Ловушку восстанавливать специально не стали, если за ним хвост, увидят, что бывший сородич угодил в яму и исчез. Учитывая следы крови, вряд ли подумают, что он выжил.

Теперь можно было заняться всем прочим.

Ликтор бережливо взращивал колючие кустарники и до полосы препятствий ещё не добрался. А я ему уже место под грядку определил справа от пещеры. Пусть выращивает съедобные растения и ягоды.

Все обступили койота Тары. Зверь пока прятался за хозяйкой.

Только я разулся, вытянул босые ноги, попил воды, и Рин принесла мне топлённую в глине птичью грудку. Я слегка притупил голод. Попросил дать кипятка, заварил чаёк из собранных алхимических ингредиентов. Неспеша выпил его, сидя на склоне и свесив ноги.

Было непривычно тихо. Обернулся.

Весь лагерь следил за тем, как Камуй пытался подчинить обезьяну. Он и скалили зубы и просто гипнотизировал её, глядя в глаза. И пытался подкармливать. И сплёл нечто вроде шлейки, выпустив игрунка и держа его за поводок. И запугивать его пытался и над обрывом держал в руке. Ему даже пришлось отпустить контроль над птицей, и у нас осталась только пернатая разведчица Тары.

Спустя полчаса кривляний, из носа у зверолова хлынула кровь и парень решил отступить. Долго совещался с Тарой. Подозвал батарейку, пообщался с ней. Почему-то выбрал Зою, а не Бету.

Тактика была в корне изменена. Камуй больше не пытался прямо воздействовать на зверя. А просто не отпускал его с поводка, кормил с рук.

— Привыкнет ко мне, тогда ещё раз попробую. Привередливый попался, — пояснил он для всех.

— Что ты планируешь с ним делать? — уточнил я.

— А ты не понял? Большого примата-мутанта! Классно должно получится, — улыбнулся парень с горящими глазами так, что сразу подумалось, хорошо, когда есть любимое дело.

Ко мне подошла Аманда.

— Анд, накопился ряд проблем, которые нужно решить.

— Излагай.

— Нам нужен какой-то котелок или кастрюля. И скоро начнёт кончатся тот скудный набор шампуней и гелей для душа, который имеется. Ими и стираются и моются, и всё на свете.

— Понял. Займусь.

Я снова пошёл рыть глину. Теперь уже привлёк девушек к процессу, но стало интересно всем, так что получился мастер-класс по гончарному делу. Показал, как замесить идеальное «тесто». Вылепил несколько толстостенных горшков для готовки. И небольшие флакончики для зелий и ядов. Девушки лепили кувшины для воды, тарелки, стаканы.

— Два-три дня посохнет, — сказал я и покосился на небо. — Хотя с таким солнцем, может, и за сутки. Потом обожжём и будет посуда.

Я уже собирался заняться варкой зелья, выпросив у кого-нибудь стеклянную бутылку, но тут заполошно вереща прилетела птица Тары.

— Четыре противника, — объявила звероловка. — Гуманоиды.

Лагерь пришёл в движение. Раненных занесли в пещеру. Все остальные вооружившись пистолетами заняли места у стены. Я же перебрался через стену, в смотровое гнездо на повороте, чтобы раньше разглядеть противников.

Это оказалась группа лихолесцев. Видимо, преследователи вышли на след своего беглеца. Изучили яму, но решили пойти дальше. Это хорошо. Один из них мне очень нужен.

Все четверо были вооружены небольшими луками, копьями, топориками и ножами.

Зная о ловушках, они шли очень осторожно, прощупывая древком копья каждый сантиметр почвы. Обошли одну ловушку, вторую. Хм… для таких хитрецов, я не поленюсь, сделаю что-то более мудрёное.

Я взял лук. Натянул тетиву, прицелился в первого и отпустил стрелу. Перышки приятно пощекотали подушечки пальцев и через две секунды уже окрасились в алый, пробив шею незваного гостя.

Сразу же в ответ полетели стрелы. Дикари прижались к друг другу спиной и по очереди стреляли, крутясь на одном месте. Нихрена себе карусель.

Я прятался за поворотом. Тихо спустился. Высунулся уже внизу и выстрелил, пробив ногу ещё одного. Одна из стрел противников оцарапала мне голень, но не страшно.

Я отбежал до стены и вжался в склон. Надо будет тут выемку сделать для скрытой огневой позиции. Чтобы встречать тех, кто из-за угла потом выглянет.

Приготовился встречать настырных лихолесцев. Натянул тетиву. Стоял так очень долго. Руки и спина уже забились, когда один из них высунулся. Я разжал закаменевшие уже пальцы. Только вот попал в труп. Дикари прикрылись телом убиенного товарища, чтобы выглянуть.

Я рванул к стене. Уклон. Стрела просвистела совсем рядом. Уклон.

Я резко развернулся и присел, одновременно натягивая тетиву, и тут она со свистом лопнула. Лук расправился, а я почувствовал, как пальцы и лицо обожгло, а глаза начало заливать кровью. С баррикады грохнул выстрел, бегущий впереди дикарь упал и покатился со склона. Остальные два бросились назад. Но у одного из них была повреждена нога, его повалил койот Тары, а потом спеленал корнями Ликтор.

Элен спустилась по прокинутой лестнице и начала натурально материться. Я чувствовал, что дело плохо, ибо очередную футболку очень быстро пропитало кровью.

— Как будто не тетива, а струна лопнула, до кости рассекло, — ворчала она. Команды я никакие не давал, но за нами выстроилась группа прикрытия. Зоя стояла живым щитом, за ней Лиза с пистолетом, положив батарейке руку на плечо.

Я увидел, как Аманда пошла к раненному.

— Не убивайте, — заорал я. — Он мне живым нужен.

— Заткнись, — зашипела на меня Элен. Вытерла лицо влажной тряпкой. Пшикнула зельем. Снова протёрла и приложила руки. Было тепло и приятно. — Всё, красавчик, свободен. В зеркало лучше не смотрись.

— Ну мне теперь интересно.

Я поднялся и замер, ловя баланс. Земля пыталась уйти из-под ног.

— Крови много потерял, — пояснила Элен. Я глянул на пропитанную насквозь футболку. Ну да.

Вместо залихватского бега по лестнице, кое-как прошёл по ней на четвереньках и попросил зеркальце.

Софи отошла в пещеру, вернулась и протянула мне своё. Через правую сторону словно красная река тянулся шрам. Над бровью он походил на устье реки где много каналов сливались в один, это тетива разлетелась на волокна, вот и оставила «гусиную лапку». А вот дальше шрам петлял до самого подбородка. Спасибо, что обогнул губу.

— Особо не скалься, — бросила в спину Элен. — Я так, слегка прихватила. Будешь лыбиться, кожа лопнет. Хотя бы пару дней твоя ухмылка не будет меня раздражать.

— Ты ужасная ворчунья, Элен Маверик, — сказал я словно тролль, не раскрывая рта.

Девушка засмеялась.

— Ну не настолько у тебя всё плохо, можешь говорить нормально.

— Что с пленным делать? — крикнула через стену Аманда.

— Завяжите ему глаза, наденьте мешок на голову. Свяжите хорошенько и тащите сюда.

— Эм… а зачем мешок после повязки?

— Просто сделай.

Я немного посидел, ожидая, когда Реген сделает своё дело, и мне полегчает. Тем временем все собрались вокруг пленника, разглядывая его.

— Ты что с ним делать собрался? — спросила Аманда.

— В одну артель с Ликтором определю, будет нам вещи нести, когда в гору пойдём.

Зеленоволосый сжал зубы, проглатывая ругательство.

— Ты шутишь или нет? — спросила Бронкс, пристально вглядываясь в моё изменившееся лицо.

Я потрогал шрам.

— Шучу, конечно. Для экспериментов он мне нужен.

Дикарь рычал и брыкался. Этот был истинный дитя леса. От человека в нём почти ничего не осталось.

— Не говорите при нём ничего важного, — предупредил я. — Он может быть ушами своего культа. Мы не знаем, как у них это всё работает.

— А если ты навлечёшь на нас всё племя? — опасливо уточнила Софи.

— Не навлеку. Они видели стену. Мгновенную грохочущую смерть и не знают, сколько нас. Ради любопытства рисковать не станут.

Я поднялся. Задумался, обводя всех взглядом. Кого бы ещё с собой взять?

— Томас, Мэй, собирайте рюкзаки. Пойдём по следу дикаря. Посмотрим, куда направился.

Я взял трофейный лук. Натяжение так себе. Эльфийские лучше. Впрочем, для ближней и ближне-средней сгодится.

Ребята быстро снарядились, и мы пошли. Когда спуск кончался, след сразу уходил направо, вдоль склона. Мы пошли по нему.