Мы вышли на улицу молча. Теперь я окончательно убедилась в том, что три года была женой лорда Айрана по доброй воле, и ничего об этом не знала.

— Ты расстроена? — вдруг спросил дракон.

— Немного, — улыбнулась я. — Я три года была женой лорда и ни разу не смогла воспользоваться этим высоким положением.

Дракон улыбнулся в ответ. Видимо, шутка ему понравилась.

— Что будем делать дальше? — спросила я, садясь в карету.

— Выяснять, кто стер нам память.

— До вашего бракосочетания осталось несколько дней. Может, сначала стоит этот брак аннулировать?

— Нет, — он ответил быстро и категорично. — Сначала я хочу все выяснить.

Мне не оставалось только согласиться. Карете тронулась. Через несколько минут молчания Кайл сказал:

— Память стерли не только нам. Ты была моей женой, носила родовую защиту.

— Родовая защита осталась.

— Да, но все, кто знал нас как пару, о тебе забыли. Я не знаю ни одного заклинания, которое может так работать.

Я задумалась. Дракон был прав. Все заклятия по удалению памяти были хорошо изучены, внесены в государственный реестр и имели свои неприятные последствия. Но они были рассчитаны только на одного. А в нашем случае память пропала у всех, кто так или иначе был связан с нами.

Я посмотрела на лорда. Он из высшей касты. Его жена была обязана появляться при дворе, общаться со всеми представителями местной знати, быть представлена короне. Наложить заклятье на короля невозможно. И тут я вспомнила ожог на руке советника.

— Может, это не заклинание, — вдруг предположила я. — Заклинания так не работают.

— Тогда что? Массовая выборочная амнезия?

— Это печать забвения.

— Прости, но я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Езжай в сторону моей лавки.

Дракон высунулся в окно, отдал короткий приказ кучеру, и я почувствовала, как повозка поменяла направление.

До нужной улицы мы добрались минут через двадцать. За это время успел пролиться короткий дождь и выглянуть яркое солнце, не характерное для этой поры года.

— Куда мы идем? — спросил Кайл, помогая мне выйти из экипажа.

— К мастеру печатей, — ответила я, и повела дракона в сторону старого храма.

Лавка мастера Лиора находилась в старом, но крепком доме. Я толкнула деревянную дверь. Она поддалась легко. Внутри пахло фруктами и цветами. Значит, Лиор был на месте. Я хотела его позвать, но старик опередил меня.

— Проходи Эл. Чай?

— Не откажусь.

— Лорд, — обратился он к дракону, — вам не предлагаю. Вы не оцените.

— Откуда вы знаете? — без злобы, но с интересом, спросил дракон.

— Вы еще ни разу не согласились попробовать.

— Я здесь бывал раньше?

— Бывали, — кивнул Лиор и исчез за дверью, ведущей в соседнее помещение.

Кайл озадаченно посмотрел на меня. Я пожала плечами. О том, что происходит, я знала ровно столько же, сколько и он.

— Эл, садитесь за стол! Разговор будет долгим, — крикнул Лиор.

Нам ничего не оставалось, как послушаться. Щелкнул замок входной двери. Табличка повернулась надписью «Закрыто». Кайл насторожился, быстро осмотрел пространство, на случай, если придется драться и подвинул ко мне стул, как будто хотел защитить.

— А я говорил тебе, Эл, что печать не решит его проблем. И не убьет любовь. Три года прошло, а он тебя все равно нашел, — Лиор поставил на стол две чашки. Одну для себя, вторую для меня.

— Какая печать? — не выдержал Кайл.

— Печать забвения, — ответил Лиор.

— Это я сделала?

— Да, Эл. Это ты попросила меня поставить печать. Ты хотела, чтобы о тебе все забыли.

— Но… Зачем?

— Чтобы защитить мужа, — спокойно ответил мастер.

— От чего защитить? — прохрипел Кайл.

Кажется, он был шокирован гораздо больше чем я.

— От врагов. Эл стала твоей слабостью. У советника Эстэра не хватило сил подчинить дракона с помощью магии. Он решил действовать через твою жену, — пояснил Лиор. — Боль, причиненная ей, невыносима для тебя. Ты не мог сопротивляться приказам советника. И разорвать заклинание не мог. Тогда наша Эл подумала, и решила действовать самостоятельно. Очень смелая и очень глупая женщина.

Чем больше Лиор рассказывал, тем невероятнее казался его рассказ. О том, что происходило между советником и Кайлом, мужчина не знал. Я не хотела подставлять старика и рисковать его безопасностью в случае, если ничего не получится.

Все, что я ему рассказала, касалось конкретного заклинания, которое стало возможно только тогда, когда появилась брачная связь. Именно через эту связь советник смог получить рычаг давления на дракона.

— Печать забвения стерла воспоминания обо всем, что было связано с Элирой. Советник забыл про заклинание. Полагаю, что без магической подпитки, как ты и предполагала, оно потеряло силу.

— Я не чувствую на себе никакого заклинания или колдовства, — сказала прислушиваясь к внутренним ощущениям.

Более того, в последние годы я тщательно следила за тем, чтобы не стать жертвой чужого воздействия. Правда, не помнила, почему я так делала.

— Ни одна известная мне печать не может влиять на память такого количества людей. И тем более, на драконов, — усомнился в словах мастей Кайл. — Как вам удалось это сделать?

Он недоверчиво сощурил глаза. Седая бровь опустилась. В голове вспыхнули воспоминания. Все внутри сжималось от тревоги и страха. Дракон лежал в кровати, поверх шелкового покрывала, стонал от боли. Его магический резерв был практически истощен. Он умирал. Он… Я не помнила, что произошло. Но вспомнила, как стала седой эта бровь. Волоски посветлели прямо у меня на глазах.

— Это не он создал печать, — вдруг сказала я.

Кайл полностью повернулся в мою сторону. Теперь он не щурился. Глаза расширились как будто от удивления. Но удивления в этом взгляде не было. Я словно знала, что это выражение лица значит что-то другое, но не могла вспомнить что именно.

— Ты что-то вспомнила? — осторожно спросил дракон.

— Как стала седой эта бровь. Магическое истощение. Я… Я сидела у твоей постели.

— Три года назад было совершено нападение на короля, — ответил дракон. — Об этом никто не знал. Отбить удалось с трудом.

— А может, это вы должны бали напасть на монарха, но сопротивляясь приказу, потратили почти весь резерв? — сказал Лиор.

Дракон не помнил. И я больше ничего не смогла вспомнить.

— Как работает печать?

— Не знаю, — признался мастер. — Это полностью твоя работа, Эл. Моя задача состояла в том, чтобы запустить печать. В течение трех суток заклинание разошлось по нитям памяти. Ты ушла из дома лорда Айрн на второй день. Когда стерла все следы пребывания в доме. Еще через сутки ты тоже забыла о муже.

— Мои печати ее помнят.

— Ваша супруга гениальна, но не всемогущая. Разве кто-то может разбить драконью печать, кроме ее владельца?

— Я была уверена, что не вернусь. Печать не вскрылась бы. А реестр? Почему записи сохранились?

— Я же сказал, что ты не всемогущая, — Лиор отхлебнул остывший чай.

Мне пить не хотелось. А вот дракон взял мою чашку, сделал глоток и поморщился.

— Не зря отказывался, — проворчал он и вернул чашку мне. — Можно снять печать?

— Можно. Но лучше подождать, пока она вернется. Иначе, вы не сможете отличить реальные воспоминания от ложных. Три года, не малый срок.

— И как долго эти воспоминания будут возвращаться?

— Если верить твоим расчетам, дня четыре с момента первой вспышки.

— У нас нет четырех дней, — вздохнула, вспомнив обстоятельства, которые привели нас сюда.

— Есть, — возразил дракон и зачем-то взял меня за руку. По телу пробежали мурашки. — Мы подождем.

Этой ночью я не спала. До утра просидела в библиотеке, как будто могла там что-нибудь найти. На самом деле, я пряталась. Пряталась от слуг, от лорда, от спальни, в которую меня поселили. Сидела в глубоком кресле и рассматривала полки. И чем дольше сидела в кресле, тем больше деталей замечала. Это были следы, которые я оставила в доме дракона.