Тут мне пришло в голову, что я-то ей про свою квалификацию ни слова не сказал — и ректор сейчас напряжена до крайности, не зная, чего от меня ждать. Кстати, она, хоть упомянула малое число моей свиты, ни слова не сказала про мою нестандартную одежду.

— Касательно моей собственной подготовки, замечу вот что, — сказал я. — Я давно специализируюсь на лечении людей, и чем дольше этим занимаешься, тем больше понимаешь, что обучение у некромантов и алхимиков — необходимое условие нормальной работы. Однако когда пытаешься по-честному научиться чему-то, одевшись в ало-золотую мантию… — я хмыкнул. — В общем, некоторые объяснения ты получаешь — но сами знаете, как действуют красные тряпки на представителей вашего Цеха! Поэтому и маскарад. Магистры Бьер и Агрим могут вам подтвердить, что мое образование как некроманта удовлетворяет стандартам Цеха.

— Мэтр Шелки легко защитил бы звание магистра, если бы придумал, как обойти проверку на воздействие Кодекса, — подтвердил Агрим, бросив на меня ироничный взгляд.

Ха! Интересно. С его чувством юмора в таком ключе я еще не сталкивался. Шуточка, достойная Элсина. Судя по его еле слышному хмыканью, кажется, мой учитель тоже оценил.

— Рада это слышать, — Файне одновременно чуть расслабилась — и тут же слегка напряглась, но уже более по-деловому. — Хотелось бы тогда узнать, что конкретно вам нужно.

— Во-первых, в городе явно не хватает стражи. На усиление я хотел бы придать им немертвых некромантов, причем готов им хорошо платить. Для этого, как я понимаю, мне лучше обратиться к главе Ковена, но мне дали понять, что его сейчас нет в городе…

— Да, он отбыл в старший мир на конференцию неделю назад, — подтвердила Файне. — Значит, раз порталы заблокированы, уже и не вернется.

— К кому переходит в этой ситуации руководство Ковеном? К вам?

Файне задумалась.

— По старшинству ко мне, но я не занимаюсь делами Ковена, у меня слишком много своих! Есть сотрудники администрации Ковена, видимо, кто-то из них будет выполнять функции главы.

— Хорошо, однако мне представляется, что именно Академию удобнее использовать как базу. У вас, наверняка, самые обширные контакты — и самый высокий авторитет, если судить по тому, что я слышал. Я хочу, чтобы ваши секретари разослали как можно больше писем и собрали всех немертвых выпускников, которые заинтересованы в том, чтобы помочь нам с патрулированием города до победы над эпидемией как минимум — за хорошую плату, естественно. Вряд ли я ошибусь, если предположу, что в самой Альвидре на работе занято всего десятка два или три немертвых некроманта, и все они нужны на своих местах — но из провинции можно подтянуть больше.

— Согласна с вашей оценкой. Но понадобится время, чтобы их собрать!

— Знаю, — кивнул я. — Именно поэтому я хочу, чтобы для начала патрули стражи усилили адепты. Кроме того, они у вас достаточно хорошо обучены — я надеюсь. И сумеют собрать для меня статистику о ходе заболеваний. Мне нужны только четвертый-пятый курс и только парни. Сколько их у вас? Сотня наберется?

— Только мужчины? Около ста пятидесяти на двух курсах, — сообщила Файне.

Значит, я правильно предположил, что эта Академия в несколько раз больше руниальской! На всем нашем потоке, помнится, было всего двадцать шесть или двадцать семь адептов — как небольшой школьный класс. А тут на потоке больше сотни.

— А ваша Академия единственная в этом мире? — уточнил я.

— Нет, есть еще две. На другом берегу Срединного моря — эта всего на пятьсот лет моложе нашей, хотя, конечно, с нашей не сравнится! И всего сотни две лет назад мы открыли еще один филиал в горах Сарагны, с тех пор, как близлежащие города разрослись.

Эти названия мне ничего не говорили, но, как я и думал, население этого мира тоже в несколько раз больше по численности, чем население пять-триста один.

— Хорошо, — кивнул я. — А девушек я не хочу отправлять в патрули вот почему. Риск заразиться на патрулировании довольно высок, следовательно, и риск вынужденно перейти в полностью немертвое состояние — тоже. Я уже видел на нескольких примерах, что одним из главных сожалений некромантов, когда такое происходит, является невозможность завести потомство. Поэтому мы используем новейшие разработки ученых Гробницы — и сохраним сперму всех мобилизованных адептов. Замороженной, сперма хранится годами и даже десятилетиями, так что в случае чего они смогут все-таки продолжить род, и ранняя смерть не станет препятствием для счастливых браков. С организацией вам поможет магистр Агрим.

Мне казалось, что Файне раньше на меня таращилась? Нет, раньше она просто смотрела! Вот теперь она вытаращилась.

Агрим вздохнул.

— Понимаю ваши чувства, Файне, — сказал он. — Когда услышал идею об обеспечении некромантов потомством, то воспользовался первой же возможностью перевалить организацию на подчиненного! Что ж, судьба все равно меня нагнала в этом плане. И, заверю, идеи мэтра Шелки обычно работают!

Интерлюдия. Магистр Файне и незаданные вопросы

Когда мэтр Шелки с его телохранителем — н-да, в звании магистра — удалился, Файне с любопытством взглянула на юношу, которого ей представили как магистра Агрима. Она не была знакома со старым некромантом, но слышала о нем много интересного. Например, ей рассказывали, что он пришил себе четыре лапы, чтобы не возиться с ходьбой, сидением и лежанием. А тут — вполне себе симпатичный молодой человек. Однако манера речи и манера держаться… Либо он очень хороший — и одновременно плохой! — актер, либо… все на самом деле так, как ей говорят.

Что косвенно подтверждается поведением самого Шелки.

— Гадаете, настоящий ли я? — спросил Агрим, приподняв брови.

— Нет, — качнула головой Файне, хотя именно об этом она и думала. — Гадаю, на какой-такой конференции выступал мэтр Шелки в одежде магистра некромантии, и понял ли кто-то, кто он такой. Не припомню подходящего мероприятия в соседних мирах.

Так-то ей было понятно: разумеется, ни один маг Огня, который полноценно занимается наукой, не станет участвовать в некромантском сборище, одевшись в красное. Натурально замучают настойчивой лестью и выражением глубочайшего почтения, а научную работу по-настоящему обсудить и не подумают.

— Мы идем с Гробницы, и нет, никто ничего не понял, — усмехнулся Агрим. — Он действительно весьма квалифицирован как некромант! Кстати, знак алхимика у него на груди — тоже настоящий. В смысле, он получил его инкогнито, за собственные заслуги.

— Однако, — сухо проговорила Файне. — У него есть родня алхимики или некроманты? Я думала, что иначе в Гильдию не попасть.

Кстати, родня среди некромантов многое бы объяснила! Если подумать, они с этим его учителем-телохранителем довольно похожи. Рост и сложения почти одинаковые, по крайней мере. Секрет полишинеля, что Гильдию Алхимиков создали и поддерживают именно некроманты для того, чтобы пристраивать туда своих отпрысков.

— Насколько я знаю, его вступление в Гильдию поддержала деревня на фронтире, в которой он работал юношей, — сообщил Агрим.

— Он еще и с фронтира? — ахнула Файне.

— А что в этом удивительного? Я тоже. По крайней мере, мой мир имел статус фронтира, когда я там родился. И вот еще что скажу. Если вы размышляете про себя, не зря ли все это — скажу вам так. Не знаю, можно ли победить эту болезнь, подобрав лечение и покончить с эпидемией раньше, чем она затихнет сама собой. Но если кто сумеет это сделать с минимальным количеством жертв — то только Эрик Шелки. И наш с вами долг — обеспечить ему всемерную поддержку.

Шляться по городу, где из-за чумы от закона и порядка осталось одно упоминание, то еще развлечение. Поэтому я попросил у ректора Файне выделить мне троих немертвых преподавателей с боевым опытом, желательно, тоже только мужчин — зачем мне ревность на пустом месте? Последнее, правда, я вслух не проговаривал. Если Файне сочтет меня шовинистом (не уверен даже, что в Империи есть такое понятие) — то пусть.