Я уже во второй раз собрался уходить, но заколебался. Я чувствовал себя неловко, но в то же время испытывал беспокойство. Стоит ли мне что-то сказать, или...

К черту. Давай выясним. «Ладно, я был неправ», — признал я. «Но вы тоже не правы в одном вопросе».

«В каком?»

«Вы сказали, что Тобиас и Люселла не имеют доступа к взрывчатым веществам и не знают людей, которые ими располагают. Это верно в отношении Тобиаса. Но неправда в отношении Люселлы».

«И кого она знает, кто мог бы это сделать?»

Я задержался на секунду, но теперь был полон решимости. «Крылатых», — наконец сказал я.

Выражение лица Чарльза не изменилось. «И ее отношение к ним…?»

«Она одна из них», — пояснил я и приготовился к реакции.

Но реакции не последовало. Чарльз просто смотрел на меня.

Ой-ой. Он рассердился? Он мне не поверил? Чарльз никогда не вел себя так, как будто Люселла была его любимой родственницей, но мне с опозданием пришло в голову, что он все-таки ее дядя, и рассказывать ему такое, возможно, было не самым умным поступком. Может, мне стоит отступить и...

«Ну-ну», — сказал Чарльз. «Так ты не совсем невежественен».

«Я не…» — начал я возражать, но потом удивленно моргнул. «Подождите, вы мне верите?»

Чарльз просто смотрел на меня, никак не реагируя.

Абсолютно никакой реакции. Он не спросил: «Кто такие Крылатые?» Не потребовал от меня доказательств. А это означало...

«Вы уже знали», — понял я.

Чарльз слегка приподнял брови.

«Подождите. Вы знали с самого начала? Все то время в прошлом году, когда Люселла была…»

«Ее завербовали около четырех лет назад», — сказал Чарльз. «В том же году, когда она вернулась. А откуда ты узнал, что она член клуба?»

«В прошлом году мне пришлось проводить с вашей племянницей гораздо больше времени, чем я бы хотел».

«Не трать мое время на увертки». Чарльз посмотрел на меня, прищурившись. «Скажи мне, как ты узнал о Крылатых и о том, что Люселла связана с ними. Сейчас же».

Я слегка вздрогнул; последнее слово было произнесено стальным голосом. Чарльз не угрожал, но внезапно я понял, что ступил на тонкий лед. «Они помогали организовать рейд в прошлом году».

«Что, и у них были бейджи с именами? Я спросил, как ты об этом узнал».

Я замялся, в голове мелькнула мысль солгать, но я знал, что не смогу придумать достаточно убедительную историю. «Они сами подошли ко мне».

«И что они тебе предложили? Деньги?»

Почему он всегда первым делом предполагает, что меня интересует только это? «Они хотели, чтобы я присоединился к ним».

«И ты присоединился?»

«Нет».

«Почему?»

«Я им не доверяю». И тебе тоже.

Чарльз уставился на меня.

«А почему вас это так волнует?» — спросил я, когда он все еще молчал. «Я имею в виду, если Люселла состоит в организации уже четыре года, а вы ничего не предприняли, то, очевидно, это вас не особо беспокоит».

«Это не твое дело».

И я снова разозлился. Почему никто в моей семье никогда не говорил мне всей правды ни о чем? Я открыл рот, чтобы отпустить какое-нибудь саркастическое замечание…

...Нет, я уже однажды допустил эту ошибку. Я ненавидел чувствовать себя невежественным и не в своей тарелке, но мне нужно было научиться контролировать свой характер. Злиться на этого парня было бесполезно.

«Я сказал, что отказал Крылатым», — сказал я Чарльзу. «Я не сказал, что они сдались».

Чарльз наблюдал за мной без всякого выражения.

«Кроме того, судя по тому, как они это продают, они — хорошие парни, а вы — плохие», — добавил я. «Может, вы расскажете мне свою версию истории?»

«И все остальное, что я о них знаю, я полагаю», — сухо заметил Чарльз. «Тонкие манипуляции — не твоя сильная сторона, верно?»

«Я все равно узнаю об этом от кого-нибудь».

«Да, да», — отмахнулся рукой Чарльз. «Отвечая на твой вопрос, это вопрос степеней. Для такой организации, как «Крылатые», завербовать одного члена Благородного Дома - обычное дело. То, что они завербовали или пытаются завербовать троих членов определенного Благородного Дома, означает нечто совершенно иное».

«Что еще за... Подождите. Троих?»

«О, ты думал, что это были только ты и она? Извини, что разочаровываю, но ты был их третьим выбором. Но что интересно, они обратились к тебе после того, как завербовали Люселлу. Понимаешь, почему?»

Я нахмурился.

«Обращение к одному представителю Благородного Дома указывает на интерес к этому человеку, — объяснил мне Чарльз. «Обращение ко второму — интерес к этой семье. Обращение к третьему, после того как второй уже дал согласие... это указывает на нечто большее».

«Разве им не нужно как можно больше членов?»

«Ресурсы Крылатых велики, но не бесконечны. Почему, по-твоему, они тратят на нас столько средств?»

«... Потому что считают вас важными?»

«Тогда почему бы им не преследовать один из Великих Домов?» — спросил Чарльз. «Дом Эшфордов — всего лишь Малый Дом, и еще четверть века назад мы даже не претендовали на это звание. Так?»

Почему он ожидает, что я смогу ответить на этот вопрос? Меня так и подмывало сказать, что я понятия не имею, но что-то во мне воспротивилось этому. Чарльз был чертовски раздражающим, но что-то в том, как он провоцировал меня, заставляло меня хотеть произвести на него впечатление, хотя бы для того, чтобы доказать, что он не прав. «Может быть, они действительно охотятся за Великими Домами», — сказал я. Я имел лишь смутное представление о том, какие это Великие Дома, но, к счастью, Чарльз не просил меня назвать их. «Если у них столько ресурсов, может быть, они просто пытаются завербовать всех наследников всех Домов на случай, если это сработает».

«Неплохое предположение, но неверное. Крылатые находятся в постоянной конкуренции со своими соперниками, особенно с Орденом Дракона. Слишком явная попытка подкупить один из Великих Домов может привести к тому, что Орден ответит тем же, и обе стороны вступят в прямой конфликт, которого предпочитают избегать. С Малым Домом дело обстоит иначе. Мы достаточно важны, чтобы стать мишенью, но не настолько, чтобы преследование нас нарушило баланс сил».

Я попытался понять смысл его слов. «Так... это Крылатые заложили бомбу?»

«Возможно, но это не в их стиле», — сказал Чарльз. «Крылатые предпочитают подрывную деятельность. Если они хотят захватить Дом, то выбирают ключевые фигуры в его руководстве, чтобы завербовать их или шантажировать. Только когда это не срабатывает, они прибегают к убийствам».

«Вы имеете ввиду, что они не хотят взорвать вас, они хотят захватить вас».

«Захватить этот Дом и использовать его в качестве базы для своих операций, да. Вероятно, чтобы поддержать свою вечную революцию, хотя, честно говоря, мне не особо интересно, что они будут с ним делать потом».

«Вы позволите им это сделать?»

Чарльз удивленно приподнял брови. «А ты как думаешь?»

Я посмотрел на Чарльза. Я все еще не очень хорошо знал своего деда и не был в курсе его долгосрочных планов. Но если бы мне пришлось угадывать, что для него важно, то, похоже, Дом Эшфордов был в центре его внимания.

«Вероятно, нет», — решил я.

«Я сделаю все необходимое, чтобы этот Дом процветал и выжил», — произнес Чарльз. «А это не включает в себя захват Крылатыми. Они в принципе презирают Дома, и если бы контролировали Дом Эшфордов, то в конечном итоге разрушили бы его из чистой злобы».

«Почему?»

«Потому что они ненавидят саму идею социального порядка. Они не могут терпеть, что у тебя могут быть привилегии и обязанности в зависимости от того, в каком слое общества ты родился».

«Они говорят, что заботятся только о свободе».

«Свобода для щуки — смерть для мелкой рыбешки. Если кто-то говорит тебе, что его высшая ценность — это свобода, это означает, что он считает себя щукой».

На обратном пути мне было над чем поразмыслить.

За последние несколько дней я многое узнал, но все еще не мог сложить все воедино. Мой отец, отец Хоук и Чарльз были едины во мнении, что Крылатые обладали невероятной силой, но в остальном они, похоже, не сходились во мнениях. Мой отец описывал их как тайное общество, торгующее покровительством и услугами. Отец Хоук называл их слугами демонов. Чарльз вел себя так, будто они были просто еще одним игроком в его политическом мире. Какой из этих взглядов был правильным?