Я радостно залаял. Это же в точности тот храм, в котором мы с Грэгом оказались!

— Здесь говорится, — подала голос Виола, – что такие храмы-порталы работали только в одну сторону и, чтобы вернуться, надо было искать другой.

— Как хорошо, что я не стал нырять на дно озера, — Кивнул Грэг.

— Если верить книге, совсем неподалёку, в двух днях пути должен быть другой храм. Куда он ведёт, я не знаю. Но можно попытаться его найти. Если он, конечно, уцелел.

— Не узнаю, пока не попробую, — кивнул Грэг. – Что же, погода сегодня ясная. Надо собираться, пока дождь не пошёл.

Виола поражённо уставилась на него.

— Ты хочешь уйти? Сегодня? А нога?! Я, конечно, помогу тебе, но путь не близкий.

— Я иду один, — Сказал, как отрезал.

Виола ошарашенно посмотрела на него. Она хотела возразить, но он остановил её жестом. Лицо Грэга помрачнело:

— Стражи понимают, что с поломанной ногой я далеко уйти не мог. Очевидно, мне помогали. Это вопрос времени, как скоро проверка заявится сюда. Я мало смыслю в фейских законах, но, думается мне, твоё участие в этой истории поощрять не станут. Глупо даже, что я раньше не подумал об этом! Плевать на ногу! Я должен уйти немедленно.

Я впервые видел, чтобы Грэг был так зол. На кого он злился? Похоже, на себя. Я заскулил и положил лапу ему на здоровую ногу, медленно махая хвостом. Надеялся, что он передумает.

Виола хватала ртом воздух, пытаясь подобрать слова, чтобы возразить, но они всё не шли к ней.

— Спасибо, что приютила нас, — Мягко улыбнулся Грэг Виоле. — Это было очень рискованно. Но очень щедро.

— Я пойду с тобой, — решительно заявила Виола. — Провожу тебя до храма.

— Нет, — Покачал головой Грэг. — Тебе опасно будет возвращаться домой в одиночку. Я себе не прощу, если с тобой что-то случится на обратном пути.

Грэг в спешке доел завтрак, к кофе даже не притронулся. Затем сел передо мной, потеребив мою шерсть. Я заглянул ему в глаза и увидел огромную боль. Он не хотел уходить. Не хотел, но всё равно уходил. Ох уж этот защитник!

— Счастливчик, не ходи за мной. Останься с Виолой. Видишь же, она всяких странных личностей впускает в дом, ей не помешает дополнительная защита.

Грэг так крепко сжал меня в своих объятиях, что я на секунду перестал дышать. А потом он похромал к выходу.

— Подожди! — крикнула Виола, метнулась в кладовку и вернулась со своей любимой сумкой в руках. — Я тут сложила тебе еды. И книгу. Она поможет тебе сориентироваться. И возвращайся. Если вдруг не получится, обязательно возвращайся.

Я видел, что она не хотела его отпускать. Но отпускала. Накинув шаль на плечи, она стояла на пороге своего дома и смотрела в спину хромающему Грэгу. Моё сердце разрывалось на две половинки. Мне ни за что не хотелось бросать Виолу, ей будет одиноко и страшно в этом доме на отшибе, но и Грэга оставлять я не хотел, ведь столько всего мы с ним пережили вместе за эти две недели. Но я сидел возле ног феи, подчиняясь последнему приказу моего хозяина.

Виола медленно закрыла дверь, оперлась спиной на неё и медленно сползла вниз. А потом крепко прижала меня к себе, зарываясь лицом в мою шерсть, и зарыдала.

— Счастливчик, ему нельзя здесь оставаться, — говорила она сквозь слёзы. — Его здесь убьют. Но почему мне так хочется, чтоб он остался?!

Она долго так проплакала, не отпуская меня. Затем вытерла слёзы и улыбнулась:

— Зато теперь у меня есть ты. Кстати, я тебя ведь так и не покормила!

И она медленно, ссутулившись, побрела на кухню.

Мы с Виолой стояли за шторами и смотрели в щель между гардинами на шикарный бал, который раскинулся по ту сторону от плотных завес. Как и обещала Виола, мы пришли на дебютный бал её сестры в качестве тайных гостей. Согласно фейским традициям, моя хозяйка не могла пройти в зал к другим гостям, потому что она уже начала Путь Тени. Но её родители украсили весь зал тканями, натянув их в метре от стены, создав невидимый проход по всему периметру зала. Именно за этой тканью мы с Виолой и прятались. У нас была своя тайная дверь, через которую мы могли попасть в старую комнату Виолы. Там для нас уже накрыли стол (и даже поставили миски на пол для меня). Там же моя хозяйка и переоделась в чёрное платье, перехватив волосы чёрной лентой в цвет моей шерсти. Тайна тайной, а Виола всё равно хотела выглядеть на празднике красиво.

Она уже перебросилась парой слов с родителями. Мне эти феи очень понравились. Отец – низкий и толстенький, мать – стройная и высокая. Оказывается, розовый цвет глаз и крыльев Виола получила от матери. А Лилия унаследовала золотистый оттенок отца. Кстати, именинница тоже к нам уже приходила.

А теперь мы наблюдали за танцами фей. Неудивительно, что Виола поразилась предложению Грэга танцевать. Феи совершенно не касались ногами паркета. Они взмывали вверх и парили под высоченным потолком. Их разноцветные крылья переливались в ярком свете миллиона свечей. Такой способ танцев породил свою моду: все подъюбники девушек были скроены таким образом, чтобы не было видно ничего, кроме ступней. А цвета и материалы нарядов сочетались так, чтобы зрителям с пола было интересно их рассматривать.

Виола смотрела на всё это великолепие равнодушно. Уже прошло четыре дня с ухода Грэга. За это время она ни разу искренне не улыбнулась. Вяло читала или дремала. Готовила только для меня, а сама почти не ела. Один раз потянулась за кристалофоном, но тут же отшатнулась от него и ушла плакать к себе в комнату.

Я старался держаться рядом с ней. Пытался ластиться и звать играть, чтобы хоть как-то облегчить ей эти дни. Когда к нам заглянули стражи, Виола соврала, что я прибился к ней, и настоящих моих хозяев она не знает. Синекрылый сделал вид, что поверил. Они ограничились формальным осмотром и ушли. Ещё однажды к нам прилетала Лилия. От неё не укрылось грустное настроение Виолы, но, получив, вежливый ответ, она не стала настаивать в своих расспросах.

— Она прекрасна, не так ли? — прервала мои мысли Виола.

Я проследил за её взглядом и увидел виновницу сегодняшнего бала — Лилию. В белоснежном платье, с распущенными светлыми волосами и золотыми крыльями она действительно выглядела великолепно. Её уже окружило несколько потенциальных женихов.

— Я уверена, что у неё всё получится. А ты как думаешь, Счастливчик?

Увы, ответить я ей не мог, иначе бы мой лай услышали другие гости.

И тут я учуял знакомый запах. Я не поверил своему носу. Наверняка померещилось. Здесь не могло быть такого запаха, как и человека, его излучающего. Я ещё раз принюхался, затем прислушался. Нет, я и вправду сходил ума! Среди сотни чужих шагов я услышал те шаги, которые так жаждал услышать последние дни.

— Счастливчик, что случилось? Ты в порядке? — забеспокоилась Виола.

Но я уже не мог сидеть на месте и побежал вдоль занавесей в сторону к нашему тайному входу. И оттуда, хромая на левую ногу, шёл Грэг. На ногах блестели начищенные сапоги, вместо поношенной одежды клерка теперь на нём красовался новенький костюм, волосы аккуратно уложены. Вот теперь можно было поверить, что Грэг — граф.

Он грустно улыбнулся мне и потрепал по холке, когда я к нему подбежал. Затем перевёл взгляд на Виолу

Виола стояла, замерев и не веря своим глазам.

Не прерывая взгляда, Грэг подошёл к Виоле вплотную и взял её за руку.

— Прости… — прошептал он. — Я собирался тебе соврать, что храм разрушен и больше не работает. Но на самом деле… На самом деле, я такой эгоист, что не смог уйти. Мне слишком хорошо с тобой. Я слишком счастлив с тобой. Потому что я тебя очень люблю.

Виола прервала его поток слов, положив пальчик ему на губы. Заглянула ему в глаза, а потом медленно, робко поцеловала его.

— Я тоже тебя очень люблю, — прошептала она в ответ.

Некоторое время они так и простояли, держась за руки.

Затем они молча повернулись к щели в занавесях и смотрели на бал обнявшись. Её голова лежала на его груди. Он приобнял её за живот. Ростом Виола едва достигала Грэгу подбородка. Поэтому он легко мог целовать её в макушку.