Сердце проваливается куда-то вниз, как камень.

Поздно уже.

На улице то ли дождь, то ли снег.

Непонятная слякоть.

Если у него машина сломалась, значит, и не погреться.

Быстро собираю ему что-то теплое одеться.

Хватаю первую попавшуюся толстовку, кеды, куртку, телефон. Выбегаю в прихожую, впопыхах пытаюсь застегнуть молнию, но руки трясутся. Собачка заедает. Дергаю ее сильнее.

Черт!

Он один. Где-то на трассе. В темноте. В машине.

А вдруг кто-то остановится? А вдруг он выйдет - и… Господи.

Всяких придурков хватает.

Он не ребенок, конечно, но… Но фантазировать я умею.

В машине холодно.

Завожу. Глохнет. Еще раз.

Да что такое!

Со второго раза заводится.

Не прогревая, выезжаю со двора.

Не хочу терять время.

На ходу включаю печку. Судорожно вбиваю координаты в навигатор полчаса пути. Как он там вообще? В такой холод и с дождем?

Мелкий, настырный с ветром дождь бьет в лобовое стекло.

На трассе уже разгоняюсь быстрее.

Асфальт блестит, по стеклу струятся косые струи воды. Ужасная погода, чтобы стоять одному на дороге.

За мной пристраивается черная иномарка. Бьет в зеркало заднего вида дальним светом.

Что за придурок!

Ускоряюсь.

Набираю Сашку.

- Абонент временно недоступен. Перезвоните позже.

Когда ты уже будешь нормально заряжать телефон?!

Злюсь, как будто он меня слышит и можно что-то исправить.

Сжимаю крепче руль. Дождь усиливается.

Давлю сильнее газ, чтобы оторваться, но машина нагоняет.

И бьет в зеркала, что не видно ничего.

Сердце стучит в горле.

Снова набираю. Мало ли… Сеть появилась.

Услышать бы только голос, что все хорошо с ним.

Слезы подступают. Ужас накрывает внезапно и полностью. Я вспоминаю, как он в детстве боялся темноты, как прижимался ко мне, когда гром гремел за окном.

А теперь вот он - взрослый, двадцатилетний парень - сидит в чертовой машине в лесу и, возможно, уже даже не может ответить.

Я набираю Руслана.

В такие моменты прошлое вообще стирается. Обиды, боль, недомолвки. Это все второстепенно и ерунда настолько, что главное сын.

Один гудок. Второй. Пятый.

Автоответчик.

- Руслан, перезвони мне пожалуйста, срочно, - шепчу, а слезы уже катятся по щекам. - Сашка застрял на трассе, где-то километрах в тридцати от города, в сторону Ярославки. Там, где сосновый лес и заправка на развилке, помнишь? Я еду за ним. Он не отвечает уже. Телефон разрядился.

Смахиваю слезу. Да какая разница, сколько ему лет!

Пять или двадцать пять?

Он мой сын.

А я его мама.

Мой ребенок где-то там. В полной темноте. В одиночестве.

Свет фар выхватывает из темноты мокрый асфальт, мокрые деревья по обочинам, редкие машины, пролетающие мимо. Я жму на газ. Каждый километр - вечность. Каждая минута - страх.

Пожалуйста, пусть он будет в порядке….

Снова набираю сына.

И, как в страшном сне, он снова “недоступен”.

Тревога, словно тугой жгут, и он все сдавливает, сдавливает, не давая дышать.

Сломался… стоит в лесу… папа не берет трубку…

Пару слов, а выжигают дыру в груди.

Мир сжимается в тесную коробку до размеров дороги.

А темнота вокруг окутывает беспощадным, ледяным страхом.

Я сбрасываю скорость до шестидесяти. Даю этому сзади меня обогнать и перестать уже светить мне в зеркала. Но он как назойливая муха. Тоже сбрасывает. Плетется теперь.

Женщина, что ли, за рулем и боится обгонять?!

В голове прокручиваю все, что может случиться. Варианты, один хуже другого. Что если он не просто застрял? Что если…

Я должна его найти.

Иначе не переживу.

Я закрываю ноутбук и откидываюсь на спинку кресла. За последние три часа - одно давление.

Китайцы отказали из-за скандала с Людой, партнеры подливают масла в огонь. У всех планы, у всех деньги, и всем, конечно же, наплевать, что у меня в жизни все летит к чертям.

Тянусь рукой к чашке с уже остывшим кофе.

Проверяю телефон.

Пропущенный от сына.

Набираю. Абонент временно недоступен.

Тогда звоню его девушке. Они вместе всегда теперь. Та берет сразу.

- Руслан Юрьевич, здравствуйте!

- Маша, привет. Ты знаешь, где Сашка? Найти его не могу.

- Тут он, дома. Фильм смотрит. Сейчас его дам. Держи, это папа твой.

- Да, пап.

- Привет, сын. Звонил?

- Да, может, на выходных встретимся? У меня днюха. С мамой отпразднуем.

- Да… Сань, вы съездите к маме. Она рада будет, конечно. Я там… лишний я там.

- Пап, ну какой лишний?! Вы мои родители. Я с вами хочу отпраздновать.

- Ладно, посмотрим еще. Телефон у тебя разрядился.

- Не, это я его вырубил. Да задолбали какой-то рекламой спамить.

- Ясно.

Отпиваю остывший кофе. Проверяю голосовые.

Люда.

Люда…

От Люды что-то. Улыбаюсь сам себе.

Она не звонит мне теперь. Да и понятно, незачем.

А сейчас прямо рад ее голос услышать.

- Руслан, перезвони мне, пожалуйста, срочно, - шепчет надрывно, - Сашка застрял на трассе, где-то километрах в тридцати от города, в сторону Ярославки. Там, где сосновый лес и заправка на развилке, помнишь? Я еду за ним. Он не отвечает уже. Телефон разрядился.

Чего?!

Ничего не понимаю.

Перезваниваю Люде.

- Люда! Ты где?

- Руслан, я еду уже к нему. Скоро должна приехать.

- Куда, Люда? Сашка дома, я только что говорил с ним.

- Как говорил?

- Ничего у него не ломалось. Фильм он смотрит. А тебе кто написал?

- Он….

- Люд, ты где сейчас?

- Я… на трассе. На Ярославке.

- Езжай домой, шутка чья-то.

- Руслан, мне кажется меня преследует кто-то. За мной машина едет одна хвостом уже минут пятнадцать.

Хватаю ключи от машины и иду на выход.

- Не останавливайся нигде. Слышишь. Езжай дальше. До заправки, там развернись и домой. Я навстречу тебе поеду. Какой километр у тебя?

- Шестнадцатый.

- А что такое, Руслан?

- Не знаю пока. Но кто-то тебя хотел выманить из дома. И в определенное место, чтобы ты приехала.

- Зачем?

Сажусь в машину и завожу.

- Я не знаю, Люда. Не паникуй, слышишь? Двигайся медленно, аккуратно. Сбавь скорость. Не останавливайся. Я уже еду к тебе.

- Я боюсь, Руслан.

Навигатор показывает почти двадцать километров. В темноте, в дождь, по трассе еду туда.

Звоню ей снова. Долгие гудки.

- Руслан…

- Люда? На заправку заехала?

- Нет, мне не дали свернуть.

- Твою мать.

Я жму на газ сильнее. Машина рычит, обгоняет всех подряд. Внутри уже не страх - злость. Такая, что будто готов сам выйти и руками вытащить того, кто в той машине.

Они ведут ее куда-то. Убить, что ли, хотят? Зачем?!

Наконец нагоняю ее. За ее машиной черная “Ауди” почти касается. Поджимает. Впереди мост.

Неееет.

- Люда, ты не останавливайся только.

В этот момент я не думаю.

Нагоняю их.

Резко выруливаю и бью в бок “Ауди”, подставляя свою машину под удар. Она срывается с дороги, визжа шинами, уходит в занос.

Ее машину отбрасывает вбок, но она успевает выровнять.

А я врезаюсь в отбойник.

Резкий хруст металла. Боль в плече. В висках стучит.

Ищу глазами ее машину. Цела. Дверь открывает, выбегает и в мою сторону бежит.

Дергаюсь, чтобы вылезти из машины, но боль простреливает плечо.

- Руслан!

Теряю сознание, когда слышу, как она кричит мое имя.

Машину резко откидывает вбок, я вжимаюсь в руль, чувствую, как заднюю ось заносит. Меня крутит. Сквозь стекло мелькают фары, мокрый лес, темнота.

- Господи… - только и успеваю прошептать.

Тормоза не спасают. Все происходит за доли секунды. Я чувствую, как колеса срываются в аквапланирование. Машину кидает, как щепку.