Я припустил за ними. Хендрик остался стоять неподвижно, когда мы проходили мимо, повернув голову в сторону ресторана. Наши шаги гулко отдавались по каменным плитам; я слышал доносившуюся со стороны улицы болтовню, но не было ни криков, ни повышенных голосов. Когда мы достигли края двора, из темноты ночи вырисовалась огромная церковь, темная и безмолвная. Ворота вели в боковую улочку.

Я последовал за Калхуном и Джоанной, стараясь смотреть сразу во все стороны. Звуки ночного города давили на меня, мешая услышать опасность. Хендрик исчез в темноте позади; если он все еще был там, я не мог его увидеть-

Я почувствовал вспышку эссенции позади нас, которая появилась и исчезла.

Я остановился на углу церкви, оглядываясь назад. Ворота, ведущие обратно во двор, были открыты, и на мгновение мне захотелось вернуться обратно. Почему-то я чувствовал, что мое место там, сражаться с этим, а не убегать-

«Стивен?» — голос Джоанны донесся из темноты. «Давай не будем здесь задерживаться, ладно?»

Я встряхнулся, и момент прошел. Я повернулся, чтобы присоединиться к Калхуну и Джоанне, и мы втроем быстро зашагали по узкой улочке, оставив ресторан позади.

Нам потребовалось около трех минут, чтобы добраться до станции Барбикана, и я каждую секунду пытался смотреть во все стороны сразу, гадая, не попытается ли кто-нибудь завершить начатое взрывом дело. Когда мы дошли до станции, я немного успокоился. Вход на станцию был узким, как квадратная бетонная пещера с переходом над ней, и попасть внутрь можно было только одним способом. Мы с Калхуном заняли позиции по бокам от входа. Джоанна ждала немного в глубине.

«Мне не нравится вот так убегать», — проворчал Калхун.

«Ты привыкнешь», — ответил я, не оборачиваясь. Я все еще наблюдал за входом. Мужчины и женщины входили и выходили, время от времени бросая на нас любопытные взгляды, но никто не останавливался, чтобы поговорить. Хендрика нигде не было видно.

«Мы даже не знаем, был ли там кто-нибудь», — сказал Калхун.

«Хендрик велел нам уходить», — ответила Джоанна.

«Ты очень ему доверяешь», — заметил Калхун.

«Он был моим телохранителем с самого детства», — пояснила Джоанна. Ее голос звучал отстраненно, как будто она пыталась что-то вспомнить. «Он не часто отдает приказы, но когда он это делает, тебе стоит слушаться».

Я оглянулся и увидел, что ее глаза прикованы ко входу, так же как и мои. Ее лицо казалось спокойным, но когда я посмотрел еще раз, то увидел, что ее правая рука судорожно стискивает платье.

Прошло несколько минут.

«Я возвращаюсь», — заявил Калхун.

Джоанна схватила его за руку. «Нет».

Калхун нахмурился. «Я не беспомощен, Джоанна».

«Хендрик знает, что делает», — возразила она. Ее голос был ровным и четким; если бы я не видел ее сжатые пальцы, то подумал бы, что она спокойна. «Если бы ему понадобилась твоя помощь, он бы об этом сказал».

Калхун выглядел так, будто хотел уйти, но Джоанна не отпускала его руку. Я видел, как его взгляд метался между ней и входом, но в конце концов он остался на месте.

Время шло. С каждой минутой я становился все более напряженным. Что там происходило? Может, мне стоит оставить Калхуна с Джоанной и пойти...

И тут из-за угла вышел Хендрик. Я заметил, как на лице Джоанны промелькнуло облегчение, которое тут же исчезло. «Что случилось?» — спросил его Калхун.

«Все в порядке», — ответил Хендрик и кивнул в сторону туннеля за нами. «Пойдемте вниз».

Мы прошли через турникеты и спустились по эскалатору к платформам. Хендрик рассказывал по дороге, излагая историю как можно более кратко.

«Откуда ты знаешь, что их было двое?» — спросил Калхун. Ему пришлось немного повысить голос, чтобы его было слышно за шумом эскалатора и уходящего поезда внизу.

«По крайней мере двое», — ответил Хендрик. Он не смотрел на Калхуна, а наблюдал за верхом эскалатора позади нас. «Водитель и еще один».

«Еще один?» — спросил я, гадая, ответит ли Хендрик. Он отвечал на вопросы Калхуна, но я не был Калхуном.

«На крыше».

Калхун нахмурился. «Кто?»

«Не знаю».

«Почему?»

«Я не видел».

«Тогда что ты видел?» — спросила Джоанна.

«Они двинулись, когда вы пересекали внутренний двор», — сказал Хендрик. «Я подождал, чтобы посмотреть, последуют ли они за вами. Но они не последовали».

Мы дошли до конца эскалатора и вышли на платформу. Затихающий рев удаляющегося поезда эхом разносился по туннелю, а теплый воздух, проносившийся мимо, заполнял пространство после его прохождения. «Так они... что?» — спросил Калхун. «Просто смотрели, как мы уходим?»

«Это не имеет смысла», — сказал я. «Зачем им было взрывать бомбу, а потом смотреть, как мы уходим? Это была бомба, верно?»

Хендрик кивнул.

«Может, они достигли своей цели?» — задумчиво произнесла Джоанна. Она вела себя совсем не так, как я ожидал, учитывая, что ее чуть не взорвали. «Может, это две разные группировки? Одна установила бомбу, а другая просто наблюдала…?»

Хендрик только посмотрел на нее.

«Ладно, это немного маловероятно», — признала Джоанна. «Может быть, это была пробная атака. Когда они увидели, что не смогут легко убить нас, то отступили, вместо того чтобы ввязаться в серьезную драку».

Хендрика это, похоже, не убедило. Мы вышли на платформу, ведущую в западном направлении. На матричном индикаторе было написано «Хаммерсмит — 3 минуты, до приезда поезда — 6 минут».

«Как вы думаете, за кем они охотились?» — спросил я.

«Я как раз об этом думала», — ответила Джоанна. Она весело посмотрела на Калхуна. «Хочешь сравнить списки тех, кто хочет нашей смерти? Посмотрим, чей длиннее?»

Калхун нахмурился. «Это не смешно».

«Ой, расслабься», — сказала она с улыбкой.

«Местонахождение бомбы», — предложил Хендрик.

Я озадаченно посмотрел на него.

«Он имеет в виду, что мы можем проверить, где была заложена бомба», — объяснила Джоанна. «Если она была под правым задним сиденьем, то это место, где сидит Калхун. Если она была под левым задним сиденьем, то это мое обычное место. А если она была под передним пассажирским сиденьем, то это место Хендрика, но не думаю, что в Лондоне есть кто-то, кто хочет тебя убить».

«На данный момент — нет», — ответил Хендрик.

«Давай отвезем тебя домой», — сказал Калхун Джоанне.

«Почему бы мне не поехать с тобой?» — предложила она.

«Думаю, нам нужно отвезти тебя в безопасное место».

«Пока ты пойдешь поговорить со своим дядей?»

«Да...»

«Если я собираюсь присоединиться к вашей семье, — заметила Джоанна, — не думаешь ли ты, что я должна быть в комнате, когда обсуждаются такие вопросы?»

«Это...» Калхун выглядел обеспокоенным. «Давай просто доставим тебя в отель в целости и сохранности, хорошо?»

Джоанна скрестила руки на груди и нахмурилась. Воздух заколебался, я посмотрел в туннель и увидел блеск фар на рельсах.

Калхун и Джоанна все еще спорили, когда поезд подъехал к Кингс-Кросс. Калхун, Джоанна и Хендрик сошли с поезда, и Хендрик (который до этого не вмешивался в спор) отвел меня в сторону и сказал, что дальше он сам разберется. Я наблюдал, как они растворились в толпе субботнего вечера, затем перешел на другую платформу и сел на поезд, идущий на восток, домой.

Поездка на поезде обратно позволила мне немного собраться с мыслями. Только тогда я наконец осознал, что только что пережил взрыв бомбы. Лондон имеет долгую историю бомбардировок со стороны тех или иных группировок, но я впервые столкнулся с этим лично.

Все было не так, как я ожидал. Когда ты видишь взрывы по телевизору, всегда есть длительная подготовка. Тебя предупреждают о том, что ты сейчас увидишь, и затем следует огромный драматичный взрыв, за которым следуют длительные кадры горящих обломков и бегающих и кричащих людей. Теперь, когда я действительно оказался в такой ситуации, меня поразило то, насколько все было запутанно. Я даже не понял, что там была бомба, пока она не взорвалась, и был уверен, что никто из людей в ресторане не понял, что происходит. Взрыв закончился в мгновение ока, и люди озадаченно оглядывались по сторонам, пытаясь понять, что только что произошло. Я был в самом центре событий, но даже не видел, что случилось с машиной!