— А Сакотель ты рассказала о такой радостной новости?!

Александра захлопала черными ресницами, ее щеки разрумянились, и, подув на висевшую перед глазами белую прядь волнистых волос, она вспомнила, что, когда уходила, няня мирно похрапывала, и замотала головой.

— Бедная, бедная няня. И кто же ей сообщит такую радостную новость?! — Джейн мотала головой и с надеждой смотрела на дочь.

Александра подпрыгнула.

— Я! Я ей все расскажу!

И не дожидаясь похвалы, понеслась из комнаты.

Джейн, сделав самое серьезное лицо, с нотками сарказма в голосе произнесла.

— Ни одна мышь не проскочит в нашу комнату через мою защиту!

Она специально с издевкой, добавив холодной невозмутимости в голос, повторила дословно все слова Редгара, сказанные им недавно, когда она ему намекнула, что дочь у них очень ранняя пташка и влетает в комнату словно торпеда, поэтому не мешало бы поставить замки на двери, вдруг опять вбежит, а они занимаются тем, что ребенку знать и видеть не положено. Джейн сжимала кулаки со всей силы, вонзая ногти в ладони, пытаясь унять рвущийся смех.

Редгар подскочил, услышав сарказм в ее голосе и увидев насмешку в глазах.

— Но как она могла?! Мою защиту даже Сакран не может снять!

— Конечно, конечно, это ведь королевская защита и как же ее дочь не заметила!

В голосе Джейн было столько задора и торжественности, что Редгар наконец понял, что она над ним подшучивает. Он смотрел на довольную любимую, на ее обнаженные плечи… и его лицо вдруг стало жадным. Чуть шельмовской, хищный взгляд стал туманиться от возбуждения.

Джейн догадавшись о его намерениях, подскочила и, визжа, побежала в ванную, сверкая голыми пятками.

Редгар жадно проследил за ней. Ноздри сразу широко раздулись от тяжелого возбужденного дыхания, волна желания обладать окатила с головы до ног в предвкушении близости. Он ринулся следом, но запутался в одеяле, рухнул на пол и из его груди вырвался рассерженный рык.

Джейн, услышав этот рык, подпрыгнула, взвизгнув, и скрылась за дверью, смеясь. Редгар встал, откинул одеяло, с хищной улыбкой на лице перенесся в ванную порталом.

***

Целую неделю дворец гудел, словно улей лесных пчел. Слуги с ног сбились, устраивая гостей, такого торжества не помнят даже старожилы. Приглашенных было столько, что свадебное торжество решили отпраздновать на улице. Тронный зал при всем уважении к его размерам не смог бы вместить всех.

Дворцовый парк быстро перестраивался и украшался вазами с цветами, фонтанами и широкими каменными дорожками между многочисленных клумб, засаженных всевозможными цветами. Раскидистые ивы, словно хоровод, росли вокруг дворцового пруда и радовали глаз своей красотой. Их тонкие ветви, похожие на зеленые волосы русалок, изгибаясь, раскачивались от игры ветра и скользили по голубой прозрачной глади пруда. Золотые рыбки, весело плескаясь, выпрыгивали из воды, хватая ртом тонкую зеленую листву. Они юркнули на дно пруда, прячась под камни от оглушительного рева дворцовых труб, извещающих всех присутствующих о наступившем торжестве.

Головы всех гостей повернулись к главному входу дворца. Огромные дубовые двери медленно открылись, и на крыльцо вышла, держась за руки, первая пара. Старший наследный принц клана Черных драконов и его истинная пара — драконеса Ясиния. Столько лет она прожила уединенно и теперь вид нескольких тысяч драконов, пусть и в человеческом облике, немного нервировал. Она сама не поняла, когда влюбилась в суженого, так неожиданно появившегося на пороге гостиной ее уединенного замка. Может, уже тогда истинный дух все предрек, но почему-то не обвил их руки брачными узорами.

Легкая улыбка тронула ее лицо при воспоминаниях о первой ночи в пещере. Только тогда она не знала, что человек, так бережно моющий ее в своей ванне, старший наследный принц. Сакран перенес ее порталом прямо в свои покои. Ночные магические светильники чуть вспыхнули при их появлении, да так и излучали тусклое желтое свечение всю ночь. Ясиния чуть удивилась размерам спальни, но если учесть, что кровать занимала половину пространства, то в принципе удивление быстро схлынуло. Возможно, ее муж любит спать поперек.

Интерьер спальни был оформлен в серых тонах с золотыми и черными деталями. Резные черные дверцы гардеробной, возле которой стоял Сакран, были выполнены из массивного дерева. Золотые розы на черной сверкающей поверхности чуть светились, добавляя света в спальне. На полу лежал большой ковер под цвет розам, но теперь на нем ветвились вытканные черные зигзаги. Кровать была застелена серым, чуть ворсистым покрывалом, поверх которого лежало несколько подушек разной формы и длины, покрытых золотой и черной тканью. Окрас стен был выполнен в сложной цветовой гамме, иссиня-черная сверкающая поверхность шла от пола, затем плавно переходила у потолка в серый оттенок. Тяжелые черные шторы закрывали окна.

Ясиния не смогла увидеть, в каком месте стоит замок ее мужа. А дальше ее отвлекло тяжелое его дыхание, он сбросил с себя вещи и стоял обнаженный. Она почувствовала жар на своих щеках и быстро отвернулась, чтобы скрыть смущение.

— Не надо меня стесняться, Ясиния, — прошептал он, коснулся ее чуть раскрытых и припухших от поцелуев губ. Подняв на руки, отнес в ванную комнату, нежно и заботливо смывал с нее усталость и дорожную пыль.

Раскрасневшуюся и сонную, он замотал ее в полотенце и принес на кровать. Уложив бережно, укрыл одеялом, лег рядом. Сон накрыл их сразу и был сладким и красочным — ровно до того момента, как к ним забралась маленькая белокурая девочка. Прыгая по кровати, она весело кричала.

— Дядя Сакран, деда сказал — свадьбе быть! А вы до сих пор спите! Просыпайтесь быстрей, свадьбу пора справлять!

— Какую свадьбу? Чью свадьбу?

Сакран спросонья ничего не мог понять, а если сюда еще добавить визг и хохот, то у него вообще все в голове перемешалось.

Александра перестала прыгать.

— Как чью? Какой ты недогадливый, твою, конечно, и тети Ясинии!

— А откуда ты знаешь, как зовут мою истинную пару? — в голосе принца слышались удивление и настороженность.

— Да мне Пунгр сказал.

— Какая красивая девочка! — Ясиния с восхищением рассматривала виновницу их недолгого сна.

— Конечно, красивая, я похожа на маму, а волосы у меня как у папы. А мой папа знаешь кто?!

Смутная догадка в тот момент промелькнула в голове Ясинии, и девочка подтвердила ее громким криком.

— Мой папа принц, а деда самый главный дракон, а дядя Сакран старший принц! Ладно, мне пора, я еще Сакотель не рассказала о свадьбе! — Саша махнула рукой и выбежала из комнаты.

Ясиния лежала и с широко раскрытыми глазами смотрела на потолок, после открывшейся новости на ее лицо наползла бледность. Верить в услышанное не хотелось, она могла представить, что ее полюбил какой-нибудь страж, ну на худой конец князь, но чтобы сам старший наследный принц! Это никак не укладывалось в голове.

— Ясиния, Ясиния, что с тобой!

Сакран тряс ее за плечо, испугавшись поверхностному дыханию и бледному, застывшему в испуге лицу. Только когда он коснулся влажных желанных губ, она тяжело задышала, ее глаза заволокла пелена слез.

— Как же ты мог так поступить? Бросить дворец и свой клан, за который ты в ответе. Бросить все и кинуться ко мне, какой-то драконице, которая совершенно не соответствует королевскому дворцу.

— О чем ты говоришь?

— Я говорю о том, что если бы я знала, что ты старший наследный принц, то скрылась бы и ты меня никогда бы не нашел!

— Но почему?!

— Как ты не понимаешь?! Я смогу стерпеть издевки и насмешки в отношении меня, я к ним привыкла. Но чтобы весь клан смеялся над тем, что у старшего наследного принца жена — хромоножка… — Буря чувств смешалась у нее в груди, не вытерпев, она разрыдалась.

— Что ты, что ты моя родная! — Сакран приподнял лицо любимой, покрывая его поцелуями. — Я люблю тебя. Душа моя, моя песня, для меня не имеет значения — хромая ты или нет. Я не заметил того, что тебя так тревожило всю жизнь.