Она подняла взгляд на меня, затем указала на небольшое устройство у края стойки:

— Отсканируйте пожалуйста идентификатор.

Я протянул руку. Устройство коротко пискнуло. Девушка посмотрела на появившуюся информацию, сразу встала и кивнула:

— Я вас провожу.

Мы прошли по длинному коридору до самого конца. Там девушка приложила свой идентификатор к сканеру запертой двери, дождалась щелчка замка и открыла её. За дверью оказался внутренний двор больницы. В основном корпусе вокруг постоянно ходили пациенты и сотрудники, а здесь было заметно тише. Через двор мы дошли до отдельно стоящего здания без каких-либо заметных обозначений.

Девушка кивнула на вход:

— Вам сюда.

Я кивнул ей:

— Спасибо.

Она развернулась обратно, а я открыл дверь и вошёл. Ничего необычного внутри не увидел: коридор, несколько закрытых дверей и люди в форме больницы. Закрытым блок делала явно не роскошь, а то, кого сюда привозили.

У входа меня уже ждал Данте. Двигался он нормально. Видимо рана была не столь серьёзной, как казалось со стороны. Увидев меня, он коротко кивнул и сразу пошёл вглубь коридора. Я двинулся следом.

Через несколько дверей Данте свернул в небольшую комнату. Одну стену почти полностью занимало большое стекло. За ним за металлическим столом сидели двое. Ламар — в массивных наручниках, и светловолосый мужчина напротив.

Ларн. Заместитель Кира.

Я усмехнулся. Тут даже допросная есть. Видимо разведка вместе со скорой привозит сюда пострадавших преступников, а когда врачи их подлатают, сразу тащат допрашивать. Удобно.

Ламар выглядел заметно хуже, чем при нашей встрече у особняка. Плечи опущены, лицо бледное, руки лежат на столе перед собой. Никакой привычной наглости. Даже через стекло было видно, что он постоянно следит за Ларном, словно пытается угадать по выражению лица, насколько всё плохо.

Данте нажал кнопку возле стекла, и в комнате раздался голос Ламара:

— Больше я ничего не знаю, правда! Делами занимался Эдвард. Я был в курсе только того, что случайно услышал или увидел.

Ларн смотрел на него тяжело и без всякой жалости.

— А имплант в груди у тебя сам собой появился? — с мрачной насмешкой спросил он. — Ламар, пойми одну простую вещь. От того, насколько честно ты будешь отвечать, зависит твоё будущее. Эдвард сбежал. Разведка и СВП уже обыскивают ваш особняк. Думаю, там найдётся немало интересного. В том числе и на тебя.

Ламар отвёл взгляд. Ларн выдержал короткую паузу и продолжил:

— Но если будешь сотрудничать, мы это учтём. Главный фигурант сейчас твой брат, а не ты. У тебя ещё есть шанс сильно упростить себе жизнь.

Несколько секунд Ламар молчал. Потом поднял глаза:

— Я могу рассказать ещё кое-что. Но только если вы гарантируете мне максимальную безопасность.

Ларн изогнул бровь.

— Я здесь не для того, чтобы торговаться, пацан! Мы так или иначе продолжим расследование. А вот твоя судьба сильно зависит от того, будешь ли ты сотрудничать.

Ламар сжал губы. Внешне он уже ничем не напоминал человека, который совсем недавно орал на меня возле разрушенного особняка. Ни ярости, ни наглости. Только усталость и заметный страх.

— Вы не понимаете, — наконец произнёс он. — Если я расскажу вам и не получу защиты, меня убьют уже сегодня. Вы предлагаете выбирать между смертью и тюрьмой. Как думаете, что я выберу?

Вот это уже прозвучало иначе. Ламар искренне считал, что после показаний его попробуют убрать в тот же день. А после истории с ректором и взрывом машины Гина подобный страх уже не выглядел пустой паранойей.

Ларн впервые заметно удивился. Брови поднялись, взгляд стал внимательнее. Он посмотрел прямо на стекло. Похоже, прекрасно знал, что мы стоим с другой стороны.

— Посиди пока.

Ларн поднялся и вышел из допросной. Через несколько секунд дверь нашей комнаты открылась. Он приветственно кивнул мне, затем плотно закрыл за собой дверь и тихо спросил у Данте:

— Что скажешь? Сможем обеспечить ему защиту? И надо ли?

Данте усмехнулся:

— Конечно. Иди ему навстречу. Скажи, что я лично займусь его безопасностью. Но только если информация окажется полезной.

— Понял.

Ларн сразу вернулся в допросную. Сев на прежнее место, он несколько секунд изучающе смотрел на Ламара, а затем произнёс:

— Хорошо. Если информация действительно окажется полезной, твоей безопасностью лично займётся Данте. Этого достаточно?

Ламар быстро кивнул.

— Да.

— Тогда говори. И не пытайся недоговаривать. У меня чутьё на лжецов.

Я недовольно посмотрел на Данте. Ламар вызывал у меня слишком много неприятных воспоминаний, поэтому обещание обеспечить ему защиту, закономерно раздражало. Но я сам оставил его в живых именно ради информации. Жаловаться теперь было бы странно.

Данте заметил взгляд и хмыкнул:

— Знаю, о чём думаешь. Не переживай, его никто не отпустит. В особняке наверняка найдут достаточно улик. А если хотя бы половина слухов о Вейнах правда, то Ламар сядет очень надолго. Возможно, до конца жизни.

Я кивнул:

— Да я и не переживаю об этом. Если бы хотел его убить, то сделал бы это ещё там. Живым он куда полезнее. Логически это легко понять, но с эмоциями совладать куда сложнее. Будь это так просто, люди бы не совершали столько импульсивных глупостей.

Данте посмотрел на меня чуть внимательнее и уважительно кивнул:

— Рассуждаешь как умудрённый жизнью человек. Это мне в тебе и нравится. Можно быть сколь угодно талантливым, но если ты глупый и не умеешь держать эмоции под контролем, от таланта толку мало.

Я хмыкнул:

— Спасибо за комплимент. Хоть он и какой-то сомнительный.

Данте усмехнулся, но отвечать не стал. За стеклом Ламар заметно расслабился и наконец заговорил.

Как оказалось, знал Ламар действительно немного. Большую часть дел Эдвард проворачивал сам, а младшего брата посвящал только в то, что считал нужным. Но несколько вещей заставили подобраться.

— Эдвард работал с группой людей, — говорил Ламар, глядя в стол. — Они давно в городе. Очень давно. У них есть свои люди почти во всех крупных структурах Икара.

Ларн перестал постукивать пальцами по столу. Данте рядом со мной тоже перестал улыбаться. Одна короткая фраза сразу делала проблему намного крупнее самой семьи Вейн. Ведь их теперь можно прижать напрямую. А сеть, встроенную сразу во все крупные организации города, так просто не обнаружишь.

Ларн чуть подался вперёд:

— Кто они? Какой-то крупный клан?

Ламар отрицательно покачал головой:

— Не знаю. Я не видел их лиц и не знаю настоящих имён. Но знаю, что это они организовали ловушку для Райта на экзамене. Для этого они заложили под маяками устройства, приманивающие сильных монстров.

Данте рядом нахмурился. Да и я тоже задумался над всем этим. В памяти сразу всплыл разговор с Гином после экзамена. Его люди добрались до точек примерно через час, но сферы к тому моменту уже успели забрать. Тогда мы только предполагали, что кто-то находился рядом и получил сигнал убрать следы. Теперь такая скорость не удивляла. Если у этих людей действительно есть связи по всему Икару, организовать наблюдение за экзаменом для них было несложно.

А после покушения на Гина прямо у штаба, в голове появилась неприятная мысль, что эта группа проникла даже в разведку.

Ламар продолжил:

— Больше всего их интересуют устройства из древних руин. И вообще всё, что связано с древними. Ради таких вещей они готовы на что угодно.

У меня внутри неприятно похолодело. Браслет на запястье был скрыт рукавом, но внимание само на мгновение сместилось к нему. Если эта группа действительно охотилась за наследием древних, то они могут заинтересоваться моим терминалом.

Ларн задумчиво постучал пальцем по столу.

— Как они выглядели?

— Я же сказал, что не знаю! Они всегда приходили в масках.

Ларн посмотрел на него тяжёлым взглядом.

Ламар сразу съёжился:

— Я не вру! Они каждый раз скрывали лица и даже голоса изменяли какими-то устройствами. Эдвард почти ничего про них не рассказывал и вообще не любил, когда я задавал вопросы.