Сияющий полумесяц рассекал хищников одного за другим и нёсся дальше, к лесу. Вот он вонзился в деревья и полетел дальше, скашивая на своём пути абсолютно всё!

Я поспешил к трапу. Поднявшись по нему, открыл кабину «Пересвета» и спрыгнул на антигравах на пол.

– Закрывай и взлетай. Набери высоту, на которой птицы не могут находиться.

– Есть, ваше благородие, – отозвался Иерихон.

Зашипела гидравлика, трап начал втягиваться, а створки люка – закрываться. Как только они сомкнулись, паром оторвался от земли и взмыл в воздух.

К этому времени я уже добрался до рубки и наблюдал за тем, как над покрытом трупами полем битвы парит «призрак». Он висел ещё секунд десять, а затем исчез.

– Иерихон, конвертор на борту? – спросил я.

– Так точно, барон.

– Разошли вокруг обломков звездолёта все дроны, какие есть. Пусть прочешут местность. Я хочу знать, что тут происходит, куда делся экипаж, и есть ли поблизости пиратский схрон.

– Слушаюсь, мой барон. Куда прикажете доставить вас и десантный отряд?

– Птицы отстали?

– Да, мы слишком высоко.

– Тогда выбери место неподалёку и сажай нас. Будем ждать данных разведки.

Паром покружил над лесом и начал снижаться туда, где деревья были повалены ударом моего клинка. Выпустив опоры, он сел, с треском ломая лежащие на земле стволы.

– Мой барон, у меня есть предположение происходящего, – сказал Иерихон. – На основе имеющихся данных, я делаю вывод, что на планете обитает неизвестная форма жизни, которую вы видите, а мои сенсоры засечь не в состоянии. Возможно, потому что она пребывает в другом измерении. Либо просто у нас нет техники, приспособленной к её идентификации.

– Ты имеешь в виду призрака. Что ж, звучит правдоподобно.

– Благодарю. Мне кажется, это существо управляет местной фауной. И оно очень недовольно тем, что мы тут находимся.

Я усмехнулся.

– Да, гостеприимным приём не назовёшь при всём желании. Я так понимаю, у нас нет средств уничтожить этого призрака.

– Боюсь, что в этом отношении мы бессильны.

– Значит, будем стараться избегать нападения зверья, которое он на нас насылает. Что у нас сейчас?

– Пока всё тихо. Полагаю, призрак не знает, где мы находимся.

– Хорошо. Что с разведкой местности?

– Увы, дроны ещё ничего не обнаружили. Потребуется время.

Прошло около получаса. Паром стоял на поляне, окружённой поваленными стволами деревьев, которые мой клинок превратил в подобие баррикады. Внутри царила напряжённая тишина. Гвардейцы, выбравшись из бронеходов, рассредоточились по грузовому отсеку, готовые в любой момент занять свои места в боевых машинах. Мурина, хмурая и сосредоточенная, наблюдала за мониторами, транслировавшими изображения с внешних камер.

Я сидел в кресле, изучая карту местности, которую строил Иерихон на основе данных с уцелевших дронов. Лес вокруг нас казался спокойным. Слишком спокойным. После той лавины тварей, что обрушилась на нас у обломков корабля, затишье выглядело неестественным.

– Иерихон, как там дроны? – спросил я, не отрывая взгляда от экрана.

– Десять из двенадцати продолжают патрулирование, барон. Два были уничтожены птицами. Я перенаправил их в сектор, где, по моим расчётам, с наибольшей вероятностью может находиться пиратский схрон. Анализ рельефа указывает на наличие карстовых пустот в радиусе десяти километров к северо‑востоку от нашей текущей позиции.

– Пираты любят прятать добро в пещерах, – заметила Мурина. – Надёжно, незаметно, и, если знать, где искать, доступно.

– Именно, – кивнул я. – Иерихон, сосредоточься на том секторе. Мне нужно найти этот схрон, и чем скорее, тем лучше. Чувствую, что задерживаться здесь не стоит. Очень не нравится мне это спокойствие. Напоминает затишье перед бурей.

– Принято, барон. Передаю приоритетный…

Голос Иерихона оборвался. На долю секунды воцарилась тишина, а затем динамики взорвались тревожным сигналом.

– Внимание! Зафиксировано движение по периметру! – голос ИскИна стал резким, деловым. – Множественные цели! С юга, с запада и с севера! Они выходят из леса! Те же твари, что нападали на нас у корабля! Сто двадцать шесть особей.

– Как они нас нашли⁈ – воскликнула Мурина, хватаясь за бластер. – Мы же ушли на пароме!

– Призрак, – сказал я, поднимаясь с кресла. – Он знает, где мы. И снова гонит на нас дичь. Экипаж, по машинам! Бронеходы и рыцари, готовимся к обороне!

Грузовой отсек мгновенно ожил. Гвардейцы бежали к бронеходам, забирались в чрева стальных машин. Я добрался до «Пересвета», влез в кабину и подключился к системе управления. Забава тут же ожила в моём сознании.

– Пилот, зафиксировано множественное приближение. Рекомендую задействовать энергетические пушки. Боезапас картечи полностью исчерпан. У нас остались только снаряды для гранатомёта и ракетные блоки. Они могут быть эффективны против плотных скоплений.

– Понял, – ответил я, ощущая, как тяжёлые шаги «Пересвета» сотрясают металлический пол парома.

– Открываю грузовой люк и выдвигаю аппарель для ведения боя, – доложил Иерихон. – Рекомендую выйти наружу и занять круговую оборону.

– Согласен. Давай.

С шипением гидравлики боковая створка парома начала опускаться, превращаясь в широкий трап, ведущую на землю. Я ступил на него первым, разворачивая «Пересвет» так, чтобы видеть южную сторону. Другие рыцари и бронеходы выстроились вокруг, образуя оборонительное кольцо, внутри которого оставался паром.

Твари вырвались из леса одновременно. Серые тела с металлическим отливом, тройные челюсти, раззявленные в беззвучном крике, глаза без зрачков, горящие янтарем. Они неслись на нас, перепрыгивая через поваленные стволы и огибая их, словно стая обезумевших от голода исполинских гиен.

– Огонь! – скомандовал я.

Энергетические лучи ударили по первой волне. Тела разлетались в клочья, сжигаемые дотла, превращаясь в пепел, но на их месте из леса появлялись новые. Пушки наших машин били непрерывно. Я сам вдавил гашетки, и «Пересвет» выпустил веер смертоносных лучей, выкашивая атакующих, словно серпом.

– Они пытаются зайти с флангов! – крикнула Мурина из стоявшего справа от меня бронехода.

Развернувшись, я увидел, как полтора десятков тварей обходят нас по широкой дуге, стараясь пробиться к задней аппарели парома.

– Верещагин, со мной! – рявкнул я.

Мы вдвоём рванули наперерез фланговому отряду. Я выпустил ракету, и она вонзилась в самую гущу тварей, разнеся шестерых из них в кровавое месиво. Оставшиеся бросились на нас. Я уворачивался от их прыжков, используя руки «Пересвета» как гигантские кувалды. Одна из тварей вцепилась мне в ногу, но я стряхнул её мощным движением и раздавил, опустив ногу меха. Верещагин, управляя своим рыцарем, поливал чудищ энергетическими зарядами.

– Мой барон! – раздался голос Иерихона в динамике. – У меня есть результат сканирования местности! Дроны обнаружили пещеру! В секторе, который я определил как наиболее вероятный пиратский схрон! Вход завален камнями, но сканеры чётко фиксируют искусственную конструкцию за ними.

– Ты уверен? – переспросил я, одновременно отбиваясь от двух тварей, которые прыгнули на «Пересвета».

– На сто процентов, мой барон. Сигнал чёткий. Передаю координаты.

На мой интерфейс упала точка с координатами. От нашего текущего местоположения до неё было около восьми километров. Недалеко, если идти прямо через лес.

– Отлично! – сказал я, разворачиваясь и вновь присоединяясь к основному кольцу обороны. – Народ, прорываемся к пещере! Иерихон, будь готов поднять паром по моей команде! Направь дроны, чтобы они проложили маршрут с минимальным сопротивлением фауны.

– Принято, барон. Маршрут прокладываю.

Мы отбивались ещё минут десять, пока последняя волна хищников не была уничтожена. На земле перед паромом и вокруг него лежали груды обугленных и разорванных тел. В воздухе стоял запах палёной плоти и крови.