— Не уверена, что смогу заснуть, — она открыла глаза и тускло улыбнулась. — Спасибо, что остались. Моя просьба прозвучала… бестактно.

— Ваша просьба прозвучала в соответствии с вашим состоянием. Любому на вашем месте было бы страшно. Поэтому не переживайте и попытайтесь отдохнуть.

— Спасибо.

Поколебавшись миг, она протянула ко мне руку. Радость вспыхнула в мыслях пожаром. Я осторожно придвинулся к кровати и аккуратно взял хрупкую ладонь Рени в свои ладони.

Она больше не боялась меня? Или просто делала первые шаги на пути излечения? Может, недавнее покушение пугало её больше, чем я?

— Ваши руки в крови. Вы позволите их обмыть? — спросил я осторожно.

— Вы что? Не стоит, — смутилась она.

И была так мила, что на душе потеплело.

— Мне будет приятно. И я хочу быстрее стереть кровь с вашей кожи.

— Если честно, я тоже, — тихо ответила она, пожевав в сомнении губы.

С трудом оторвав взгляд от её пылающего лица, я поднялся со стула. Набрал воды в таз, взял несколько чистых тряпок и вернулся к кровати. В первую очередь вновь окружил нас сферой безмолвия, потом согрел воду и принялся осторожно протирать руки Рени. Она молчала, наблюдая за мной из-под полуопущенных ресниц. Я не спешил, наслаждаясь моментом её доверия. Сердце стучало громко и быстро. И я при всём желании не смог бы пояснить точную причину.

— Моя лаборатория выжила? — спросила она всё тем же тихим тоном.

— Не знаю. Как только сообщили, я сразу побежал к вам. Но главное, что выжили вы.

— Аарон, можете обращаться ко мне на «ты»? — сконфуженно попросила она. — Я чувствую себя… не знаю… слишком важной и…

— Ты важна, Рени, — улыбнулся я, обрадованный её просьбой. И показалось, она ещё больше смутилась. — Ты тоже обращайся ко мне на «ты». Мы же… друзья.

— Друзья, — подтвердила она.

Лицо Рени озарилось светлой улыбкой. И я в очередной раз залюбовался искрами в её зелёных глазах. А когда мой взгляд скользнул к сочным губам, осознал нечто тревожное: я очарован Рени, и мне недостаточно лишь дружбы. Это было бы замечательно в отношении любой другой девушки, но не в нашем случае. Ведь она ни за что не захочет быть с тем, кто её изнасиловал.

Нужно побороть проснувшуюся во мне жажду. Чего бы я ни желал, мы с Рени можем быть только друзьями…

/Ведьма/

— Здесь нас никто не увидит. Позволишь взять тебя на руки? — деликатно обратился ко мне Аарон, когда мы подошли к лестничной площадке, ведущей в нашу башню.

— Ч-что? — я так удивилась, что приоткрыла рот и воззрилась на него в полном недоумении.

— Ты хромаешь, Рени, тебе тяжело, я донесу тебя до комнаты, — пояснил он всё тем же деликатным тоном. — Или… тебе будет некомфортно? — он напряжённо нахмурился.

— Да! Нет! То есть это смущает! — протараторила я, боясь ранить его из-за творящегося в моей голове сумбура.

Сегодня меня пытались убить. К счастью, безуспешно, лишь оставили взрывное заклинание перед входом в мою лабораторию. Лаборатория выжила, а меня ударило об стену, ранило осколками двери и немного обожгло кожу. Взрыв выдался серьёзным, артефакты отработали весь свой заряд, чтобы меня спасти. Случай напугал, поэтому, поборов смущение, я попросила Аарона остаться со мной в лазарете. Впервые боялась не его, а того, что он уйдёт. И он оставался со мной до самого вечера, а потом уговорил целителей отпустить меня на ночь в свою комнату, чтобы я могла спокойно поспать после пережитого, и сам же вызвался проводить. А теперь ещё и собирался нести на руках! Как здесь не смутиться?

— Смущает? Не пугает? — спросил он осторожно.

Казалось, в его глазах медленно разгорается надежда. И не зря. Я действительно так испугалась взрыва, что и не вспоминала о том случае, а в Аароне искала защиту и поддержку. Поэтому смогла взять его за руку. И потом смущённо наблюдала, как он обмывает мои пальцы от крови.

Сердце сразу застучало неровно, стоило вспомнить.

— Не пугает, — подтвердила я. — Мне… меня ещё не носили на руках. Я тяжёлая и вообще…

— Для дракона твой вес незначителен, Рени. И мне больно смотреть, как ты хромаешь, зная, что я могу облегчить твою боль.

Аарон приблизился, медленно, аккуратно, ежесекундно оценивая мою реакцию. Но я лишь больше краснела с каждым его шагом и окончательно вспыхнула, когда он нагнулся и поднял меня на руки. Снова деликатно, осторожно, исключая двусмысленность и слишком тесное соприкосновение тел. Он практически поднял меня на вытянутых руках. Но так я как раз испугалась упасть, поэтому вцепилась в его плечо. Лишь тогда он привлёк меня ближе к груди. Короткий вдох коснулся моей макушки. И сердце затрепетало в груди.

— Не страшно? — спросил он чуть сипло.

— Не страшно, — подтвердила я.

В этот миг и вовсе не могла вспомнить причину своих страхов. Слишком взволновалась.

Аарон принялся подниматься по лестнице. Дышал ровно, словно и не замечал подъёма по ступеням и ноши в моём лице. Но мы зря понадеялись на отсутствие свидетелей.

— О, мисс Санглер, вас выписали? — доброжелательно уточнил спускающийся со своего этажа Келли.

И как в разговоре с Соней, я ощутила, словно из ушей валит пар.

— Нет, она чувствовала себя некомфортно в лазарете после покушения, поэтому проведёт ночь в своей комнате, — спокойно ответил Сеймур. — Еле уговорил позволить мне хотя бы поднять её по лестнице, — посетовал с упрёком.

— Наша Рени упрямица, — рассмеялся Келли. — А жнец Сеймур на самом деле добряк, — произнёс зловещим шёпотом, будто делясь со мной секретом.

Переглянувшись, мы рассмеялись.

— Отдыхайте. Аарон, ваши комнаты я только что проверил, а у меня ещё есть дела, — Келли посторонился, пропуская нас на лестнице.

Сеймур продолжил подъём.

— Мне повезло с заместителями. Благодаря переводу Никоса я и вовсе могу позволить себе отлучку, — признался Аарон, и на его губах появилась добрая улыбка.

— Да, клирик Келли и легат Никос замечательные, — подтвердила я.

Когда я закапризничала в лазарете, они взяли на себя все дела, позволяя Аарону остаться со мной. Надо бы как-то их отблагодарить. Может, усилить защиту в их комнатах или подарить ещё по оберегу?

А Аарон добрался до нашего этажа и замер перед дверью моей комнаты.

— Ты позволишь к тебе зайти? — мягким тоном спросил он.

А я почему-то ещё больше взволновалась. Правда, теперь — о беспорядке и о том, как он воспримет моё жильё.

— Конечно. Можно попить чай с вареньем. Ой… я и так тебя… заставила сидеть со мной…

— Мне было очень приятно, когда ты попросила остаться с тобой, — прочистив горло, словно в смущении, признался он.

— Правда? — обрадовалась я.

— Правда. Я рад, что твои страхи уходят.

Ну да… Ведь дело только в них…

Аарон вошёл в мою комнату, зажёг свет и отнёс меня к кровати, на которую осторожно посадил.

— Лежи. Я сам заварю чай. Только скажи, где что лежит, — попросил он.

— Хорошо. Но… мне надо в ванную.

В конце концов, после покушения и дня в лазарете я наверняка выгляжу ужасно. Нужно хотя бы смыть грязь с лица. Да и не помешает сменить одежду.

— Тебя отнести? — встревожился он.

— Нет-нет, я дойду! — Замотав руками, в подтверждение я поднялась с кровати. — Да и нога почти зажила. Я же ведьма воды, — глуповато рассмеялась я и поспешила спрятаться в ванной комнате.

Здесь стянула с себя пыльную одежду, нырнула в домашнее платье и проковыляла к зеркалу. Из отражения действительно глядело страшилище.

«И как Аарон выдержал это зрелище?» — подивилась я, принявшись смывать с лица пыль.

Потом расчесала волосы, собрала их в свободный хвост. Теперь из зеркала смотрела бледная девушка, но хотя бы не такая страшная, как раньше. Я похлопала себя по щекам, чтобы добавить румянца, но сразу же внутренне обругала себя. И так весь вечер только и делаю, что краснею.

— Намного лучше, — заключила я, улыбнувшись своему отражению, после чего поспешила покинуть комнату.

Сеймур сразу поднялся из-за стола. На его губах появилась мягкая улыбка. И я замерла, любуясь искрящимся в его глазах теплом.