Я тоже не спешил отвечать, хотя и готовился к этому разговору. Почти шестнадцать земных лет я скрывал свои мысли и свои способности от тех, кого любил и уважал. Я не могу сказать, что привык к этому. Скорее, наловчился. Но невозможность говорить откровенно всегда доставляла мне дискомфорт. Так что я решил быть вполне откровенным с этими людьми.

— Когда-то давно я имел человеческие тела. Потом стал формикадо. Мать в моей семье формикадо, скорее всего, мощный телепат, которая не стеснялась телепатить меня до тех пор, пока я окончательно муравьём не стал. Плюс периодическая обработка в «центре реабилитации». В общем, моя память старательно уничтожалась. Почему? Просто ради того, чтобы я стал послушным воином? Наверное. Но даже имея человеческие тела я, скорее всего, не был полностью человеком. Вам такие Операторы, существа, которые могут управлять несколькими телами, неизвестны. Они и среди формикадо редкость, но среди хомо таких нет вообще. Мой основной вопрос: кто я? Всё свободное время я стараюсь вспомнить что-то новое про себя. И чем больше стараюсь, тем больше узнаю, какого дерьма напихала в мою голову мать и семья формикадо. Я это всё зачем рассказываю. Хочу, чтобы вы поняли, что есть ненулевая вероятность, что я вспомню что-то такое, что сильно изменит мои текущие планы. Например, важное недоделанное дело. Пока ничего такого я даже близко не вспомнил, но могу. Понимаете?

— Я понял, — кивнул Тао. — Ты предупреждаешь, что можешь что-то узнать о себе, что сильно изменит твои планы, а это значит, что полагаться на тебя на сто процентов нельзя. Так?

— Да. Именно так. Но, с другой стороны, всё это ждало много лет и, уверен, ещё подождёт. Даже если что-то важное вспомню, думаю, это можно будет отложить. — До этого я говорил только Димоном, но тут Славик тоже посмотрел на генерала, после чего я продолжил говорить абсолютно синхронно обоими телами. — Я готов помочь тебе, генерал-герой Тао Нгата, разобраться с врагами. Твои враги — мои враги. Также я хочу помочь Земле. Мне не нравится, во что её превратила Империя.

— Аж мурашки! — воскликнула Акуна.

— Да. Впечатляет, и непривычно — генерал пристально посмотрел в глаза каждого моего тела. — Хорошо, Лом. Я буду на тебя расчитывать. Насчёт Земли не уверен, что в ближайшее время смогу помочь. Вряд ли там находятся те, кто заварил всю эту кашу. Но я постараюсь найти такую возможность.

— И ещё у меня вопрос, — я перестал говорить двумя головами. И сейчас разговаривал Славиком. — Вернее вопросы. Какие у нас ресурсы? Что это за корабль? На что он способен? Сколько у тебя надёжных людей? Что-то удалось раскопать в файлах доктора Ри?

Сейчас я интересовался не как парнишка, выросший на земле, а как штурмовик формикадо. Очевидно, что раз шишка из контрразведки, голову которого генерал отрубил, чтобы забрать этот корабль, был в теме дел доктора Ри, то и про похищение Тао Нгаты мог многое знать. А мог и не знать. Этот орнитоид — та ещё тварь и мог многое мутить сам.

— Сейчас отвечу. Пока подытожим. Ты и Мататангра готовы мне помогать найти тех, кто нас похитил. У нас малая оперативная группа, решения проще всего принимать на совещаниях, но в боевой обстановке главный я…

— Потом я, — улыбнулся Славик, — потом Акуна.

— То есть, если вас вынесут, я останусь одна главная?

— Самая главная! — улыбнулся Димон.

— Хорошо. Меня устраивает. Пусть генерал договорит.

— На совещаниях последнее слово тоже за мной, — подытожил иерархию генерал. — Теперь отвечу про ресурсы. Крейсер. Огромный корабль. Может перевозить до тысячи человек. Из них команда около пятидесяти, остальные десант или пассажиры. Крейсер хорош тем, что это большой корабль, который может совершать посадки на планеты с серьёзной гравитацией. При этом есть множество разных ботов с функцией спуска с орбиты на поверхность и возврата на корабль. Конфигурации крейсеров разные, но конкретно этот использовался контрразведкой, значит точно боевой. Много грузов и полностью запечатанных отсеков, которые не указаны в основной базе данных. Придётся обходить и смотреть. Тут Канн секретности навёл.

— Что насчёт нашей уязвимости в бою против других кораблей?

— Один на один мы истребитель, скорее всего, победим, но тоже далеко не сто процентов, а вот против двух шансов уже очень мало. Мы слишком большие, чтобы быть очень маневренными и слишком маленькие, чтобы иметь мощные защитные поля и создавать огромную огневую мощь. В общем, крейсер как тип боевого корабля создан, чтобы взламывать планетарные щиты, транспортировать и высаживать десант в относительно малых количествах. Ну и командирскому составу тут обычно удобно.

— Насколько корабль автономен в плане управления? Насколько хорошо может вести бой, если им будешь управлять только ты и ИИ?

— Что такое ИИ?

— Искусственный интеллект.

— А… Мы называем ИР, искусственный разум. Мы во всём будем уступать опытному пилоту и опытному боевому оператору, но действовать сможем.

Наша беседа про вооружение корабля затянулась. Акуна поскучнела, пару раз зевнула, но потом взяла себя в руки и стала слушать внимательно. Этот корабль будет защищать и её тоже. Ей как члену команды нужно знать максимум важной информации. И мне понравилось, что она это поняла.

— Обучающие симуляторы тут есть? — неожиданно спросила девушка генерала.

— Не проверял, но должны быть.

— Отлично, тогда надо будет всем потренироваться в управлении боевыми системами.

— Да. Займёмся, — кивнул генерал.

Наконец я перестал пытать генерала насчёт нашего боевого потенциала, получив достаточно информации, которая, когда я её усвою, вызовет ещё немало вопросов. Тем более сам генерал пока не очень хорошо изучил этот огромный корабль.

— Генерал, расскажи, какой у нас план? — поймав момент задала вопрос Акуна. — Наверняка, ты что-то уже придумал.

— Мы должны понять, что с моей женой. Для этого надо посетить Толян.

— Толян? Что это? — от неожиданности оба моих тела задали вопрос синхронно.

— Толян — это название Свободного Мира…

— Подожди! Кто-то назвал планету Толян⁈

— Да. А что?

— Ничего. Толян так Толян. У меня одноклассник Толян. Наверно, в честь этой планеты назвали. Что хоть за место такое?

— Планета на границе между Республикой и Империей. Двадцать миллиардов постоянного населения и ещё чуть ли не столько же гостей. Место переговоров, встреч, торговли, развлечений. Мататангра лучше меня Толян знает.

— Да. Не раз там бывала. Я ж там билась за абсолютное первенство.

— Абсолютное — это между Республикой, Империей и Свободными Мирами? — спросил я.

— Не только. Это ещё и первенство вне весовых категорий и половых различий.

— И ты там билась⁈ С мужиками?

— А что тебя смущает? Билась, но вынесли меня задолго до финала. Но это и так понятно было. Но всё равно опыт интересный, — Акуна вздохнула, всем видом показывая, что опыт, скорее, печальный и неприятный, чем интересный.

— Если бы не это «абсолютство» у тебя были хорошие шансы победить, — улыбнулся генерал. — Всё-таки выставлять тебя против двухсоткилограммового гея совсем нечестно. Да и доспехи совсем не такие, как в обычной сото-гуэйре, а намного более закрытые.

— В этом и суть абсолютного первенства…

— Подождите! Ты дралась с двухсоткилограммовым геем? — Славик и Димон повернули хитро-заинтересованные лица к Акуне.

— Да. Дралась, — девушка вздохнула, видимо, воспоминания были совсем не приятные.

— А имя у этого бойца есть?

— Есть. Генерал же сказал. Гей. Это его имя.

— Планета Толян, а на ней боец Гей… Какое интересное место… Чёто я очкую… — на имперском я говорил плохо, поэтому переводчик тихо бубнил перевод на столе возле Димона, в то время как Славик слушал живую речь. Из-за этого такие вот накладки случались, но всё равно весело. — И что этот Гей и правда… хорош?

— Он чемпионом и стал в итоге.

— О как. Ну чемпиону проиграть не стыдно.

— Он сделал всё, чтобы мне было стыдно. На Арене есть возможность поиздеваться над противником, — Акуна помрачнела ещё больше.