руки усиливаем магию для переноса тела между магическими пространственными потоками. Происходит мгновенное расщепление вихревых воздушных потоков, они подхватывают тело и мгновенно перемещают его на определенное расстояние. Жаль, это расстояние не очень большое. Я готов поработать вместе с вами над этой проблемой. Драконам, как оказалось, тоже иногда хочется переместиться в нужное место очень быстро.

— А разве вы не можете обернуться драконом и перелететь в нужное вам место?

Редгар ухмыльнулся.

— Естественно, можем, но это все равно занимает больше времени, чем при переходе порталами, да и дракон имеет свойство уставать от перелетов.

Все вокруг заулыбались, напряжение разрядилось.

Александре стало скучно слушать разговоры взрослых. Повернувшись, она засмотрелась на соседний стол, на котором стояли разные колбы, в которых сияли тонкие разноцветные нити. Посмотрев на отца, который что-то писал на листе бумаги, она юркнула под руку стоявшего рядом мужчины. Затаив дыхание, постояла немного, видя, что на нее никто не обращает внимания, подошла к столу, за которым до этого работал Парис. Сев на стул, с деловым видом взяла в одну руку сферу, в другую — пинцет. Едва дотянулась до колбы с серебряными нитями, подхватила одну из них и дрожащей рукой стала подносить к сфере. Подражая Парису, с невозмутимым видом поднесла нить к сфере, и та неожиданно дернулась.

Саша испугалась, пальчики ее дрогнули, чуть разжались, серебряная нить упала на стол и, извиваясь, словно змея, поползла по столу. Маленькое сердечко заколотилось от страха, и, бросив пинцет, Саша быстро схватила все еще дрожащими пальчиками нить и сунула ее в свободное отверстие. С любопытством наблюдала, как нить змейкой ринулась по прозрачному пустому тоннелю, обвила его, встретившись со своим хвостом, вцепилась в него зубами и вспыхнула. Рядом расположенные тоннели с нитями других стихий засверкали. По сфере побежали световые разряды, с каждым разом все сильнее наполняясь сияющим золотым светом, который перерос в яркую вспышку, которая озарила лабораторию.

Перед тем, как Александра исчезла, Редгар успел увидеть ее широко открытые от испуга изумрудные глаза.

Дикий рев оглушил сначала лабораторию, а затем местность вокруг замка. Обортничество было мгновенным. Голова Белого дракона снесла крышу здания, как будто ее и не было. Дикий отчаянный рев вновь оглушил местность.

Идущие по берегу озера девушки остановились. Лицо Джейн мгновенно побледнело, губы чуть слышно с тревогой прошептали:

— Саша…

А затем отчаянный крик, пропитанный болью, разлетелся по окрестности.

— Доченька!

Не помня себя, Джейн бросилась со всех ног к крутым ступенькам, по которым совсем недавно поднимались Редгар с Александрой.

Она бежала со всей силы, на которую была способна. Безысходный, душераздирающий крик мужа говорил только об одном, с их дочерью случилась беда. Подбежав к ступенькам, Джейн стала нервно подниматься. Подол платья мешал, то и дело попадая под ступни, которые раз за разом срывались с гладких камней. Колени были содраны до крови, по нарядному платью проступали разводы грязи. Дыхание стало тяжелым и надрывистым от страха, сердце учащенно стучало, отдаваясь в каждой частичке тела.

Сделав последний рывок, Джейн переступила верхнюю ступеньку и бросилась вперед, но запуталась в платье и вновь упала, ободрав руки о покрытую мелким камнем дорожку. Совсем не обратив внимания на саднящие ладони, подскочила, подхватив платье, чтобы не мешало, и подбежала к калитке. Трясущимися от волнения пальцами попыталась открыть калитку, но та не поддавалась.

Джейн била нервная дрожь. Она посмотрела по сторонам в поисках живой души, которая поможет ей, и вздрогнула от страха. На нее неслась волна цунами, ноги стали непослушными, и она, затаив дыхание, с широко открытыми глазами ждала, когда на нее обрушатся темно-синие холодные воды. Но волна, достигнув ее ступней, осторожно подхватила девушку и перенесла через закрытую калику, бережно опустив возле обломков здания, и тихонько схлынула.

Белый дракон, увидев кровь на платье жены, вновь издал рев боли.

Ноги Джейн совсем ослабли, туман застил глаза. В последнее мгновение она успела заметить исказившееся от горя лицо мужа и его голубые глаза, в которых плескалась отчаянная боль.

Сознание возвращалось с трудом, голову, казалось, сдавил тугой обруч. Беспокойный голос Редгара звучал словно издалека, постепенно возвращая Джейн в сознание.

— Джейн… Джейн… Очнись, моя радость. Прости меня! Прости! Я не уберег нашу доченьку! Прости меня.

Горечь заполнила сердце Джейн, душа разрывалась на части. Горячие слезы проложили дорожки на ее щеках, скатываясь с них, падали на землю. Не в силах выносить больше эту муку, она уткнулась Редгару в грудь и разрыдалась, переходя на отчаянный крик.

— Где она! Где моя доченька!

— Прости… Прости…

Боль сжигала душу Редгара, он не замечал своих слез, все сильней прижимая к себе рыдающую жену. Ему не было оправдания и прощения. В мгновение жуткая боль сдавила его голову, словно перетянув ее тугим жгутом, она стягивала все сильней. Сработала родительская привязка — его дочь сейчас испытывала неимоверный страх. Понимание происходящего рвало сердце на части, из носа дракона потекли две кровяные дорожки, Редгар издал стон боли и стал заваливаться на бок.