— У нас есть коды доступа, — напомнил Рио. — Я снял их с сервера «Мандалы». Если использовать их до того, как Кросс сменит протоколы, мы можем проникнуть на базу под видом технической инспекции.

— Под видом? — Лео скептически хмыкнул. — Ты, я, Алексей и Анна? Они знают нас в лицо.

— Не все. — Рио вывел на экран список персонала базы. — Там работает около трёх тысяч человек. Охрана, инженеры, техники, обслуживающий персонал. Половина из них никогда не видела нас вживую. Если у нас будут правильные документы и правильные коды — мы пройдём.

— Нужна легенда, — сказал Алексей.

— Уже есть. — Рио усмехнулся. — Инспекция «Энергетического Альянса». Плановая проверка систем безопасности перед запуском. Я подготовлю поддельные предписания. Лео подберёт транспорт — что-нибудь из того, что используют наёмники Кросса. Алексей... — он замялся, — тебе придётся не высовываться. Твоё лицо слишком узнаваемо.

— А Анна?

— Анна не летит.

Все обернулись. В дверях стояла Анна — бледная, с забинтованным плечом, но на ногах. Капельницу она отсоединила сама.

— Ты должна быть в медотсеке, — начал Лео.

— Я в порядке. — Она прошла к столу, опираясь о стены. — И я лечу с вами.

— Аня...

— Нет, Алексей. — Она подняла на него глаза, и в них горел тот самый огонёк, который он видел в день их знакомства. — Я знаю, что ты хочешь меня защитить. Но это не просто твоя война. Это и моя тоже. — Она ткнула пальцем в голограмму. — Это мои чертежи. Моя мечта. Он взял её и превратил в оружие. Я не буду сидеть здесь и ждать, пока вы рискуете жизнью. Я полечу. И точка.

Алексей смотрел на неё долго. Потом кивнул.

— Хорошо. Но ты держишься рядом со мной.

— Как всегда. — Она слабо улыбнулась. — Как всегда.

Лео покачал головой, но возражать не стал.

— Значит, вчетвером. Плюс пилоты Фонда — те, кто готов идти на прорыв. Я свяжусь с ячейками. Нам понадобятся все.

— И ещё кое-что. — Рио вывел на голограмму новое изображение. — Я перехватил сообщение от Хиггинса. Он передаёт нам прототип.

Голограмма показала устройство — компактный цилиндр, похожий на увеличенную нуль-вакуумную батарею, но с дополнительными контурами.

— Орбитальный двигатель, — пояснил Рио. — MIT разрабатывал его последние полгода на основе технологии Алексея. С ним можно выходить на низкую орбиту без ракет-носителей. Если Кросс всё же запустит платформу, у нас будет шанс перехватить её в космосе.

— Шанс? — переспросил Лео.

— Маленький. — Рио пожал плечами. — Но лучше, чем ничего.

--

Вечером Рио развёл на пляже костёр.

Он сделал это без всякой причины — просто собрал сухие пальмовые ветки, сложил их в яму на песке и чиркнул зажигалкой. Пламя занялось быстро, жадно, выбросив в темнеющее небо сноп оранжевых искр. Рио сел на песок, скрестив ноги, и уставился в огонь.

Первым к костру подошёл Лео. Он принёс одеяло — для Анны, хотя она ещё не пришла. Потом подтянулся Алексей. Последней — Анна, с забинтованным плечом и пледом на плечах.

Они расселись вокруг костра: четверо беглецов, четверо друзей, четверо людей, которые завтра летят в самое сердце тьмы.

— Знаете, о чём я мечтаю? — сказал Рио, не отрывая взгляда от пламени.

— О чём? — спросила Анна.

— Отстроить деревню. Не такую, как была. Лучше. Чтобы школа работала. Чтобы больница работала. Чтобы дети со всего мира прилетали учиться. — Он усмехнулся. — Смешно, да? Хакер, вор, беглец — и мечтает о школе.

— Не смешно, — ответил Лео. — Нормально.

— А ты о чём мечтаешь? — Рио повернулся к нему.

Лео долго молчал. Пламя отражалось в его глазах.

— Я хочу увидеть свой старый вертолёт, — сказал он наконец. — Тот, на котором летал до увольнения. Я слышал, его списали и продали на аукционе. Если мы победим... если Пакт отменят... я хочу найти его. И просто полетать. Без оружия. Без миссии. Над горами. Где-нибудь в Новой Зеландии.

Рио удивлённо поднял брови. Он никогда не думал, что суровый начальник службы безопасности Фонда может мечтать о таком.

— А ты? — спросил Лео у Алексея.

Алексей смотрел на огонь. Вопрос застал его врасплох. Он так долго думал о том, как выжить, что забыл — нужно ещё и жить.

— Я хочу построить дом, — сказал он. — С видом на океан. Или на звёзды. Или на всё сразу. — Он покосился на Анну. — С камином. И кухней, где чайник не стоит на макете.

Анна фыркнула.

— Один раз! Один раз поставила чайник на макет — и на всю жизнь запомнил!

— Это был хороший макет, — серьёзно сказал Алексей. — Жалко.

Все рассмеялись. Смех был негромким, но настоящим.

— А ты, Аня? — спросил Рио. — О чём мечтаешь ты?

Она посмотрела в огонь. Искры взлетали в небо, смешиваясь со звёздами.

— Я хочу, чтобы мы все остались живы, — сказала она. — Чтобы мы построили «Колыбель». Настоящую. Не оружие. Дом. И чтобы однажды мы собрались — все вчетвером, и Надира с нами, — и полетели к звёздам. Просто посмотреть. Как далеко мы сможем зайти.

Повисла тишина. Потрескивали ветки в костре. Океан дышал в темноте.

— Это хорошая мечта, — сказал наконец Лео.

— Значит, договорились. — Рио подбросил в костёр ещё ветку. — Выживаем. Строим «Колыбель». Спасаем Надиру. И летим к звёздам. Просто посмотреть.

— Просто посмотреть, — повторила Анна.

Она откинулась на песок, глядя в небо. Там, над атоллом, Млечный Путь разливался серебряной рекой. Где-то среди этих звёзд была их мечта. Их будущее. Их дом.

— Завтра вылетаем на рассвете, — сказал Алексей. — Всем спать.

— А ты? — спросила Анна.

— Я ещё посижу. Подумаю.

Она кивнула и поднялась. Лео подал ей руку. Рио затушил костёр.

Когда они ушли, Алексей остался один на пустом пляже. Он смотрел на угли — ещё тлеющие, ещё живые, — и думал о том, что сказала Анна.

«Как далеко мы сможем зайти».

Он не знал ответа. Но завтра они сделают первый шаг.

--

Из бункера донёсся крик Рио.

Алексей бросился обратно. Рио стоял у приёмника, бледный, с наушником в руке. Увидев его, он снял наушник и включил громкую связь.

Из динамиков донёсся треск помех. А потом — слабый, но узнаваемый сигнал. Код. Позывной. Тот самый.

«Самум».

— Надира, — выдохнула Анна, появившись в дверях. — Она жива.

— Сигнал из Судана, — сказал Рио. — Автоматический маячок, вшитый в её комбинезон. Больше ничего не передаёт — только сам факт, что жив и работает.

— Что это значит? — спросил Лео.

Рио пожал плечами.

— Может, она в плену. Может, прячется. Может, маячок сработал автоматически, когда её сбили, и она сама не знает, что он включён. Мы не знаем.

— Но она жива, — сказала Анна. — Этого достаточно.

Алексей сжал кулаки.

— Значит, у нас есть ещё одна причина лететь в Судан. Кроме платформы.

— Три причины, — поправила Анна.

— Какие?

— Уничтожить платформу. Найти Надиру. И вернуть мою мечту.

--

На рассвете флот Фонда начал собираться над Средиземным морем.

Тридцать флайеров — авангард, всё, что удалось поднять по тревоге за двенадцать часов. Пилоты со всего мира: индонезийцы, бразильцы, кенийцы, норвежцы, австралийцы. Молодые и старые. Бывшие военные и гражданские инженеры. Другие ячейки ещё только разворачивались, подтягивая резервы, но ждать было нельзя.

«Ибис» шёл во главе строя. За штурвалом — Алексей. Рядом — Анна с перевязанным плечом. В грузовом отсеке — Рио, колдующий над украденными кодами. В замыкающем звене — Лео с орбитальным двигателем, готовый в любой момент рвануть в космос.

Впереди, за горизонтом, лежала Африка. Судан. Горный массив Марра. Там, в недрах бывшей военной базы, Адриан Кросс готовил свой последний удар. И где-то там же, возможно, была Надира — живая, но невидимая, как призрак в эфире.

Кросс ещё не знал, что его тайна раскрыта. Ещё не знал, что коды украдены. Ещё не знал, что тридцать флайеров идут к его логову.

И уж точно не знал, что одна разгильдяйка-архитектор с перевязанным плечом собирается «включить» ему авторский надзор.