– Я думала, уже не придешь, - он также виновато заходит и закрывает за собой дверь.

– Я решил, что нечестно будет оставить тебя без удовольствия. К тому же, я тебе обещал, - без тени улыбки сообщает мне.

– А тебя оставить без удовольствия честно? - хочу понимать, что у него в голове.

– По этому поводу я все тебе сказал, - какой ты всё-таки принципиальный доктор Орлов. Я отсюда вижу твое желание, которое тебе до пупка достает.

– Раскаяться никогда не поздно, а вот согрешить можно и не успеть, - он только прикрывает глаза, будто от бессилия.

Я одета в махровый гостиничный халат после душа, в комнате горит прикроватный ночник и когда я веду за руку своего желанного доктора к постели, то видно очень мало чего в таком полумраке. Но все видеть нам не обязательно, я даже и не хочу все видеть. Я больше хочу чувствовать, чем видеть. Я разворачиваюсь к нему лицом и жду. Валера оживает и своими нежными руками развязывает поясок моего халата, а затем и вовсе, сбрасывает его с моих плеч. Халат падает к ногам, а руки Орлова продолжают исследования моего тела от плеч, спускаясь все ниже. Гладит ключицы, к груди спускается, нежно сжимает полушария в своих больших ладонях, подушечками больших пальцев возвышения сосков трогает, облизывает подушечки и снова трогает соски, заставляя их еще сильнее затвердеть. Его руки скользят по моему животику ниже к припухшим от возбуждения губкам. Одной рукой он сжимает мою ягодицу, а ладонью второй растирает влагу, сочащуюся из меня так невозможно горячо. Легонько проталкивает один свой палец наполовину в мое мокрое лоно, потом меняет палец на большой и снова проталкивает, заставляя меня дрожать и стонать от удовольствия.

– Ну, какая же сладкая, - облизывает свои пальцы, пристально глядя на меня.

– Дай попробовать, - прошу я и тяну его палец в свой рот, он поддается и смотрит на меня с таким жарким желанием.

Облизываю и обсасываю его, причмокивая, в то время, как его взглядом можно вспарывать ледовый покров в водах Баренцева моря. Второй рукой я протискиваюсь под его брюки и боксеры, наконец, тесно обняв его действительно большой ствол, проводя ладонью вверх-вниз и растирая по головке, проступившую каплю смазки. Я слышу его срывающееся дыхание, слышу, как лупит сердце в клети ребер, но он не двигается и не отнимает мою руку. Он не хочет, чтобы я прекращала, но и никаких новых указаний он мне тоже не дает. Вряд ли он передумал относительно своих решений, надеяться не стоит, но он мог бы расширить поле своих «разрешений». Орлов нежно отнимает мою руку от себя и подталкивает ближе к кровати, упирая край под мои колени, отчего я падаю на кровать, а Валера пристраивается сверху. Его руки нетерпеливо гуляют по моему телу, совершенно не наблюдая никаких препятствий, а его губы жарко целуют меня от местечка за ушком, спускаясь к нежной коже шеи, а затем очень влажно целуя вершинки моей груди. Останавливается, трогает подушечками больших пальцев и тихонько дует прямо на соски, которые вмиг подбираются и твердеют на его глазах. Прижимается носом к моим соскам, очерчивая их и вдыхая запах.

– Так пахнешь, - шепчет мне. - Как восхитительно ты пахнешь. Такая сладость! - восхищается Валера. Его флагшток, который уже физически не может спрятаться в брюках, упирается прямо в мои влажные складочки.

Он до сих пор одет, я только успела расстегнуть его свободную рубашку, но снять еще не удалось. Тяну с плеч тонкую ткань и он помогает мне спустить ее по плечам. Атлетически сложен мой доктор. Это и раньше было заметно в его поло, но сейчас еще красивее на него смотреть. Я тянусь руками к его брюкам в попытке стянуть их ниже, мне удается только полностью оголить его член, а следом он отнимает мои руки и заводит их вверх от моей головы. Но я всё-равно протискиваю ладонь к его обнаженному стволу, пытаясь поскорее направить его в себя.

– Астрочка, не двигайся, сегодня мы по-другому сделаем тебе хорошо. Тебя нужно поберечь, - произносит он, утягивая мою руку обратно наверх.

– Разреши, хотя бы, ему немножко поскользить между складочек, - шепчу ему, срывающимся дыханием. - Пожалуйста, - стону я, снова принимая его поцелуи в мою нежную шею. - Я хочу его почувствовать, - признаюсь.

Он хорошо меня слышит, я это знаю. Но он боится сорваться. Такой большой и мощный медведь боится не суметь себя проконтролировать. Отрывается от меня, смотрит в полумраке в мои глаза, потом трогает мои нижние губки, растирая по ним сочащуюся влагу, а затем устраивается так, чтобы его ствол от головки до яиц терся об мои складочки.

– Так хотела? - спрашивает он.

– Хотела, чтоб по самые яйца в меня вошел, - честно отвечаю я, еле дыша от возбуждения.

– Вишенка, будь я размером поменьше, я бы не задумываясь тебя оттрахал еще вчера, но мы тебя бережем. И пальцы мои тоже немаленькие, тебе сейчас все навредит, - целует меня за ушком. - Впервые не рад быть таким большим, - пытается шутить на пределе своей страсти.

– А я очень рада, что ты такой большой, - рукой корректирую угол вхождения, чтобы хоть немножко вошел в меня, мои стеночки будут так рады его обнимать.

Он сам теряется и входит наполовину своей длины, пропустив момент моих корректировок. Шипит. Так громко шипит, будто в кипятке варится.

– Хитрая лисичка, - медленно выходит он и снова входит наполовину. Дразнит. Как же сладко.

И внезапно совсем меня покидает, повыше подтягивая меня на постели. Через какие-то секунды я чувствую его губы и язык, слизывающие всю мою влагу между моих ног. Меня простреливает такое возбуждение, что я громко выстанываю его нижние поцелуи и притягиваю его ближе за волосы на затылке. О, боги! Как приятно! Он засасывает губами мой узелок желания и легонько бьет по нему языком. От такой ласки я просто немедленно распадаюсь на миллионы атомов. Я кричу! Громко кричу! Я себя слышу, но не могу контролировать подачу звука. Он не останавливается, продолжает свою пытку, продлевая мое невероятное удовольствие, пока я совсем не утихаю. Я обессиленная, лежу на постели, полностью потеряв свои ориентиры в пространстве. Просто лежу. Ко мне присоединяется Орлов. Просто ложится рядом, просто смотрит, улыбается. Осчастливил женщину, что она не в состоянии даже пальцем пошевелить.

– А ты сомневалась, - усмехается Валера.

– Что ж ты врешь так безбожно! - возмущаюсь в улыбке. - Я не сомневалась в тебе никогда. Я еще на смотровой площадке поняла, что ты мальчик умелый, - улыбка с лица не сходит.

– Использовала меня, - глубоко вздыхает Орлов.

– Я готова компенсировать твои энергозатраты, - приподнимаюсь я и наваливаюсь сверху на него.

Целую его шею, ниже спускаюсь к плитам грудных мышц, ниже и ниже. Его руки меня мягко ласкают, отвечая на мои поцелуи. Орлов давно без брюк, член, как солдат стоит строго вверх. Не задумываясь, вбираю терпкую головку губами, потихоньку привыкая к его размеру.

– Сладкая, какая ты жестокая! Я же тебя по самые яйца натянуть хочу!

– Натяни, Орлов! - на секунду выпускаю его из своих губ.

– Не хочу тебе больно сделать, - громко дышит.

Кое как справляется со своим дыханием. Я выпускаю его ствол и засасываю его яйца. Его рука падает на член, активно приближая его к высшей точке наслаждения. Отнимаю его руку от члена и снова засасываю по самое горло.

– Натяни! - снова провоцирую его и кладу его руки себе на голову.

Он не в силах сдержаться, зарывается пальцами в мои волосы, натягивает их и вынуждает меня еще глубже захватить его ствол.

– Как сосешь сладко, девочка! Хочу накачать тебя собой, чтобы захлебывалась! Течешь по мне мёдом, - протягивает руки и трогает снова мой сок, который льется, просто, не прекращая. - И снизу тебя накачаю! Чуть позже накачаю, моя нежная! - он нажимает на мой подбородок, заставляя меня глубже засосать его немалых размеров член. - Накачаю нежную ромашку, чтобы по бедрам мое молоко из тебя текло, - вбивается в мое горло, кажется, на запредельной скорости. - Ходить неделю не сможешь! Ммм,- стонет и трясется он от удовольствия, терпкой горячей струей своего блаженства, стреляя мне прямо горло.