— Хорошо, а если лёгкая работёнка? — спросила Лиэлия.

— На свой страх и риск, дорогуша!

— Люблю рисковать! — выпалил я, и мы с Лилькой обменялись улыбками.

— Так, давайте продолжим процесс! У меня и так мало времени, — проворчал доктор.

— А, вы снова того? Эх, ничего не понимаю, — с грустью промямлила Лилька, направляясь к окну.

Доктор, тем временем, повернул кристалл у меня на «короне». Потом врач потер магический шар, прошептав что-то на непонятном наречии. Внутри шара поднялось облако дыма, там будто что-то зажгли.

Клубы пара причудливо сменяли друг друга. Доктор смотрел в шар, как шаман, впавший в транс. Спустя какое-то время мужчина пожал плечами, сказав:

— Как всегда… Магическая энергия не обнаружена.

— Твою мать! И как я ее долбанул… — всплеснул руками, чуть не сбросив корону. От досады хотелось рвать и метать.

— Не могу сказать ничего. Возможно, это необъяснимый феномен, — промямлил доктор.

— Я и так вижу, что это не объяснимо! Открыли Америку, нахрен!

— Кто эта славная госпожа?

— Да никто блин, забей.

Видя мою печаль, Лиэлия подошла к кровати и села рядом. Погладив меня по ноге, она нежно сказала:

— Не переживай, милый мальчик. Возможно, это подарок богов. Они не хотели, чтоб такая красота погибала, вот и дали тебе эту силу. Совсем ненадолго…

— Лиль, спасибо, конечно! Но просто так ничего не бывает, — успокоившись, ответил я и бросил взгляд на декольте, где трепетали два объемных упругих шара. Рука Лильки лежала у меня на бедре… Не знаю, как такое случилось, но я вдруг стал возбуждаться.

Стало безумно неловко. Не дай бог встанет при докторе! Попытался думать о чем-то скучном, например, о тренировках с Таисией. С той самой Таисией, которая имеет узкую специализацию… и не только ее.

— Да чтоб тебя, сука! — выругался, убрав женскую руку.

— Так, пациент почти что здоров. Осталось немного восстановиться. Неоднократные проверки показали, что магическая энергия отсутствует, — сбивчиво отчеканил доктор и потянулся ко мне, чтоб снять корону.

Вдруг его шар загорелся зелёным. Конечно, мне было плевать, но все же указал на стеклянную штуку, сказав:

— Эй, он чего-то мигает.

— Нет, это просто свет из окна, — ответил доктор, бросив мимолётный взгляд на предмет.

Затем, мужчина потерял дар речи, вытаращив глаза. Лилька тоже хмыкнула, глядя то на меня, то на шар.

— Что? Только не говорите, что мне пора в гроб, — воскликнул, глядя на них.

— Погоди, Талион! Ты не умираешь, отнюдь. Это магия… Видите?

— Вижу, — протянула Лиэлия.

— А я вот не вижу! Какая ещё магия, док? Вы ж сказали, что я пустой.

— Да… Кто бы знал. В тебе будто что-то свернуло, появился начальный уровень. Такого никогда не бывало. Но прибор точно не ошибается.

— Начальный уровень — мало. У моей тетки и то оранжевый. Хотя ее все считали пустышкой, — сказала Лиэлия.

— Хотелось бы с вами поспорить. Для мужчин Амазонума — это неплохой показатель, — поднял палец вверх доктор.

Тем временем, шар загорелся жёлтым. Медик ахнул и уронил его на пол. Стекляшка замерла возле кровати, наливаясь оранжевым цветом, потом синим, потом красным и фиолетовым, а дальше, снова погасла…

— Эй, это что? Это плохо? — произнес я как будто во сне.

— Капец, все оттенки почти! — воскликнула Лилька.

— Да, несколько магических спектров… в одном живом организме. Плюс огромный уровень нестабильности, — почесав подбородок, констатировал доктор.

Казалось, он грохнется в обморок от такой информации. Тогда я, наконец, снял железку и попытался всех успокоить.

— Погодите! Все круто! Я могу владеть разными видами волшебства. Это мощно! Можно стать как Гарри Поттер или какой-нибудь Кощей бессмертный. Лучше чем быть пустым.

Лилька кивнула головой и весело хлопнула меня по ноге.

— Не совсем, — сказал доктор. — Магия может не только помогать, но и вредить. Мы не знаем, с чем сталкиваемся. К тому же, сила ушла.

— И как ее снова вернуть?

— Да, мне хотелось бы иметь магического наложника!

— Никак! Я не знаю… — громко воскликнул доктор. — Надо повторить то, что ты делал.

— Я ничего особо не делал.

— Конечно, но только физически. А магия — это наша душа. Вспомни, о чем ты подумал, что чувствовал?

Я нахмурился и посмотрел в окно. Казалось, так будет лучше собраться, но на ум пришел только бред. Выходит, моя сила появляется от возбуждения? То есть, надо, чтоб у меня стоял, и тогда все попрет. Усмехнулся от этой мысли, ощущая себя идиотом.

— Что? Что ты делал? — дрожащим голосом спросил доктор, для которого это все было сенсацией века.

— Ничего… — протянул я, а потом все же решил сказать правду. — Смотрел на Лиэлию. На грудь ее, если точнее…

— О, какой ты горячий! — краснея, воскликнула Лилька.

— Давайте без ваших забав! Дело очень серьезное, — оборвал ее доктор.

— Конечно, серьезное. Моя магия работает за счёт возбуждения. Не знаю смеяться блин или плакать.

— Да уж, сделаю тебя старшим наложником!

— Помолчите! — всплеснул руками доктор. — Госпожа Лиэлия тут не причем. И ее тело, так скажем… Ты имеешь большой и, прямо отметим, странный магический потенциал, который проявляет себя во время эмоциональной нестабильности. Такое чувство, что магию в тебя заложили искусственно, и организм не понимает, как ей воспользоваться. Или даже не знаю.

Доктор потёр виски и поморщился, казалось, он свалится в обморок. Мужчина принялся собирать свои вещи, а после поспешил удалиться. Я хотел задать пару вопросов, но понял, что светило науки само плавает в теме. Решив его не смущать, лишь посмотрел на Лиэлию и пожал плечами.

В этой ситуации больше плюсов, чем минусов. Я выжил на ринге вопреки всему. Мои раны легко зажили, да и настроение в норме. У меня открылась настоящая магия. Конечно, она пока в заднице… Но, черт возьми, я как баба! В хорошем смысле слова, естественно.

Думая об этом я улыбнулся, а вот Лилька, напротив, сделалась мрачной.

— Что? — спросил у нее, ожидая новой напасти.

— Я забыла кое-что важное.

— Черт, не томи! Говори…

— Узнать у доктора, можно ли тебе давать женщинам.

— А, эта хрень, — облегчённо выдохнул я. — Ну он же ничего не сказал. Что не запрещено, то разрешено. — Подмигнул своей госпоже.

— Что значит, эта древняя мудрость? — спросила Лиэлия.

— То, что грудь у тебя вот-вот выпадет, — хихикнул и взял барышню за ее сиськи.

Сначала Лиэлия ахнула от такой дерзости. Но тут же опомнилась, завалив меня на кровать. Не успел одуматься, как трусы полетели на пол, а мой член оказался во власти влиятельного дворянского рта.

Наверное, минет для амазонок считается унижением. Ведь все они очень брутальны. Но если нельзя, но очень хочется, то можно. Исходя из этого принципа, действовала моя госпожа.

Насладившись, как следует, процедурой, она оседлала меня словно лошадь. И вскоре мы предавались страсти, получая яркие ощущения, как будто бы в первый раз.

После окончания процесса Лилька как обычно свалила, будто водичку из куллера попила, а не на члене попрыгала. Хотя, это мне даже нравилось. С нашими бабами все сложнее. Часто приходится доигрывать до конца, изображая некие чувства.

«Наделить бы земных женщин характером амазонок! Только не полностью, ну его нахрен», — думал, валяясь в кровати.

Хотелось лежать целый день. Ведь готовиться уже было не к чему, я ещё так-то больной и вообще. Но голод считал по-другому. К обеду я все же поднялся и как следует, подкрепился в столовой.

Местные мужики пялились на меня, как на призрака. Они думали, что двинутый выскочка сдох. Теперь им казалось, что я чернокнижник или ещё некая тварь. О том, чтобы благодарить за борьбу не было даже и речи.

Мужчин устраивала халявная крыша над головой и еда. Им было удобно ублажать местных баб, ныть и валять дурака целыми днями. По ходу, равноправия тут не добиться. Придется бороться лишь за себя, а не за мир во всем мире.