Оставался один вариант. Я нажал кнопку, чтобы выключить наушник, затем шагнул вперед и схватил Айви за руку. «Иди со мной», — прошептал я. «Не двигайся, пока я не скажу. И молчи».

«Эй?» — раздался голос из-за забора. «Есть кто-нибудь?»

«Тихо», — повторил я и потянул Айви вперед. На голос.

Боковая калитка детского центра была сделана из металлической сетки. Она сильно заросла кустарником и вьющимися растениями, но я все еще мог видеть отблески света с другой стороны, и потянул Айви в угол, ближайший к калитке, когда услышал лязг цепи и замка. Я глубоко вздохнул, притянул Айви к себе и активировал свои сиглы невидимости и зрения.

Мир померк, становясь синим. Айви замерла, но, к счастью, не оттолкнула меня и не стала спорить. Через несколько секунд ворота скрипнули и распахнулись, и вошел мужчина, светя фонариком.

«Без оружия», - было моей первой мыслью. Парень был большим и грузным, и по тому, как поднял фонарик и осматривал игровую площадку, было видно, что он начеку. Но я не видел оружия, у него не было активных сиглов, и это внезапно убедило меня, что, хотя они и могли заподозрить неладное, точно этого не знали. Луч фонарика повернулся в мою сторону, и я замер.

Нас озарил сапфировый свет. Я моргнул, ослепленный, но луч фонаря почти сразу же прошел дальше. Мужчина медленно осмотрел детскую площадку, луч осветил дверь, турник, угол, в котором пряталась Айви. Я стоял, не шелохнувшись.

Затем послышался треск рации и электронный голос, доносившийся со стороны мужчины. «...ты там?»

Мужчина поднял руку; я был так близко, что мог видеть, как он слегка поворачивает шею, чтобы говорить в рацию. «Да, у Колодца. Похоже, все чисто».

Я чувствовал, как Айви прижимается ко мне. Она была напряжена и неподвижна, но я чувствовал, как напряжение пронизывает ее насквозь. Мужчина был, может быть, в пяти шагах от нас; если бы он двинулся в нашу сторону или слишком пристально посмотрел на нас...

Из рации донесся искаженный вопрос.

«Он не берет трубку», — ответил мужчина. «Хочешь, чтобы я проверил Колодец?»

Черт. Я все еще мог видеть Колодец своим эссенциальным зрением, но он был настолько тусклым, что едва различим. Даже камень искателя мог бы сказать, что он опустошен.

Наступила пауза, я затаил дыхание, но потом рация снова затрещала. «Нет, иди в...» — раздался всплеск статического шума — «...офис. Посмотри, что там происходит».

«Вас понял».

Мужчина повернулся и пошел прочь от нас, мимо Колодца через детскую площадку. Он исчез внутри, свет его фонарика метался взад-вперед по зданию.

Я стоял неподвижно еще три секунды, затем, когда свет фонарика исчез, взял Айви за руку и вывел ее за ворота тем же путем, каким вошел мужчина. Она двигалась медленно, вслепую, и нам потребовалось еще несколько секунд, чтобы выбраться на улицу.

Я огляделся по сторонам. Никого не было видно.

Я сбросил невидимость. Мир наполнился цветами, и я увидел, как Айви моргнула, когда снова смогла видеть. «Бежим», — прошипел я.

Мы бросились бежать по дороге. Где-то позади, из детского центра, послышался крик. Никто из нас не обернулся.

Мы побежали на юг, поворачивая то налево, то направо, оставляя Колодец и здание позади. На бегу я нажал кнопку на своем наушнике. «Колин», — позвал я, задыхаясь.

«Вы выбрались?» — спросил Колин. «Я только что видел, как еще один парень забежал внутрь».

«Мы выбрались, выбрались. Забирай свой дрон и убирайся оттуда, сейчас же!»

«Я уже занимаюсь этим».

Мы исчезли в ночи.

«Срань господня», — воскликнула Айви намного позже. «Мы действительно сделали это».

«Ты что, ожидала, что нас поймают?» — спросил я.

Мы были на Пекхэм-роуд, к юго-востоку от Колодца. Некоторое время мы продолжали бежать, но, преодолев расстояние более полумили от места преступления, наконец, позволили себе поверить, что мы в безопасности. Сейчас мы стояли на автобусной остановке на главной дороге и ждали ночного автобуса, который отвезет нас на север через реку в Вест-Энд.

«Я не думала, что нас поймают», — призналась Айви. Засунув лыжную маску в карман и спрятав сиглы, она снова выглядела как обычная жительница Лондона. «Я просто думала, что что-то пойдет не так и ты в конце концов отменишь все».

«Что-то действительно пошло не так», — заметил Колин. С дроном, спрятанным в рюкзаке, он выглядел не более подозрительно, чем Айви. «Я чуть не получил сердечный приступ, когда увидел, как те люди вышли из фургона».

«Они не были настоящей командой HTR», — сообщил я Колину.

«А могли бы быть», — ответил Колин.

Я не стал спорить. Потому что, конечно, Колин был прав — охранная компания отнеслась к тому, что тот парень не явился на проверку, как к поводу для расследования, и отправила фургон с двумя парнями. Но они могли и наброситься на нас со всей мощью. Это была бы чрезмерная реакция, но если бы они сложили два и два чуть быстрее... если бы они прибыли чуть раньше…

Сегодня вечером многое сложилось в нашу пользу. Окно было открыто. Улица пуста. Охранник решил прогнать Колина. Все это было вероятно, но не гарантировано. Удача улыбнулась нам, и каждый раз, когда мы бросали кости, они выпадали в нашу пользу. Так бывает не всегда.

«Не всегда будет так», — сказал Колин, озвучив мои мысли. «Ты же знаешь, да?»

«Я не планирую повторять это», — ответил я.

«Правда?» — спросила Айви.

«Что, ты разочарована?» — спросил Колин. «Я думал, тебе это не нравится».

«Ну, мне все еще не нравится», — заметила Айви. «Но, да ладно, это было довольно захватывающе».

«О, черт возьми». Колин вскинул руки. «Вы оба — адреналиновые наркоманы».

«Вовсе нет», — ответил я Колину. «Я уже говорил, что не хочу больше этим заниматься».

«Хорошо», — кивнул Колин. «Значит, мы закончили, верно?»

«Ну, я сказал, что не хочу, но, скорее всего, все равно буду».

Колин посмотрел на меня.

«Я шучу», — ответил я с легкой улыбкой. «Пока что».

«Что значит, пока?»

«Теперь, когда у меня есть этот сигл, мне нужно потренироваться с ним. Вставить его в кольцо, попрактиковаться».

«А мне ты тоже такой сделаешь?» — спросила Айви.

«Ты, наверное, издеваешься», — ответил ей Колин.

«Эй», — заметила Айви. «Он же говорил, что во второй раз будет легче».

«Я думал, ты хотела сигл невидимости», — напомнил я ей.

«И его тоже».

«Разве не моя очередь получать следующий?» — спросил Колин.

«Ты вроде сказал, что хочешь покончить с этим», — парировала Айви.

«Мы все еще можем заняться чем-нибудь более безопасным».

«Значит, это тоже делает тебя адреналиновым наркоманом?» — невинно спросила она.

Я рассмеялся. Слушая, как Айви и Колин спорят, я почувствовал, как меня охватывает тепло. По их взглядам было видно, что теперь они доверяют друг другу. И теперь, подумав об этом, я тоже доверял им.

Я действительно создал здесь что-то. Три — не такое уж большое число, но намного больше, чем один. Впервые за долгое время я был не одинок.

Это было странное, успокаивающее чувство, как будто я вернулся домой после долгого холодного путешествия. Вздохнув, я прислонился к стене автобусной остановки и закрыл глаза. Ночь была долгой, и от выброса адреналина меня клонило в сон, но я не волновался. Если засну до прихода автобуса, один из моих друзей разбудит меня, чтобы я смог добраться до дома.

Странно пережить событие, которое меняет всю жизнь, а на следующий день проснуться, как ни в чем не бывало.

В тот пятничный день я открыл глаза с ощущением, что все изменилось. Наша маленькая группа спланировала, подготовила и провела рейд. И это был не маленький рейд — тот сигл, который я изготовил прошлой ночью, на открытом рынке стоил бы, наверное, более 100 000 фунтов. Я практически чувствовал себя профессиональным преступником, что было одновременно и волнующим, и тревожным.