— Времена меняются, что поделать, — пожал плечами в ответ.

Какое-то время мы просто друг на друга смотрели. В глазах у дамочки танцевали огоньки скрытой страсти. Вопреки ожиданиям, она не была лесбиянкой со щетиной и пивным животом. Отсутствие цивилизации не убило в этой женщине женщину. Настоящая жемчужина в толще болот, которая мне случайно досталась.

— Вижу, борьба твоя — не особо, — подметила женщина, когда закончила меня разглядывать.

— Ага… — указал на грязную, ставшую колом, одежду. — Там просто это, болото.

— Боже! Ты был в трясине мертвых? — встревоженно спросила она.

— Не был, а бывал, в общем ладно.

Мое спокойствие поразило даму. Она ахнула, улыбнулась, а после стала серьезной.

— Трясина мертвых не прощает ошибок! Туда не ходят даже старые охотники. Кто послал такого прекрасного юношу в те места?

— Да так, есть одна, — прошипел я, понимая, что меня и правда отправили на убой.

— Но это не самое главное. Теперь бы выйти отсюда. Лесок ваш какой-то запутанный, — добавил, решив перейти сразу к делу.

Мне нужно узнать дорогу назад, а не слушать причитания лесной богатырки.

— Да уж, дела… — протянула новая знакомая. — Уже почти вечер, до ночи ты точно не выйдешь. Давай, если хочешь, ко мне? Только там не убрано, это. Без мужика же живу.

Последние слова женщина сказала с явным стеснением, смешно почесав голову.

— Давай! Будет круто! — выпалил я. Отдохнуть и правда бы не мешало. А насчёт «не убрано» — ерунда, она мою хату не видела, особенно поздней осенью, когда хандра совсем достает.

— Ой, ты, правда, ко мне пойдешь? Спасибо, очень приятно. Смотри, тут дорога плохая, чтоб ветки по лицу не попали, — протараторила баба, превратившись в тупую слюнтяйку.

— А мне-то как приятно, подруга! Слушай, разговаривай со мной как… с бабой. Я в семье с сестрами рос. Привык ко всему, понимаешь?

— Ты!? — женщина подняла брови в изумлении. Видно я был слишком уж «мужественным». — Ладно, вообще постараюсь. Молоденький такой, симпатичный…

С этими словами она пошла в сторону дальних кустов, где виднелась тонкая тропка. Я быстро бросился следом, догнав барышню. Отшельница оценила мою расторопность лёгкой ухмылкой и решила наконец-то представиться.

— Я Феодора Огнесская из рода огненных жриц. Богатая невеста… в далеком прошлом, — на последних словах женщина глубоко вздохнула.

— А я Талион из рода… Тоже там из какого-то, — весело бросил в ответ.

— О, какое красивое имя! Прям мужественное такое, как у принца.

— Да ладно тебе, — отмахнулся я.

Во время пути женщина бросала в мою сторону взгляды, которые хватали за член похлеще губ Лильки после долгого воздержания. Черт, я как блондинка, которая едет в купе с вахтовиком. Хотя, все не так уж и плохо. Я сам своего рода слегка «вахтовик». Но в целом все равно странновато.

Мы шли достаточно долго. Дорога становилась все шире, петляя между большими деревьями. Феодора рассказывала о себе, я в свою очередь, тоже. Она оказалась простой женщиной с довольно хорошим характером, только жизнь слегка не сложилась.

Пришлось уйти в лес, где как она сказала, «Нет человеческой грязи». Кстати, имя у нее интересное. Прямо Федор кузнец какой-то из древней сказки. Но это все ерунда, я больше болтал о себе, чтобы получить нужную информацию. И это отчасти удалось сделать.

Оказывается, здешние кролики совсем не проглоты. Они оборотни, пожирающие все живое, а проглоты — в другом лесу. При любом раздражении эти гады превращаются в сухопутных пираний.

Мне повезло, что вообще вышло скрыться. Сомнений точно не оставалось, меня офигенно подставили. Хотя, чего я хотел? Теперь выходить из леса опасно. Поймут, что я выжил и кокнут.

Но и прятаться в глуши — тоже не вариант. Конечно, задница Феодоры вполне себе неплохая. Но для такого «семейного быта» я пока не готов.

— Так вот я и живу. Сейчас трава на приправу нужна, вот пошла к дальним соснам. Если б не это, Барку бы тебя съел, — сказала женщина, когда мы выбрались на поляну, где стояла избушка Бабы Яги, только без курьих ножек.

Домик из толстых палок был покрыт пучками травы. Вокруг тянулся плетень, цвели цветы и росли разные овощи. Прям дачный участок посреди леса. В Подмосковье такое бы стоило миллионы.

— Ого, — выдохнул я, увидев владения женщины.

— Да, как-то так. А одежда моя — это олень один умер. Сама никого тут не бью. Даже, вон, медведя почти приручила, — произнесла Феодора.

— Вот как? Я думал местные бабы все кровожадные.

— Да не… Талион. Была б я кровожадной, начала б сразу мстить. А не ушла бы сюда.

Точных причин ухода из общества Феодора мне не сказала. Неизвестно, кому, за что мстить. Настаивать было глупо, и я решил поговорить о чем-то простом, чтоб не накалять обстановку.

— У тебя неплохой огород, — сказал, когда подошли чуть поближе. — Что на нем хоть растет?

— Да, даже в глухом лесу я все время при деле, — усмехнулась женщина. — На грядках нет ничего особенного. Все что нужно для одинокой бабы. Огурцы вот, морковка, баклажаны и несколько кабачков… если на крайний случай.

— Это да, — сказал я. — Одиночество сволочь.

Феодора покраснела и уставилась мне ниже пояса. Я сделал вид, что не вижу, но понял, что она тот еще «вахтовик». Надо бы утолить ее «голод», только сначала реально поем. Ведь все эти приключения разожгли аппетит, а припасов у меня не осталось.

Женщина повела сразу к дому, вскоре мы вошли внутрь, где было две маленьких комнаты. По сути, лишь кухня и спальня, но для дремучего леса сойдет. Причем, все сделано из палок и прутьев, настоящая эко гостиница.

Я даже зауважал эту дамочку. Ведь она мастерила все своими руками, от стола и стульев из лозы до пола и стен.

Мы вошли и сели за стол, глядя в окно без стекол на зеленые грядки. Казалось, что женщина даст поесть. Но она несла всякую чушь о том, как хорошо жилось раньше. И что она была настоящей воительницей, с детства училась военному делу и прочее.

— Ну, так-то вот я жила. Кто же знал, что все поломается, — подытожила барышня, смотря на закат, который медленно разгорался за лесом.

— Эээ, это круто. А у тебя есть что поесть? Извини, обычно я не прошу. Просто сейчас, сама понимаешь, — не выдержав сказал я.

И дама подпрыгнула на стуле, как те адские кролики.

— А, ой прости! Точно, ты ж это. Я просто не знаю, что едят парни. Давно мужика не было. То есть, в гостях, в смысле не входили в мою бедную… избу. Ну, ты понял, — покраснев, пояснила мне Феодора.

Я зажал рот, чтоб не ржать. Со стороны такое поведение реально смотрелось тупо. Пришлось приложить массу усилий, чтоб стать серьезным и спокойно сказать:

— Парни едят все, что видят. Тащи то, что есть и не парься.

— А… прямо так… ну да ладно, — замявшись, сказала женщина.

Она ушла в крошечный коридор, где, наверное, были припасы. Я остался один, и принялся рассматривать интерьер, которого тут почти не было.

С голоду не мог думать ни о чем кроме пищи. Вдруг заметил, что шторка, служившая дверью в другую комнату, приоткрыта. И на кровати лежит не что-нибудь, а редиска.

Я пошлёпал себя по щекам, казалось, это лишь глюк. Но на постели реально были красные клубни, нанизанные на верёвку, как бусы.

«Черт, я б погрыз», — пронеслось в голове.

Забыв о мерах приличия, я будто зомби направился в спальню. Уже почти схватил вожделенный корнеплод, как вдруг послышался голос хозяйки.

— Талион, ты сбежал? Ну вот… То есть, стой!

Последние слова женщина выкрикнула так, будто я поливал ее хату бензином. Я пулей выскочил из комнаты, и увидел красное лицо мощной дамочки.

— Что случилось? — спросил, вытаращив глаза.

— Ничего. А что ты там делал?

— Редиску нашел, — честно ответил я, ведь это не самое страшное преступление. — Просто есть хочется. Без обид.

— Что, что? Это не для еды! — громко крикнула женщина.