Выходило, что вырезанный лист относился либо к завершению третьего десерта, либо к переходу между третьим и четвертым.

Я открыла свою маленькую книжку расходов, которую забрала из дома Вальдов, и проверила даты.

В тот же период прежняя Мавена покупала продукты для кухни почти ежедневно.

Никакого ответа.

Зато появился еще один вопрос.

Если страницу забрали ради рецепта, почему только одну?

Одел получил все семь работ.

Человек, имевший доступ к тетради, мог забрать ее целиком. Мог переписать нужное. Мог вырезать несколько страниц.

Но пропала одна.

Я закрыла тетрадь и посмотрела на часы.

Было уже поздно, однако спать после этой находки я все равно не смогла бы.

Поэтому достала чистый лист и записала то, что знала наверняка.

Одел зарегистрировал семь рецептур раньше Мавены.

У прежней Мавены существовали рабочие записи, сделанные задолго до его регистрации.

К тетради имел доступ человек, который вырезал одну страницу.

Этого человека я пока не знала.

И еще оставалась девушка, иногда помогавшая на кухне.

Пока слишком мало.

Я убрала бумаги в ящик и заперла его.

Тетрадь положила под одежду в кофр.

Паранойя обычно мешает жить, но в моей ситуации она начинала казаться вполне разумной чертой характера.

Утром я пришла на кухню раньше Брины.

Она появилась минут через десять, увидела меня за столом и даже не удивилась.

— Вы все-таки решили не отдыхать?

— Я отдыхала.

— Сколько?

— Достаточно.

Брина поставила корзину на стол.

— Значит, мало.

Я достала зеленую тетрадь.

— Мне нужно вам кое-что показать.

Она сразу перестала заниматься корзиной.

Я открыла нужное место.

— Здесь была страница.

Брина наклонилась ближе.

— Была?

— Ее вырезали.

Она провела пальцем рядом с остатком бумаги, не касаясь его.

— Вы уверены?

— Посмотрите на корешок.

Брина несколько секунд молчала.

— Я никогда не замечала.

— Вы видели эту тетрадь раньше?

— Конечно. Вы с ней почти не расставались.

— Давали кому-нибудь?

— При мне нет.

— Оставляли здесь?

— Иногда.

Это мне не понравилось.

— Где?

Брина указала на высокий шкаф у дальней стены.

— Обычно там. Когда работали допоздна и не хотели тащить все домой.

— Шкаф запирается?

— Да.

— У кого ключ?

— У меня. У вас. И у хозяина здания.

Три человека.

Плюс помощница, если кто-то давал ей ключ или оставлял шкаф открытым.

— Когда Мавена последний раз оставляла тетрадь здесь?

Брина задумалась.

— До регистрации Марвена точно оставляла. Потом перестала. После того дня вообще забирала все бумаги с собой.

— Значит, страницу могли вырезать еще до того, как она узнала о краже.

— Могли.

Я села.

Это уже было важнее.

Если лист исчез до регистрации рецептов Оделом, его пропажа могла быть связана с утечкой.

— Что было в третьем разделе?

— Центральные земли.

— Я видела. А конкретно на последних страницах?

Брина взяла тетрадь и полистала записи.

— Вы мучились с одной начинкой. Там были груши, жареные семена и темная патока.

Я нашла нужное место.

Ранние варианты действительно сохранились.

Прежняя Мавена несколько раз меняла способ приготовления, а возле одной записи крупно написала:

«Не добавлять молотые семена в горячую грушу. Горчит».

Я перечитала пометку.

— Помните, почему?

— Помню вкус.

Брина поморщилась.

— Этого достаточно.

Я улыбнулась.

— Значит, ошибка была заметной.

— Очень.

— А потом она исправила рецепт?

— Да. Семена стали добавлять уже после охлаждения основы.

Я посмотрела на место, где отсутствовала страница.

Возможно, там была окончательная версия.

Возможно, что-то совсем другое.

Пока строить догадки было рано.

— Ничего не говорите об этом никому.

— Даже Гильдии?

— Пока особенно Гильдии.

Брина удивилась.

— Почему?

— Потому что у нас есть обрезанный лист, но нет человека, который его вырезал. Если сейчас поднять шум, тот, кто это сделал, просто станет осторожнее.

— А Марвен?

— Пусть думает, что я занята только Столами.

Брина посмотрела на меня внимательнее.

— Вы раньше так не рассуждали.

— Раньше я вообще многое делала иначе.

Я сразу пожалела о формулировке.

Но Брина только кивнула.

— Это я уже заметила.

У второго Стола зрителей оказалось еще больше.

Победа неизвестной дилетантки над Оделом Марвеном явно оказалась хорошим развлечением для столицы.

Мне это нравилось значительно меньше.

У входа нас остановила незнакомая женщина лет сорока в темно-зеленом платье. На ней не было ничего вызывающе дорогого, но одежда сидела безупречно, а манера смотреть на людей выдавала человека, привыкшего получать нужный ответ.

— Госпожа Вальд?

— Да.

— Ирса Фейн.

Имя ничего мне не сказало.

Брина рядом едва заметно выпрямилась.

Значит, ей сказало.

— Очень приятно.

— Я была на Первом Столе.

— Надеюсь, не пожалели.

— Напротив. Поэтому и ждала вас сегодня.

Она достала из сумочки карточку.

— Через две недели я устраиваю вечер для сорока гостей. Хотела бы заказать тот десерт, который вы приготовили на первом испытании.

Предложение было соблазнительным.

Сорок гостей.

Состоятельная женщина.

Если половина расскажет знакомым, заказы появятся сами.

Но проблема была очевидной.

— Не могу.

Ирса слегка наклонила голову.

— Почему?

— До окончания спора я не буду продавать ничего, что связано с коллекцией «Семь земель».

— Даже вашу конкурсную работу? Она ведь отличалась от спорного рецепта.

— Основывалась на нем.

— Гильдия не запретила вам готовить другие изделия.

— Другие могу.

Она улыбнулась.

— Тогда сделайте другие.

Я ожидала уговоров, а получила совершенно практичный ответ.

— Вы даже не знаете, что я умею кроме сегодняшних Столов.

— Узнаю.

— Смело.

— Я не заказываю сорок одинаковых коробок. Для начала пришлите мне шесть небольших наборов. Если понравится, обсудим остальное.

Я взяла карточку.

— При одном условии.

— Слушаю.

— Ни одного изделия из спорной коллекции до решения Гильдии.

— Согласна.

— И не представляйте заказ как поддержку одной из сторон.

Ирса посмотрела на меня уже с явным интересом.

— Вы опасаетесь, что Марвен обвинит вас в использовании скандала?

— Не хочу давать ему удобный повод.

— Разумно.

Она протянула руку.

— Тогда буду ждать.

Мы договорились о дне доставки, и Ирса ушла.

Я спрятала карточку.

Брина тихо спросила:

— Вы знаете, кто она?

— Судя по вашему лицу, должна.

— Ее вечера обсуждают потом половину сезона.

— Тем более хорошо, что я отказалась продавать ей конкурсный десерт.

— Я думала, вы сейчас скажете, что тем более нужно соглашаться.

— Если выиграю спор, у меня будет время пользоваться вниманием публики. Если проиграю, лучше не оставлять Марвену основания утверждать, что я зарабатывала на чужом имени.

Брина ничего не ответила.

Но по дороге в зал я заметила, что она улыбается.

Второе испытание оказалось неприятным уже с первых минут.

Коллекция представляла Побережье, а задача звучала просто лишь до тех пор, пока председатель не объяснил условия.

Нам нужно было создать изделие, которое сохраняло вкус спорного десерта после длительной перевозки.

Не показать его сразу.

Не подать комиссии через два часа.

Готовые работы должны были поместить в закрытые коробки, пронести по городу, выдержать еще час, а уже после этого оценивать.

Я посмотрела на Одела.

Он едва заметно кивнул сам себе.