— Никаких скидок, — отрезал я. — Работайте на результат — оплата тоже будет по результату. А некромантам оплачивать будете по полной таксе… и если начнутся недочеты или сложность работ внезапно возрастет… — я выделил слово «внезапно» голосом. — Будьте уверены, я это пойму, — с этими словами я поправил мантию, так, чтобы мой знак Гильдии Алхимиков оказался на виду.

Это произвело эффект, по лицам четко было видно!

— Прошу прощения, мэтр… — пробормотал глава гильдии.

— Да-да, цацка настоящая, — добавил я. — Я ее получил до того, как проявил себя магом Огня. Так что пойдемте, обсудим поставки предметно — сроки, количество, с кем вы будете вести дела. Или вы предпочитаете вести деловые беседы на улице?

Они явно не предпочитали.

Интерлюдия. Тея Нейгарт и масштаб содеянного

После того, как Игнис и Олла не терпящим возражений тоном раздали множество инструкций и перекроили работу ратуши под себя; после того, как им принесли горячий обед; и после того, как были отправлены и получены химеры с записками, в кабинете, где работали женщины, наконец-то воцарилась тишина.

Тея, разумеется, не возражала против этого бурления. Девочки знали, что делали — их работа была важна и нужна вот прямо сейчас. Работа Теи, может быть, потребуется потом. Тот факт, что она изучала архивы магов Огня, пока имел лишь третьестепенную важность. Или и вовсе — важность десятой степени.

Поэтому какая разница, что шум и суета изрядно мешали ей сосредоточиться! Хотя они мешали. Как девочки могут работать в такой обстановке, да еще и успевают перешучиваться друг с другом? Тея, признаться, скучала по своему тихому и спокойному кабинету под поверхностью моря.

Или даже по тихому и спокойному кабинету Тайту Карсена, где ее тревожила только госпожа Альмикен с приглашением выпить чаю!

Тея очень любила Оллу, а с Игнис успела за последний год крепко подружиться и полюбить почти так же сильно, но… похоже, работать с ними в одной комнате будет непросто! Если судить по этому утру.

Однако наконец-то все утихло, и Тея получила возможность вчитаться в конфискованные материалы — не всегда печатные, часто рукописные, порой еще и написанные весьма неразборчиво! Впрочем, для начала она выбрала тетрадку, которая, наоборот, была написана очень разборчиво и четко. Почерк этот не походил ни на почерк Гранта, ни на почерк Хлена. Такое ощущение, что у кого-то из них затесался… ну да, чей-то чужой конспект! Тея сама никогда не получала формального образования, но много читала, в том числе романы из студенческой жизни, да и Олла успела ей рассказать кое о каких реалиях. Тея знала, что порой студенты одалживают друг у друга записи лекций — и не всегда потом возвращают. Должно быть, перед ней как раз такой.

И в этом конспекте…

— Ой, — неожиданно для себя сказала Тея вслух. Вот только что мысленно укоряла Игнис и Оллу за неспособность работать молча — и пожалуйста! Сама нарушает тишину!

— Что такое? — Олла вскинула голову.

— Кажется… кажется, мы с Владом совершили серьезную ошибку! — сдавленным тоном произнесла Тея. — С солнышками!

— Та-ак, — Игнис тоже подняла голову от переплетенного в кожу свода законов Альвидры, который как раз изучала. — Ты вспомнила, что вы не выключили солнышко в подвале?

— Исключено! — возразила Ройга, стоявшая, слегка опершись на стену — хотя ноги у нее не могли устать. — Я проверила. И фиалочка проверил.

— Н-нет, — пробормотала Тея. — Другое! Тут написано, что «Зажигатель Звезд» — редчайшая квалификация! Такая, что всего три мага на всю Империю, включая самого Императора, на это способны! А мы!..

— А что — мы? — уточнила Игнис. — А Влад развешивает эти солнышки направо и налево? Не волнуйся ты, это всего лишь мир третьего уровня. Тут, небось, об этих Зажигателях и не слышали. Никто даже не поймет, насколько он хорош!

— Ну… кто-то может и понять, — мотнула головой Тея. — Не в этом дело! Поймут и поймут. А в том, что мы с Владом полезли с советами к Тайту Карсену! А он как раз — один из этих двух Зажигателей Звезд! Представляете⁈

Ройга, Игнис и Олла переглянулись.

— И что? — спросила Ройга самым трезвым тоном. — Если он Влада тогда не раскрыл, сейчас-то уж чего?

— Да ничего… — вздохнула Тея, поняв, что не сможет объяснить свой внезапный приступ стеснительности и крайнего ошеломления. — Просто… так… невероятно все! И так внезапно! И… начинаешь делать одно, а выходит из этого совсем другое и гораздо большее! Мне наставница говорила: «Ты маг Воды, девочка, привыкай действовать в масштабе!» Ну, когда учила волны поднимать или гасить на большой площади. Но это какой-то совсем другой масштаб!

— Знаешь, — сказала Игнис с усмешкой, — я еще тогда, на фронтире поняла, что Влад изменит Империю под себя. Так что привыкайте действовать в масштабе, девочки!

— Но… но мы хотели привлекать меньше внимания! — воскликнула Тея. — Осторожно все сделать!

Ройга хмыкнула.

— С Владом-то? Невозможно. Он еще в Академии всех на уши ставил! Адепт с самой маленькой пропускной способностью на потоке, ага.

Тея только вздохнула.

Интерлюдия. Элсин Бьер и домашние хлопоты

Меньше всего Элсину хотелось оставлять Влада одного в чумном городе. Игнир, Кьяр и Петерсен представлялись ему вполне адекватным эскортом — но только при обороне от обычных живых бойцов, ни в коем случае не от других немертвых некромантов! Никто из местных академических рекрутов не мог похвастаться ни по-настоящему солидным опытом, ни большой пропускной способностью. Что неудивительно: карьеры ученого преподавателя и боевика, как правило, пересекаются только на фронтирах.

Но переговоры с алхимиками продолжались довольно долго, а затем Влад резонно сказал:

— Мне нужно сейчас вернуться в Высшую Школу, зажечь ультрафиолетовые солнышки там. Это время. Потом — к некромантам, и там повторить то же самое… по крайней мере, в общежитии! Пока суд да дело, уже стемнеет. Не ночевать же девчонкам в ратуше! Ройга с поста уйти не может, так что жилье искать тебе. Прихвати Тею, пожалуй, для солидности — с ней никто спорить не посмеет.

— Да и со мной не посмеет, — пожал плечами Элсин. — Особенно если ты отдашь мне ту подвеску с кристаллом Огня, через которую раньше создавал солнышки.

Элсин очень гордился Владом за то, что тот давно уже не пользовался этой подвеской, хотя никогда не говорил этого вслух: очень нелогичная гордость — он ведь при всем желании не мог бы научить бывшего подопечного более искусному обращению с Огнем!

— Если она со мной, прямо сейчас отдам… — Влад похлопал себя по карманам.

— Она во внутреннем кармане той же сумки, куда ты Глинку положил, — напомнил Элсин. — Кстати, его тоже мне давай. Он сам проснется, или найти мага Жизни, чтобы его разбудил?

— Сам проснется, часа через два. Ну раз ты знаешь, где подвеска, так зачем меня спрашиваешь? — в тоне Влада прорезалось легкое раздражение: устал, и устал очень тяжело, несмотря на подпитку Жизнью. К сожалению, Элсин не мог сейчас позволить себе настаивать, чтобы подопечный отдохнул: Влад все равно не послушает совета, только разозлится сильнее. Да и, объективно говоря, его действия более чем необходимы.

— Черкни записку, что мне можно такое носить, — пояснил Элсин. — На Гробнице ты никому не предъявлял этот кулон на людях, а тут могут возникнуть вопросы. Меня пока в лицо не успели выучить.

Влад тяжело вздохнул, опять пробормотал себе под нос что-то насчет «гребаной сословности», но записку написал. Даже сказал:

— Напомни мне, что вас всех нужно обвешать рубинами или огненными кристаллами — для представительности!

— Ройга тебе сама напомнит, — усмехнулся Элсин. — Она всегда мечтала носить рубины.

На самом деле он не знал, было ли выражение «всегда мечтала» адекватным. Но как-то, очень давно, Ройга при нем действительно выразила сожаление, что не может себе позволить надеть никакие красные камни — даже яшма, мол, является цеховой прерогативой алхимиков, и некромантам разрешены только черные и белые камни. А ей бы очень даже пошло.