— Мерзавец, скотина, кобель гулящий! Видеть тебя не хочу!…- орала миссис Файн. — И с кем? С этой шалавой офисной! — она явно намекала на роман Дитриха и Аниты.
— Тереза, да успокойся ты! У меня с ней не было ничего серьезного… Я понимаю, что был неправ, — нудел Дитрих.
Кто ж так просит прощения у жены?
— Неправ? Ах, ты был всего лишь неправ? — Тереза аж захлебнулась от накатившего на нее возмущения от такой наглости неверного супруга. — Нет, свинья! Ты был, есть и будешь… слышишь?… Был, есть и будешь кобель гулящий, который готов трахать любую такую же гулящую суку.
Тереза резко остановилась, перевела дыхание, подбирая новые эпитеты и аргументы, и завелась с новой силой.
— Ты вообще уверен, что она трахалась бы с тобой, если бы у тебя не было этой фирмы и твоих денег? — задала Тереза обидный и вполне справедливый вопрос. — Боже, какой же ты идиот! Просто похотливый кретин!… Трахать собственную секретаршу!… Это ж каким надо быть придурком!…- на этих словах жена опять остановилась, перевела дыхание, подошла к Дитриху и внезапно довольно спокойным голосом заявила: — Я завтра же подаю на развод. Ты понял? Видеть тебя не хочу! Бони! Пошли гулять. А этот похотливый озабоченный гамадрил пусть радуется, что я не сказала в полиции, что знала про их роман.
Через несколько минут Бони с Терезой вышли из дома. При этом собака бежала впереди хозяйки и громко лаяла. Возможно, тоже ругала Дитриха.
Я подождал, пока они обе окажутся довольно далеко, чтобы Бони меня не унюхала. После чего пролез по ветке дерева, на котором наблюдал весь этот спектакль, расстояние до окна, изловчился и проник в дом. Пробравшись в комнату, где Дитрих выяснял отношения с супругой, я занял стратегически удобную позицию для наблюдения под креслом у двери.
Босс сидел в кресле у окна, держал в руке уже пустой бокал и сильно злился. Очень-очень сильно злился. И выглядел как человек, который замышляет что-то совсем нехорошее. Минут через десять ему позвонили. Я догадался, что это Лора следует своему плану начинающей шантажистки. Чем дольше она что-то говорила, тем больше мрачнел Дитрих. Хотя куда уж больше.
— У меня нет такой суммы, и мне не за что Вам платить, — отрезал Дитрих, выслушав то, что ему сказали, отбил звонок и со злостью отшвырнул телефон.
Он посидел минут пять, подумал, потянулся за смартфоном и набрал чей-то номер. Я навострил уши.
— Привет. Тебя вызывали в полицию еще раз? — спросил Дитрих собеседника. Ему что-то ответили.
— Откуда они могли узнать о наших отношениях с Анитой? Они спросили об этом мою жену. Не знаешь, кто им мог рассказать? — поинтересовался он.
Собеседник опять что-то ему ответил.
— Об этом знаешь только ты. По крайней мере, я знаю, что об этом знаешь только ты. Откуда же обо всем узнали в полиции? — напирал Дитрих.
Его собеседник что-то начал объяснять. Длилось это довольно долго. Причем я даже не мог понять, босс говорит с женщиной или с мужчиной.
— У меня дома скандал. Жена грозит разводом. Извини, мне сейчас не до этого. Пока, — резко попрощался Дитрих.
Ну вот… И кто же этот таинственный человек, посвященный в личную жизнь нашего босса? Дитрих встал, взял из бара бутылку виски, налил себе изрядную порцию, опять сел в кресло, поставил бутылку рядом на пол, выпил содержимое бокала одним махом и задумался. Так он сидел довольно долго, время от времени наливая себе лечебной жидкости — я имею в виду виски. В конце концов бутылка опустела, и вскоре я услышал храп — босс уснул. Я с облегчением понял, что можно выбираться.
Резво преодолев расстояние до забора, я выскочил на улицу и добрался до машины. По моему возбужденному виду Лора поняла, что я узнал кое-что интересное и подсунула мне ноутбук. И надо же: Арчи уже проснулся и пытался поймать муху.
«Кто-то знает об отношениях Дитриха и Аниты и рассказал об этом полиции. Жену спросили об их романе. Жена в гневе. Подает на развод», — сообщил я ей вкратце последние новости.
— Так жена знала об их романе или ей в полиции рассказали? — переспросила Лора.
«Я так понял, ей там сказали. Уж очень она злая. Если б знала раньше, то не была б такой свирепой», — сделал я логичный вывод.
— Чем он сейчас занимается? — поинтересовалась Лора.
«Спит», — ответил я.
— Надо же: один проснулся — второй уснул, — нервно хихикнула Лора. — Ладно, пока он спит, поехали поужинаем. Потом надо опять слушать. Завтра полиция опять начнет требовать тебя на допрос. Не могу же я постоянно держать Арчи на снотворном! — Лора как всегда была права.
«А что ты ему говорила, когда звонила? Это же была ты?» — спросил я о второй попытке Лоры пошантажировать босса.
— Ну разумеется, это была я! — Лора даже закатила глаза от очевидности данного факта и изложила краткое содержание своей очередной попытки шантажа: — Я сказала Дитриху, что собираюсь рассказать о его похождениях налево его жене. И что если он этого не хочет, то пусть заплатит мне 100 тыс. долларов. Теперь я понимаю, что это уже не могло его испугать.
Я развел лапами, как бы говоря: «Что поделаешь? Полиция нас опередила и сообщила обо всем жене Дитриха, не оставляя ему никакого шанса откупиться от обнародования такой прискорбной информации. А может Анита таки собиралась сама рассказать обо всем жене? И он ее убил?» Потом все это я изложил письменно.
«Ну это наша первоначальная и единственная версия. Ничего нового в голову мне не приходит, и никто другой подозрений не вызывает», — констатировал я.
Арчи наконец-то поймал муху.
— Арчи, брось эту гадость! Ты же этими руками потом будешь есть. Не суй это в рот! Фуууу, — Арчи все-таки сожрал муху, чем шокировал Лору.
Я зашипел на него. Какого черта он сует в мой рот всякую мерзость, да еще и глотает это!
— Арчи, нельзя есть что попало. Ну что мне с тобой делать? На водичку — запей, — Лора протянула Арчи бутылку с водой.
Кот, кажется, понял, что его ругают, и послушно запил муху водой. Но особо виноватым он все-равно не выглядел. Ну когда коты вообще испытывают чувство вины?
В общем пока Дитрих спал, а его жена гуляла с собакой и не хотела с ним разговаривать, нам не было смысла торчать у него под домом, и мы поехали домой.
После ужина я развалился в ногах у Лоры. Она смотрела какой-то фильм, а Арчи бил рукой по планшету и ловил рыбку. Лора установила ему игрушку для котов, чтобы он не занимался всякими глупостями. Ловля рыбки очень увлекла Арчи: мое тело полулежало на кровати, било рукой по экрану планшета и улыбалось как дитя. Со стороны я выглядел как шестилетний ребенок с бородой — странное зрелище. Но еще более странно то, что во мне вдруг возникло неудержимое желание половить рыбку. Я сел возле своего тела и тоже начал бить лапой по экрану. Арчи зашипел и сбросил меня рукой с кровати. Вот же гад какой!
И тут я увидел на полу под кроватью мышь. Это была серая, бесхвостая, облезшая и повидавшая многое мышь, которую Арчи просто обожал. Я давно подозревал, что это была единственная любовь нашего кота, потому что всех остальных мышей, которых мы покупали ему в огромных количествах, он не признавал. Синие, розовые, белые, зеленые мыши Арчи не увлекали. То ли дело было в цвете, то ли в наличии хвоста, а может в запахе, но Арчи носился только с этой конкретной полурастерзанной серой мышью с оторванным хвостом. Я залез под кровать, взял предмет обожания нашего кота в зубы, вылез наружу и демонстративно стал гонять мышь. Я практически играл в футбол и сам себе забивал голы. Арчи это увидел, возбудился и страшно возмутился.
«Ага! Это тебе за то, что ты пожлобился и не дал мне поиграться с рыбкой!» — злорадствовал я.
Арчи забыл про планшет и бросился отнимать у меня мышь. Я зажал ее в зубах и начал страшно рычать. Арчи обнаглел и ударил меня по голове. Я бросил мышь и вцепился ему в руку зубами и когтями. Он заорал от боли. Лора воскликнула: «Вот за что мне все это?» и бросилась нас разнимать. Я таки расцарапал Арчи до крови.
— Борис, ты зачем его дразнишь! Тебе не стыдно? — воззвала Лора к моей совести и побежала за ватой и антисептиком, пока Арчи пытался зализать свои раны.
