Учебный день прошёл вообще как-то спокойно и размеренно. Никола еще месяц назад частенько переживал, что может завалить миссию системы об академических результатах, но в последнее время всё больше стал убеждаться в успехе. Домашнее задание он исправно делал, к урокам готовился, и благодаря стараниям Нины подтянул ранее проблемные предметы. Вот если бы еще она не была такой обидчивой, было бы вообще замечательно. Лёгкая ссора практически ничего не значит, и уважение с симпатией к этой девушке у него никуда не делись. Да, в классе, как и обычно, шептались о них с Ниной, но он уже не обращал на это внимание.
– Куда сейчас? – мотнул вопросительно подбородком Лука, пока парни стояли на крыльце школы.
Как-то уж так вышло, что практически весь день они общались только с Бранковичем, а Никола даже поделился с ним лёгким перекусом, который теперь стал брать с собой в школу.
– Не знаю, а есть предложения?
– Ну, вообще-то есть. Как ты смотришь на то, чтобы сегодня вместе сходить в тренажёрный зал? – спросил Лука, покручивая как игрушку в руке мобильный телефон.
Предложение было неожиданным. Никола иногда посещал вместе с ребятами из секции зал на стадионе, где занималась группа тяжёлой атлетики, но парни в основном делали упор на мышцы ног и лёгкую общую зарядку. На удивление, Эми охотно поддержала эту инициативу Бранковича.
Получив от Николы положительный ответ, Лука стал кому-то названивать, а оба товарища как-то само собой пошли к Николе домой вместе.
Мария тепло приняла нового друга своего внука и накормила обоих мальчишек обедом. Ник показал Луке свою комнату, пока тот прикалывался над ним за большой аппетит, а уже вскоре, собрав сумку, они оба сидели в машине, которая заехала за Бранковичем. Парни вместе ехали на заднем сиденье, переваривая вкусную пищу бабушки Николы.
– Святая женщина, – довольный угощением высказался Лука. – Вот бы моя жена хотя бы примерно так же готовила. Я, наверное, был бы самым счастливым парнем в Сербии.
Никола, естественно, был согласен с таким заявлением. С недавнего времени и без того шикарные блюда Марии стали без всяких слов великолепными.
Машина тем временем пересекла мост через реку Сава, покидая Земун на пути к северной части Белграда.
– Так ты где живёшь-то? – с сомнением спросил Ник у одноклассника. Ему всегда казалось, что все ребята живут относительно недалеко от школы, но дом Луки находится даже не в Земуне.
– Увидишь, – заговорщически прищурил глаза Бранкович и с удовольствием поудобнее устроился на сиденье.
Вскоре автомобиль после пятнадцати минут петляния по улицам остановился рядом с новенькой многоэтажкой, и ребята вышли около чистенького подъезда. Вокруг росли ухоженные кустики, которые старательно подстригали в тёплый период, недалеко находилась аккуратная стоянка, а на газонах еще кое-где даже выступала зелёная травка.
– И не лень тебе в такую даль каждое утро ездить? – скептически поднял бровь Ник. Судя по району, тут жили довольно обеспеченные люди, и вряд ли рядом не было какой-нибудь мало-мальски приличной школы.
– И не говори, дружище, но отец настоял, что я должен ходить в школу, где он раньше учился сам, а спорить с ним мне было лень. Поэтому имеем то, что имеем, – пожал Лука плечами. – Но ладно, пошли перекантуемся у меня, пока еда немного не уляжется.
Парни вместе зашли в подъезд, и, о чудо, даже внутри было чисто, как в музее. Никола искренне изумился такому порядку, ведь ему было с чем сравнивать. Недалеко от входа за столом сидел серьёзный мужчина в белой рубашке. Увидев Бранковича, охранник только кивнул юноше, заодно мазнув взглядом по Нику, но почти сразу вернулся к разглядыванию экрана монитора.
– Вот так да, – удивился Никола, посмотрев на товарища, пока они шли к лифту, – а в моём старом подъезде тебя встречали только куча граффити и окурки повсюду.
– Да ну? – не поверил Лука, скептически приподняв бровь. – Вы же богатые вроде, нет?
Однако Ник только пожал плечами. Может и богатые, только вот его прошлый дом почти в центре Белграда и близко не был настолько крутым. Словно небо и земля.
Мальчишки поднялись на лифте на восьмой этаж, и Лука открыл дверь квартиры каким-то навороченным ключом
– Э-э! – крикнул вглубь квартиры Бранкович, небрежно скидывая ботинки. – Есть кто дома?
Однако никто не ответил, и Лука, махнув рукой Нику, пошёл на кухню.
Даже с первого взгляда квартира поражала своим размером. В ней только навскидку было шесть или семь комнат, и это в многоэтажке! Вся мебель была деревянной, но не каким-нибудь старьём, а сделанная на заказ, и гармонично смотрелась рядом друг с другом, будто поработал опытный дизайнер.
Никола аккуратно разулся, поставив кроссовки в угол и повесив спортивную сумку на изысканную вешалку. Рассматривая интерьер, он прошёл в ближайшую комнату, которая оказалась гостиной. По центру огромного пространства стояло несколько коричневых диванов и кресел, а большой телевизор на стеклянной тумбе гордо расположился около массивного окна между парочкой высоких фикусов. На полу лежали белоснежные ворсистые ковры, а с потолка свисала широкая, будто хрустальная, люстра.
Цветич мельком пробежался взглядом по шкафам и стенкам, где вместе с книгами виднелись разные тарелки и хрусталь, а потом увидел на небольшом постаменте несколько кубков, которые его заинтересовали. Одна из волейбольных наград была датирована девяносто вторым годом, но до второй Никола так и не успел добраться, ведь дверь соседней комнаты открылась, и оттуда вышла девушка в полотенце, которое туго обтягивало её фигуру. Ник так и застыл с кубком в руках, машинально пробежавшись взглядом по телу незнакомки. Девушка будто не замечала юношу и, пританцовывая подобие какого-то индийского или египетского мотива, шла по комнате в наушниках с полотенцем на голове и, дёргалась в такт музыке, не забывая размахивать руками. Однако пройдя до середины гостиной, незнакомка вдруг остановилась и медленно перевела свой взгляд на Николу. Парень растерялся и по кой-то чёрт махнул ей в приветствии. В какой-то момент танцовщица отмерла от переполнявшего её ужаса и быстрее гепарда убежала обратно, откуда пришла.
– Это, конечно, неудобно получилось, – сказал буднично Лука и покачал головой, застав только окончание этой пантомимы. – На, попей, – сунул он в руку Николы стакан с соком, а сам плюхнулся на диван и включил телевизор.
Ник глубоко вздохнул под непрекращающийся хохот Эми. Было, конечно, занимательно оказаться в такой вот ситуации, словно в каком-то фильме, только вот одно дело это наблюдать по экрану, а другое – самому быть участником. Зачем он еще и помахал этой девушке, Никола не знал, но мозг почему-то выдал именно такую реакцию в тот момент, поэтому деваться уже было никуда.
– А кто это был? – присел рядом с другом Цветич, стараясь сдерживать свои эмоции, но немного покрасневшее лицо с лихвой выдавало состояние Ника. Девушка без преувеличения была привлекательна, только вот он всё равно переживал, как бы не дошло до скандала.
– Сестра, – отмахнулся Лука от видимого невооружённым глазом волнения товарища. – Не парься. Сейчас покричит чуть-чуть, а потом всё забудется.
Стоило только Бранковичу договорить, как в комнату влетела прекрасная фурия. Явно злая девушка с еще влажными волосами прямо нависла над братом, прожигая его взглядом:
– Придурок, – прошипела она, не обращая внимания на гостя, – я тебя придушу сейчас, – не стеснялась в своих высказываниях уже одетая темноволосая девушка и, раздувая ноздри, едва сдерживала себя, чтобы не воплотить свои слова в жизнь.
Ник жалел, что не умел сливаться с интерьером, поэтому сидел, медленно попивая сок.
– Это Никола, – указал Лука на товарища спокойным голосом, стараясь еще больше не нервировать «фурию», – а это самая милосердная, самая прекрасная и всепрощающая моя любимая старшая сестра Эмилия, – повторил жест парень, указывая на девушку.
Ник машинально поднял ладонь в приветствии, но спохватился, опуская её обратно, однако было уже поздно. Эмилия, нахохлившись, следила за рукой мальчика, невольно вспомнив о своём постыдном танце. Кивнув на уже второе по счёту приветствие, она не стала рубить с плеча. Тем не менее, девушка про себя отметила, что дети нынче чересчур быстро растут. Парень, сидящий рядом с братом на диване, выглядел словно какая-то искусно вылепленная скульптура, начиная от лица и заканчивая телосложением. Нет, Эмилию не волновали мальчики помладше, но такую привлекательную внешность только слепой не заметит.
