После обеда я почувствовал бодрость. Захотелось пробудить свою магию, научиться ей управлять, и вообще показать всем кузькину мать. Забравшись в дальний уголок сада, я убедился, что вокруг никого, вытянул правую руку и глухо воскликнул:

— Давай!

Потом подумал и сказал:

— Вперёд, магия!

— Шабадабум.

«Какой ещё в жопу бадум?», — хлопнул себя с досадой по голове.

Жизнь далека от выдумок глупых писателей. Нельзя взять сложную супер способность и овладеть ей, сказав волшебное слово. Если у тебя что-то не получается, то даже грозное как запор превозмогание не поможет. А что тогда сработает? Кто же знает…

Подумал о междуножных прелестях Лиэлии, на всякий пожарный. Вдруг это сработает? Но все было дохло. Как ни крути, а гемор ещё тот, но куда страшнее другое.

— О, ты, правда что ли ублажал саму деву смерти? — послышалось издалека.

«Твою мать, чертов Эйгор! И почему я не сдох на арене?»

Егор был единственным гаремным парнишкой, с которым я хоть немного общался. Пришлось отвечать на его тупые вопросы, рассказывая, что и как.

От его глупости, чуть опять не впал в кому. Но все же было приятно. Ведь он реально за меня парился, в отличие от серой толпы пофигистов.

— Ага, я все понял, — спустя где-то час, наконец-то произнес Эйгор.

— Да! Не прошло и двух лет, — вытирая пот, сказал я.

— А что за тень там была?

— Твою мать, — хлопнул себя по лбу. — Только немного очухался, а ты опять начал.

Действительно, что за тень? Точно помню, что ее испугался, очнулся от этого страха. Выходит, все не так просто. Я не случайно оказался в другом мире. Убить меня тоже пытались…

Вдруг это маг, который все и затеял? Но зачем ему я? Разве могучие колдуны охотятся за не молодыми и не особо удачливыми мужиками?

Все это очень странно. Одни проблемы уходят, но тут же появляется куча других. Как подходить к их решению я просто не знаю. Совета спросить тоже не у кого. Придется развивать свою магию в надежде, что это прольет свет, хоть немного. Но опять же, как это сделать?

— Талион, тебе плохо? — спросил Эйгор, видя, как я изменился в лице.

— Хорошо. То есть да. Я еще больной, после травмы, — отрешенно процедил я.

— О, да, так и есть! — всплеснул руками знакомый. — Тебе надо больше лежать и пить чай на травах.

— Лучше уж самогон на опилках, — фыркнул, направившись в сторону комплекса.

Дальше все было обычно, никаких приключений или великих наград. Я оставался простым наложником, который стал для всех еще более странным.

Парню с магическими способностями полагались явные привилегии. Только моих способностей как бы не было. Они проявились всего пару раз. Разбираться в их сути никто не желал. Бабы занимались своими делами, и даже такая сенсация не могла никого взбудоражить.

Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Эта поговорка работает в любом мире. Потому мне пришлось ломать голову, пытаясь найти зацепку.

Единственным верным решением стало наблюдение за женщинами. Я смотрел, как они используют силу, пытаясь узнать природу волшебного навыка.

Сегодня наблюдал, как тренируется Таисия и еще пара военных. Они бросали разноцветные лучи по деревянным мишеням, делая это легко, словно играючи. Со стороны все было просто и четко, что меня жутко бесило.

— Ну вот, еще раз смотри, — в какой-то момент сказала Таисия, сжав кулак.

Ее рука загорелась оранжевым, и яркий шар попал точно в цель, оставив на деревянном столбе черный след.

— Погоди, ты кисть саму напрягаешь? — тут же спросил у нее.

— Ну… так слегка, как при обычном ударе. Здесь надо баланс соблюдать.

— Хех, кисть? Я вот сиськи напрягаю, гляди! — крикнула полноватая барышня и пустила из руки зеленую стрелу.

— Рита, заткнись, пока клитор цел! — грозно сказала Таисия.

— Что? Я просто хочу подсказать.

— Дохлый номер, — сказала худая, длинная дамочка. — Даже если у парня есть магия, он не сможет ее контролировать. У мужчин ум в этом плане не развит. Тут уж без обид, Талион.

— Да сама ты, вообще, недоразвитая! — воскликнул я.

— Она права, Талион, — пожала плечами Таисия. — Возможно, тебе передалось это от матери. Такое иногда бывает. В мужском организме магия не стабильна. Это научно доказано.

— Да что ваша наука хоть понимает? Только может, что чушь нести, — ответил, вспомнив растерянного докторишку, который так и не смог сказать что-то внятное.

— Ну не знаю… Может, лежа попробовать? — пожала плечами Таисия.

— Да хоть в прыжке с поворотом, сто раз уже пробовал.

— Говорят, после секса магия у мужчин просыпается, — заявила Рита.

— Особенно после группового, — хихикнула ее подруга.

— Ага, вот и трахайтесь вместе, а я посмотрю, — гневно ответил девчонкам.

В другой бы ситуации я возбудился. И мы дружной командой пошли бы считать копья в сарае. Но сейчас все ужасно бесило. Раньше я был хуже баб, потому что не имел супер силы. Теперь эта сила есть, но я не умею ей пользоваться.

А кроме тупых советов и пошлых шуток никакой информации нет. Где же мудрость сильного пола, когда она так нужна?

Думая о своих проблемах, я ушел с тренировочной площадки и забрел непонятно куда. В ту местность, где меня запирала Гала. Ассоциации с тем сараем были не самые лучшие. Решил поскорее уйти, но тут послышался женский голос:

— Ах ты, сука жопатая! Что мчишь, козлина?! Ща пукан на кукан, и того!

«Твою мать, чертов Михалыч!» — пронеслось у меня в голове. — «Видно, опять нарывается»

Вот что за человек-то такой? Вечно ему не сидится. Рыпается на местных баб, а мне разгребай.

Хотя, все не так уж и плохо. Переключившись на Михалыча, можно немного развеяться. Плюс, ему сейчас хуже чем мне. Он проигрывает как в статусе, так и в физическом плане. Значит, можно немного помочь.

Если противница не слишком сильная, разумеется. Снова валяться в койке из-за этого козла мне не хочется!

Решив так, я бросился в сторону криков. Михалыч разошелся не на шутку, он материл противницу так, что даже у меня уши вяли. Баба же почти не ругалась, лишь монотонно огрызалась, и слова ее разобрать было сложно.

На сей раз, я подошел молча, чтоб не бросаться на амбразуру открытой грудью. В последний момент послышался странный писк и стоны, а дальше все смолкло.

Я понял, что творится нечто неладное, сделал рывок сквозь кусты и выскочил на открытую местность, где возле старого дерева валялась несчастная Михаэлла. Она была без сознания, а ее противница скрылась.

— Докудахтался ты, голубь сизый, — с горечью сказал я, опускаясь над поверженным телом.

Одежда на груди Михаэллы была обожжена. Верный признак того, что работала магия.

«Так и думал, что это случится! Догавкался, что колдовством приложили! Это тебе не с бомжами за старый телек бодаться», — подумал, пытаясь прийти в себя.

Михалычу досталось серьезно. Надо было что-то решать. Но в медицине я особо не шарил, и вообще, не знал, как к нему (то есть к ней) подступиться.

Сначала казалось, что дурень скоро очнется. Его не могли приложить слишком сильно. Но вскоре стало ясно, что Михалыч в глубоком обмороке. Он почти не дышал и был при смерти…

Тогда я нервно начал его трясти, пошлепал по щекам и несколько раз нажал на грудную клетку, толком не зная, как это делается.

— Ну же, давай! Не оставляй меня одного в этой дурке! — с досадой произнес я.

— Михалыч, сука, ну ладно… Ты не такой уж козел. Беру свои слова обратно… наполовину. Потому что ты все равно недоумок. Только не подыхай, я прошу!

После нескольких минут разных манипуляций я понял, что все очень плохо. Надо попробовать искусственное дыхание… А это не слишком приятно. Хотя, если во имя жизни, то все гомосяцкие штуки идут темным лесом.

— Блин, да как же это делать в натуре?! — чуть не плача воскликнул я, видя, как друг загибается.

— Ладно, давай-ка вот так! Только живи, умоляю.