— ДЖЕЙН!

Ветер подхватил сорвавшееся с губ имя, вымолвленное с душераздирающей болью, и понес его средь холмов, начинающих засыпать в вечном холодном безмолвии. Он разрывал ледяную белую пелену, кружил, играя ею, неся за собой отголоски эха:

— Джейн! Джейн! Джейн!..

Младшего наследного принца обожгло воспоминаниями. Образ Джейн постепенно стирался из его памяти, все чаще и дольше оставаясь в сером липком тумане.

Печаль обожгла едва стучащее большое сердце Белого дракона. С каждым прожитым днем одиночество все сильнее окутывало его, обволакивало, унося в дни, похожие один на другой своей пустотой. Ноющая, раздирающая душу тоска вонзилась, разбередила саднящую рану по истинной паре. Драконья ипостась затянула последнюю погребальную песню, раздирая на части и без того израненную душу. Горячие слезы заструились по чешуйкам Белого дракона.

— Что случилось?! Отчего ты плачешь?! — вновь услышал он взволнованный голос, полный тревоги и беспокойства.

Редгар решил успокоить явившийся в последнее минуты его жизни мираж.

— Драконы не плачут, драконы сильные.

Белый дракон стал уже проваливаться в вечный сон, когда его коснулось горячее дыхание и послышался голос, полный восхищения.

— А еще они очень красивые.

Он почувствовал, как его чешуек коснулась горячая ладонь и ласково вытерла бежавшие слезы. На руках Джейн вспыхнули алые ленты, они взвились вверх, превращаясь в удивительные узоры, чем-то похожие на морозный узор на заснеженном окне в мире, где она родилась.

Внутренний дракон оборвал свою погребальную песню, замолчал, замер, настороженно приподнял голову. Чувствуя нечто — и одновременно сомневаясь в том, что только ощутил.

Белый дракон насторожился, прислушался, втянул ноздрями забытый, но такой родной запах, от которого по всем его чешуйкам выросли тонкие и колкие ледяные иголки.

***

Драконью Долину разорвал крик.

— Что вы стоите как истуканы! Убейте Белого дракона! Стреляйте магическими стрелами! Белые драконы слабы магически. Убейте его и приведите мне ту девушку!

Отдававшего приказы Таувера раздирали теперь совершенно другие чувства. В первые минуты, когда он увидел одинокую, застывшую фигуру Нэйры наверху холма, его сердце обожгло яростной местью. Осталось сделать всего несколько шагов — и он обхватит ее шею своими руками…

Но преследователи резко остановили коней, когда увидели, как на беглянку обрушилось драконье пламя. Таувер чего угодно мог ожидать, но только не такого поворота событий. Видимое сейчас им не укладывалось в голове.

Зачем драконам сжигать своим пламенем какую-то служанку? В подтверждение этим мыслям принц увидел взмах больших белых крыльев, которые бережно сложились вокруг горевшей в пламени Нэйры. К удивлению Таувера и его людей, служанка не сгорела сразу, пламя то ярко вспыхивало, то вовсе затихало, чтобы наброситься с новой силой и с еще большим рвением.

Никогда еще люди не слышали, как воет и хохочет огонь, как скулит, словно побитый щенок, и как заходится в стонущей песне, от которой по телу ползут колкие мурашки ледяного страха.

Люди из свиты будущего короля отвели взгляды в сторону — одежда служанки сгорела в один миг. Пламя было настолько жарким, что им, стоящим внизу холма, казалось, будто они находятся у раскаленной печи.

Тело девушки пылало в огненном кольце.

В ревущем пламени все чаще виднелись синие всполохи. Белая когда-то кожа Нэйры сейчас больше напоминала обгоревшую коричневую глину, почему-то покрытую трещинами. Глядя, как отваливаются от ее тела куски, люди чувствовали дурноту и отводили глаза.

Только наследный принц с наслаждением взирал на костер, в котором горела служанка. Его левый уголок губ чуть приподнялся в ухмылке, в голубых глазах плясало пламя, и сложно было понять — это отсвет горевшего на холме костра или его собственный блеск от упоения увиденным.

Ухмылка сошла с лица принца, брови резко сошлись, а потом медленно поползли на лоб. Сердце учащенно забилось, когда ветер подхватил черные волосы Нэйры и оголил стройный девичий стан, покрытый глубокими красными шрамами. Взгляд наследного принца впился в стройные ножки, а сердце замерло, когда он остановился на округлых бедрах. Но все поплыло перед глазами Таувера, когда незнакомка резко повернула голову на его крик. Ни одна девушка его королевства, да что там, всего Тистрела, не могла сравниться с прекрасной незнакомкой. Никогда принц не видел такого удивительного разреза глаз, утонченных черт лица, алых манящих губ. Сердце учащенно застучало, желание накатило волной, ревность обожгла сердце. Никто, кроме него, не должен касаться прекраснейшего тела. Эта незнакомка должна быть только его.

Всадники натянули луки и выпустили стрелы. Крыло огромного Черного дракона встало на их пути. Ударившись о черную как сталь чешую, стрелы вспыхнули и упали к его лапам. Черные как ночь зрачки Черного дракона обжигающе смотрели на стрелявших людей.

— Белые драконы, может, и не сильны в магии, а вот Черные оставят от вас один пепел. — Черный дракон сейчас был очень разъярен — Надо же, кто-то из людей осмелился нападать на драконов, да такого не было с рождения этого мира! В зрачках Сакрана светилась тьма, рот расплылся в довольной ухмылке. — Младший, ты прикрыл бы свою истинную пару, а то некоторые слюнями обтекают, смотря на нее.

Белый дракон распахнул глаза, его ноздри широко раздувались от взволнованного дыхания.

— ДЖЕЙН! — вновь пронесся эхом по долине его отчаянный крик, полный стона, радости и счастья.

Белый дракон на глазах Джейн превратился в Редгара. Его руки обвили ее стан и прижали к себе. Глаза его смотрели на Джейн, но разум отказывался верить тому, что он сейчас видит. Как такое возможно?! Где Нэйра?! И откуда появилась Джейн?! Его истинная пара, которую он искал все эти шесть лет. Разлука опустошенной метелью терзала его дни и ночи одиночеством, поверить в то, что он видит, было трудно.

Пройдясь чуть трясущейся рукой по ее волосам, убеждаясь в том, что перед ним действительно Джейн, он еще сильней прижал ее к себе, боясь, что все это сон, и его Джейн может исчезнуть, если он отпустит ее хоть на миг. Сотворив заклинание, дракон накинул на нее длинный белый плащ. Это единственное, что сейчас пришло ему в голову. А глаза Редгара продолжали всматриваться в Джейн и наслаждаться чертами маленькой хрупкой девушки — его истинной пары.

— Младший не знал, что ты владеешь магией холода!

Довольный голос, басистый, чуть с урчанием, заставил Редгара и Джейн оторвать друг от друга взгляды. Джейн увидела высокого и красивого молодого человека крупного телосложения, который улыбался ей. Он был чем-то схож с Редгаром, волевым подбородком и губами, пожалуй, носы чуть отличались да цвет глаз и волос.

— Так вот ты какая, наша малышка!

Брови Джейн чуть приподнялись в удивлении. Она почувствовала, как Редгар еще сильней прижал ее к себе.

— Младший, поубавь свои чувства, переломаешь ребра своей суженой.

Джейн улыбнулась и от смущения уткнулась в грудь Редгара, но затем резко отстранилась и стала взволнованно смотреть вниз с холма. Не увидев дочери, с тревогой перевела взгляд на Редгара.

— Нам нужно найти Александру!

— Наследная принцесса Черных драконов сейчас под надежной защитой, ее охраняют лучшие стражи клана. Она сейчас вон в том кольце из драконов!

Джейн обеспокоенно посмотрела на огромных Черных драконов, действительно, их тела соединялись в одно сплошное кольцо. Девушка высвободилась из объятий Редгара и побежала по склону холма к дочери. Морозный иней на траве и земле уже во многих местах растаял, и сейчас Драконья Долина была покрыта россыпью сверкающих алмазов. Яркие лучи солнца играли на капельках воды и снежном узорчатом ковре, который впервые покрыл красные холмы.

Джейн, тяжело дыша от быстрого бега, остановилась возле кольца Черных драконов, с волнением стала ходить возле них, не зная, как увидеть дочь.