— Что будешь делать с ними? — спросила Аманда.

— Что делать, что делать, муравью хер приделать, — сказал я. — Дайте мне в себя прийти сначала.

Я помылся холодной водой. Попил довольно сытного и вкусного бульона. Набрал ягод и листочков, которые таскала птичка Тары, и заварил себе отвар вместо чая.

Вернулся к девушкам и сказал:

— А теперь вернёмся к нашим баранам. Будь мы в немного иных обстоятельствах, я бы убил их. Но это, как показала наша битва, три сильных одарённых. Вопрос будем решать по-другому. Есть вещи, в которых я могу взять на себя ответственность, но тут не думайте, что удастся всё спихнуть на меня.

— Я не совсем поняла, — сказала Аманда.

— Соберите всех, будет суд присяжных или тип того.

Я решил одновременно приобщить людей и сплотить их, к тому же им нужно какое-то зрелище, так что пусть немного насладятся шоу.

Элен, Рин и Мэй втроём выносили раненных. Садили или ставили их в самодельных носилках, уперев нижние концы в землю, а верхние оперев на скалу. Все расположились полукругом. В центре была троица заговорщиков.

Я встал с другой стороны круга, как бы отделяя себя от всех.

— Итак, дамы и господа, — начал я. — Объявляю начало суда над Ликтором, Тадеушем и Лапой. Тор, ты поможешь? У тебя всё же опыт.

— Могу вести, без проблем, — сказал он. Не знаю, только ли я это видел или всем, но было понятно, что внутри парень сильно скорбит по Алёне.

— Отлично. Спасибо. Объясню правила. Тор будет вести заседание, мы всё же люди культурные. Пока ещё… Говорить нужно по одному. Презумпция невиновности у нас не работает, поскольку вина очевидна. Поэтому, если кто из обвиняемых будет нарушать порядок заседания, я подойду и врежу ему ногой по ране. В конце, мы все вместе вынесем им приговор.

Раздался удивлённый гул.

— А вы как хотели, ребята? — смотрел я каждому в глаза по очереди. — Мы общество всё-таки. Думали, скинули на меня всю ответственность, а по приезде в Кадию, я должен буду ответить за казнь трёх человек? Нихрена, — покачал я головой. — Мы все в одной лодке. Если бы нам не надо было возвращаться, я бы вас ни о чём не спрашивал, для меня тут всё кристально ясно. А после суда, мы примем некую резолюцию нашей новой жизни, чтобы подобных ситуацию больше не возникало. Господин распорядитель, вам слово.

Тор прокашлялся. Он сидел на камне с опорой на т-образную трость, с учётом его сутулости это придавало ему некий флёр старосты деревни, который случайно упал в чан с молодильным бульоном.

— Дамы и господа, — идеально подстроил он голос под судью из ток шоу по телеку. — Адвокатов и прокуроров у нас нет. Так что объявляю дело за номером раз. Анд и против заговорщиков, и община против заговорщиков. Потерпевший, он же сторона обвинения прошу изложите суть претензий от своего лица.

— Я Андрей Богданов обвиняю этих людей в первую очередь в покушении на убийство. Уже немало.

Тор кивнул.

— Дальше. Заговор с целью свержения стихийно, но всё же законно избранной власти в общине с целью установления триумвирата.

Ликтор даже дёрнулся от этого слова, и все это заметили.

— Что? — уставился я на него. — Я крался за вами и слышал всё. И как вы девок делили и как обсуждали, что будете их за территорию выводить и по одной насиловать и как Элен решили не трогать, а то она вас может отказаться лечить.

— Он врёт, — заявил Тадеуш.

— Ликтор, — обратился к нему Тор. — Вы признаёте обвинение по этому пункту?

— Нет, — буркнул он и отвернулся.

— Мы не психологи, не ищущие, — сказал Тор. — Но всё же попрошу присяжных заметить, что вербальные доказательства были получены. Госпожа Рин, вы как ментальный эксперт, что можете сказать?

— Я не детектор лжи, — сказала девушка. — Но от них воняет враньём настолько, что, если бы у меня дар прорезался только вчера, я бы почуяла это.

— Она на его стороне! — возмутился Тадеуш. — Это несправедливо.

— Заткнись, — спокойно сказал Тор. — Можно мне молоток?

Я отошёл и с помощью ножа и верёвки и палки, сделал ему деревянный молоток.

— Продолжайте, господин Анд, — обратился комментатор.

— Ещё подсвечу общественности эпизод, который пусть она сама трактует, как хочет. Я бы убил Тадеуша, если бы не один момент. Не состоявшиеся убийцы обговаривали, что выведут из строя госпожу Рин Фобос, и Тадеуш даже вывел её за территорию, чтобы выключить, потом они должны были опаивать её до придумывания выхода из ситуации. Но Тадеуш не нанёс удар, несколько раз замахиваясь для этого.

Люди перешёптывались.

— Балаган, — фыркнул Тадеуш.

— Проявляйте уважение к процессу, — сказал Тор. — Продолжайте, потерпевший.

— Пока у меня всё.

— Хорошо, тогда, может, кто-то хочет высказать от стороны общины?

— Я скажу! — подала голос Лиза. — Этот ублюдок, красный бабуин, он…

— Горилла, — встрял Тадеуш.

Тор мотнул головой, намекая, что нужно обучить уважению к суду. Я и сам хотел, так что подошёл влепил ногой по прострелянному бедру.

Парень взвыл, запрокинув голову и стал отдуваться от боли.

— Продолжайте, — попросил распорядитель.

— Эта красная макака скрыла свой дар! — кричала Лиза. — Ну как скрыл, не использовал, очевидно, что без него он бы не пережил атаку механоидов. Но скольких бы можно было спасти, дерись он в полную силу! — она подняла культю и показала. — Может, я бы осталась с рукой, а Мбаку с ногой.

— Обвиняемый. Вам есть что ответить?

— Да нифига я не могу просто так обернуться! — заорал он. — Мне нужна персонифицированный объект ненависти. Только так! Только тролли или, вон, Анд.

Опа! Интересно кроет. Как по писанному чешет.

— Госпожа Бронкс, можете как-то это прокомментировать? — посмотрел Тор на Аманду. — Бывает такое у астральных оборотней.

— Честно говоря, и не такое бывает. Про подобное не слышала, но не просто так придумали понятие наставник по работе с даром. У Лапы очевидные затыки, он не может долго держать форму, с этим работают. У Тадеуша я допускаю подобное. Хотелось бы слышать подробнее.

— Рассказывай, — сказал я.

— У меня тролли сестру сводную украли, и я это видел. Довольны⁈ Нихера я не могу обернуться просто так. Потому и не сказал ничего, потому что… да вон, у Томаса спросите, я часто у школьного психолога был. Только я никому не говорил, почему и зачем.

— Да было дело, даже на тренировки опаздывал или раньше уходил, — сказал Томас. — Но это в предыдущие года.

— А потом я забил, — буркнул обвиняемый, глядя в землю. — Сколько пытался решить проблему, но она не уходила. А тут и тролля встретил и… в общем, перемкнуло что-то в голове, как нарыв созрел, понял, что обернусь, и даже… типа, что не смогу сдержать обращение.

Все смотрели на Рин, и она кивнула.

— Похоже, козлина не врёт, — сказала ментатка.

— Госпожа Саманта, — обратился к девушке Тор. — Вы как объект симпатий этого преступника, можете что-то добавить? Может, были погружены в какие-то нюансы?

— Я не знала, что он одарённый, — проговорила девушка. Она была бледная, под глазами синяки. — Собственно, мы же начинали встречаться, а потом расстались, как раз потому, что я хотела знать, что у него внутри, а он эту ношу в себе держал. Но видно ведь, что что-то гложет человека, а он не делится и типа говорит, люблю. Какая же это, блин, тогда любовь. Стрелять в… — она замолчала и прикрыла рот, отвернулась, всхлипнула, из глаз покатились слёзы.

— Да потому что ты и Анд! — заорал Тадеуш.

— Ничего не было, придурок, — бросил я. — Она просто не знала, как от тебя ещё отвязаться. Вот я и помог. Спектакль это был.

Ещё не хватало, чтобы Саманта ляпнула, что это мы его спровоцировали.

Тадеуш замер с открытым ртом. Кровь отступила от лица, а потом, наоборот, морда раскраснелась.

— Саманта, — тихо проговорил он. — Прости-прости-прости. Я… я идиот. Я не хотел. Я… — он пополз к ней на перебитых ногах.