«... и с тех пор наш Дом в основном занимается продажами различным структурам НАТО», — рассказывал Магнус. «Особенно Великобритании, Германии и Соединенным Штатам. Мы по-прежнему продаем частным клиентам, но больше не размещаем рекламу на Бирже».

«Почему именно вооруженным силам?» — спросил я. Это было не то, что мне на самом деле хотелось знать, но я пытался постепенно подвести к этому разговор.

«Основное применение эссенции Света — в военной сфере и сфере безопасности», — пояснил Магнус. «Немного иронично, учитывая, что Свет часто считается «самой мягкой» из всех ветвей. Но это, безусловно, самая сильная ветвь для скрытности и обнаружения».

«Так все другие Дома и корпорации, специализирующиеся на эссенции Света, тоже продают военным?»

«Нет, некоторые специализируются на частных продажах. Сиглы личной невидимости по-прежнему очень популярны. Что, естественно, приводит к появлению соответствующего рынка сиглов зрения, предназначенных для противодействия им».

«Значит, наши соперники, — сказал я, — наши... конкуренты... в основном это другие Дома и корпорации, которые продают военным?»

«Именно».

Я старался, чтобы мой голос звучал непринужденно. «Например?»

«Для начала, примерно половина Великих Домов. Баррет-Леннард. Хоукер, конечно. Де Хотон и Райзингер, хотя на самом деле это не их сфера деятельности. Но в основном это крупные американские корпорации. Tир Aэроспейс, Шуман-Краус Хэви Индустриз, Люмен Груп. Они огромны, намного больше любого Дома, и могут быть довольно агрессивными в борьбе с соперниками. Насколько я понимаю, у тебя есть некоторый опыт в этом плане».

«Они всегда такие враждебные?»

«Все немного сложнее, чем «дружелюбно» или «враждебно», — сказал Магнус. «Tир и Шуман-Kраус — наши крупнейшие конкуренты, и в большинстве случаев, если мы участвуем в тендере на военные закупки, они тоже участвуют. Одновременно они также являются нашими клиентами — мы продаем им почти столько же, сколько и британским вооруженным силам. И в то же время они часто пытаются совершать набеги на наши Колодцы. Обычно через третьих лиц, но, если им что-то очень нужно, они посылают свои собственные команды. Тот рейд прошлой осенью был не первым, когда Тир нападал на нас, и не будет последним».

«А мы когда-нибудь нападаем на них в ответ?»

«Это было бы незаконно».

Да, подумал я. Верно. Я хотел продолжить, но Магнус задумчиво смотрел на меня, и я решил не испытывать судьбу. Мне удалось перевести разговор на более безопасную тему, а когда мы закончили, извинился и ушел.

Как только дверь кабинета Магнуса закрылась за мной, я направился к кабинету Чарльза. Когда я попросил его принять меня, мне ответили, что он на совещании. Я сказал, что подожду.

Я все еще не очень хорошо знал, как ведут себя богатые люди, но начинал понимать значение некоторых фраз. Например, «на совещании» обычно означает «не хочет с тобой разговаривать». Я был почти уверен, что Чарльз заставит меня ждать очень долго в отместку за то, что я пришел без предупреждения, и приготовился к этому, взяв с собой книгу, которую отец Хоук одолжил мне зимой. Я достал ее и начал читать.

Прошел час сорок пять минут, прежде чем один из оруженосцев Эшфордов просунул голову в дверь и сказал, что Чарльз готов меня принять. К этому моменту я уже начал узнавать некоторых сотрудников — этого парня звали Фред, и он, похоже, был секретарем Чарльза. Я поблагодарил его и направился в кабинет деда.

«Только потому, что твой отчим решил использовать нашу семейную резиденцию в качестве частного репетиторского бизнеса, — заявил Чарльз, когда я вошел, — не означает, что ты можешь заходить, когда тебе вздумается».

«Я не видел вас целый месяц».

«Я согласился видеться с тобой раз в месяц, а не быть универсальным консультантом по всем вопросам твоего дополнительного образования. Может быть, мне стоит поручить Магнусу еще какие-нибудь обязанности, чтобы занять его время».

«Не думаю, что мы могли бы провести четыре урока за последние четыре недели без вашего ведома», — ответил я. «И не думаю, что вы позволили бы им продолжаться, если бы действительно хотели их прекратить».

«Не путай терпимость с поощрением», — возразил Чарльз и кивнул на кресло. «Садись».

Я сел. «Ну, раз уж ты здесь», — сказал Чарльз. «Я так понимаю, Калхун все еще нанимает тебя в качестве сопровождающего на светские мероприятия?»

«Реже, чем раньше».

«Мне объяснили, — сказал Чарльз, — что наличие члена семьи в роли охранника, стоящего у задних дверей ресторана, может быть расценено как дискредитация репутации Дома».

Я почувствовал вспышку гнева. «Стоять у дверей» — так мы с отцом зарабатывали на жизнь. «Это просто работа».

«Как бы то ни было, в этих словах есть смысл», — отрезал Чарльз. «Я дал указание Калхуну прекратить нанимать тебя на эту должность».

Я уставился на Чарльза. И это все? Все потому, что он считал, что я наношу ущерб репутации Дома? Во мне поднялась волна ярости. Мне нужна была эта работа! Поскольку мой доход от поиска сократился практически до нуля, работа телохранителем у Калхуна была единственным источником дохода! Я смутно помнил свое решение не поддаваться на провокации, но это было слишком. Я вздохнул-

«Тем не менее, — продолжил Чарльз, — я признаю, что ты, в меру своих ограниченных возможностей, пытаешься быть полезным. Мне также сообщили, что твои навыки используются не в полной мере. Говорят, что у тебя есть способности к сенсорному восприятию?»

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что Чарльз ждет ответа. «Что?»

«Ты знаешь, как обследовать Колодцы?»

«Я понятия не имею, что это значит», — ответил я. Мой гнев все еще бурлил, и я изо всех сил старался не показывать этого. «Но если вы имеете в виду «могу ли я почувствовать эссенцию в Колодце и определить, насколько она сильна», то да, лучше, чем вы или кто-либо другой из вашей семьи».

«Значит, ответ отрицательный», — произнес Чарльз. «Ну, полагаю, откладывание дела не поможет тебе быстрее наверстать упущенное. Начиная со следующей недели, ты будешь прикреплен к Калхуну для помощи в оценке Колодцев. Кто-нибудь свяжется с тобой, чтобы сообщить подробности».

Я открыл было рот, чтобы послать Чарльза к черту. Его высокомерие выводило меня из себя. Кто он такой, чтобы отбирать у меня работу, от которой я завишу, и просто ожидать, что я...

Нет. Нет. Разве я не пообещал себе, что перестану так себя вести? Мне нужно постараться держать себя в руках.

Кроме того... я хотел кое-что от Чарльза. Я провел большую часть прошлой недели, пытаясь придумать, как заставить его согласиться. И он только что сам подсказал мне, как это сделать.

«Полагаю, я мог бы согласиться», — сказал я.

Чарльз фыркнул. «Если хочешь, чтобы мы продолжали тебе платить, ты согласишься».

Я снова почувствовал приступ гнева, и снова сдержался. «Я сказал «мог бы», — заметил я Чарльзу. «В обмен на услугу».

«Какую услугу?»

«Я хотел бы получить всю информацию, которая у вас есть о Колодцах Света в районе Лондона, принадлежащих корпорациям, специализирующимся на сиглах Света. Тир, Шуман-Kраус, Люмен, и тому подобные. Все, что находится в пределах легкой досягаемости, примерно в тридцати милях. С силой... скажем, около B? Давайте назовем, от C+ до B+. Я хотел бы знать их точную силу и когда они должны быть заполнены или использованы. Ах да, и какие меры безопасности у них есть».

Чарльз вытаращился на меня. Думаю, это был первый раз, когда я застал старика врасплох. «Почему... именно..., — проговорил Чарльз, — ...тебе нужна эта информация?»

«Исследования».

«...Исследования».

Я кивнул.

«Это очень специфические исследования».

Я безразлично посмотрел на него.

«Исследования» было явной чушью. Была только одна причина, по которой кто-то мог бы захотеть получить эту конкретную информацию, и я был чертовски уверен, что Чарльз точно знал, в чем она заключалась. Вопрос был в том, станет ли он меня вызывать на разговор.