Может, сдаться? Попросить о переводе, сбежать? И позволить страхам победить? Всю жизнь бояться мужчин и вспоминать те моменты боли?

Я не самая романтичная натура, не несусь сломя голову в брак, но жила с уверенностью, что у меня однажды появится любимый человек, семья, дети. Но если позволю страхам управлять мной, навсегда останусь одна. Сломанная, отчаявшаяся и несчастная.

Четыре дня спустя.

— Да вижу же я, не в порядке ты. — Алла ругалась, грозила мне кулаком и сердито раздувала щёки. — Кто запугал тебя? Кто приставал?

Она утащила меня на кухню после ужина и принялась допрашивать. А мне казалось, я смогла убедить её в своём нормальном состоянии.

— Никто не запугал, — ответила я тихо.

— Я не вчера родилася, милая, — она снова пригрозила мне большим кулаком. — Признавайся, кому навалять?

— Я просто сильно испугалась, когда осталась лежать беспомощной. Правда, Алла, никто ко мне не пристаёт.

— У-у-у, упрямая! — рассердилась она, замахнувшись полотенцем.

И я сбежала, предварительно получив шлепок по попе. А в коридоре чуть не столкнулась с Абелем, ещё одним разведчиком.

— О, прекрасная ведьма, — улыбнулся он, вдруг схватив меня за руку и, прежде чем я отреагировала, оставил поцелуй на костяшках моих пальцев.

Тело пробило дрожью. Дыхание сбилось.

— Не надо, — попросила я, но не смогла проконтролировать голос, поэтому моя просьба прозвучала слишком тихо.

— Боишься, что ли? — он приблизился, попытался обнять меня за плечи.

— И что здесь происходит⁈ — к нам вылетела разъярённая Алла, махая полотенцем.

Она отхлестала Абеля и прогнала, угрожая лишить сладкого на всё время службы. Я была готова разрыдаться, ведь не смогла промямлить и слова против его приставаний. А это были именно они. В последние дни мужчины, что раньше обходили меня стороной, начали проявлять ко мне интерес. Хоть это и глупо, но мне чудилось, словно хищники увидели перед собой раненую добычу и кружат, пытаясь затащить в своё логово. Может, действительно чувствуют во мне слабину, которой раньше не было? Ведь тот случай действительно будто забрал мою смелость.

К себе я поднялась совершенно расстроенная. Снова долго сидела в ванне, чтобы набраться сил. А когда собралась готовиться ко сну, в комнату постучались. В коридоре снова ожидал жнец Сеймур. Мы не общались после того случая, я лишь вяло извинилась перед ним по артефакту. И про себя радовалась сокращению наших встреч. Но вот он вновь стоял передо мной, и горло снова сжимала крепкая хватка пугающих воспоминаний.

— Мисс Санглер, я… плох в выражении эмоций, — заговорил он, вводя меня в замешательство. — Но поверьте, мне действительно очень жаль. Я мучаюсь, переживаю за вас.

Если это правда, то мне почти приятно. Почти, ведь образы недавнего прошлого продолжают атаковать разум.

— Я справлюсь, жнец Сеймур.

— Давайте справимся вместе, мисс Санглер. — Он вдруг протянул мне артефакт связи. — Есть ещё одно лицо, которое в курсе нашей ситуации. Это моя невеста. Она тоже переживает и хочет поддержать вас. А вам не с кем поговорить.

— И вы предлагаете поговорить с вашей невестой после того… Насилие или нет, а это же была близость!

Как хорошо, что он в каждый разговор окружает нас сферой безмолвия.

— Она отнеслась к ситуации с пониманием и сочувствием. Поэтому, прошу, пообщайтесь с ней. Она старше вас, сможет дать совет. Пожалуйста, мисс Санглер.

Он так смотрел. Впервые — ярко, эмоционально, с отчаянной мольбой. Наверное, поэтому я кивнула.

Сеймур улыбнулся с облегчением и активировал артефакт связи.

— Прошу, скажи, что она согласилась, — раздался женский голос.

И передо мной сформировалось лицо настоящей красавицы. Сияющие золотом волосы, большие голубые глаза, нежная улыбка на пухлых губах.

— О, мисс Санглер, здравствуйте! Как я рада с вами познакомиться. Аарон столько про вас рассказывал, — затараторила она дружелюбно.

— Про меня? — удивилась я.

— Да, про вас, мисс Санглер. Меня зовут Соня Нордсвилл, вы можете обращаться ко мне по имени.

— Тогда и вы можете звать меня Рени, — проблеяла я, пребывая в полнейшем шоке.

Как так получилось, что я познакомилась с невестой своего начальника, с которым у нас случилась насильственная близость⁈

— Мисс Санглер, возьмите артефакт, поговорите, — осторожно попросил Сеймур.

Я послушалась, но старалась не касаться его пальцев. Он сделал вид, что не заметил, кивнул мне и отступил. И я вернулась в свою комнату, закрыла дверь, чувствуя некоторое облегчение.

— О, теперь поболтаем без мужчин, — обрадовалась Соня. — Ну, как ты, Рени? — спросила она с кажущимся искренним сочувствием.

Наверное, поэтому я решила ответить честно.

— Плохо, не могу с собой справиться.

— Аарон говорил, — вздохнула она. — Он тоже мучается. Не спит ночами.

— Да? — изумилась я.

— Он только выглядит замороженным, — махнула она рукой. — Но если хорошо узнаешь его, поймёшь, какой он чуткий, заботливый и надёжный мужчина. Поэтому, почему ты не хочешь с ним дружить?

— Дружить? С Сеймуром? — растерялась я. — Он же…

— Да я шучу! — хохотнула она. — Жаль, я не видела выражения его лица, когда он ляпнул такую глупость, — и рассмеялась.

С секунду я смотрела на неё в недоумении, а потом усмехнулась. Следом и вовсе расхохоталась. Только не истерично, разве что немного нервно. Потому что мне действительно стало смешно.

/Ведьма/

— О, я его ненавидела! Каждый день била подушку, на которую вешала его изображение. Да, для этого я даже откопала его изображение в газете! — расхохоталась Соня. — Он мне потом признавался, что тоже еле меня терпел.

— И как вы… стали столь близки?

Я поёрзала в кресле от любопытства.

— Ненавидеть ненавидела, но когда мы попали в оцепление порождений, я бросилась спасать его из пасти монстра. В том смысле, что прыгнула туда вместо него. Он героически вытащил меня на плече, выходил, и как-то ушла наша неприязнь, — пожала она плечами. — Сеймур только кажется замороженным, на самом деле он тот ещё заботушка. Как это поняла, так вцепилась в него клещами, пока не добилась его дружбы, — она порывисто сжала перед собой кулак и горделиво выпятила грудь.

Соня оказалась такой забавной и милой в общении, что моё напряжение ушло, и я с удовольствием знакомилась с ней. Признаться, когда Сеймур всучил мне артефакт связи, я думала, она начнёт сочувствовать мне, выпрашивать подробности моего состояния, но она предпочла другой путь: рассказала мне о себе, о сложностях в своей жизни, и я действительно почувствовала себя лучше. Видимо, мне действительно нужно было поговорить с тем, кто в курсе моей проблемы. Соня не выпрашивала причины моего унылого состояния, она о них знала, поэтому мне не приходилось выдавливать из себя искусственные улыбки и изображать то, чего нет. Я чувствовала себя ужасно, но в этом разговоре могла не притворяться.

— В самом начале, когда жнец Сеймур начал допрашивать меня, минуя обсуждение нашей ситуации, я подумала, что ему и вовсе всё равно. Что для него не произошло ничего особенного, — призналась я с опаской. Вдруг она разозлится. — Поэтому, когда он хотел взять вину на себя, думала, он действительно виноват, помнит о случившемся, но быстро поняла, насколько ошиблась.

— Ну да, Аарон скорее себе руку отгрызёт, чем поднимет её на женщину, — закивала Соня. — Поэтому он так подавлен из-за произошедшего, — поникла она.

— Я… мне этого не исправить. Я не в состоянии контролировать свой страх. Когда вижу его, сразу вспоминаю тот день, боюсь его повторения.

— Понимаю, со страхами тяжело бороться, — Соня подпёрла подбородок рукой и расстроенно надула губы. — Поэтому вы должны помочь друг другу. Раз он источник твоего страха, ты должна научиться не бояться его. А он, помогая тебе, сможет себя простить.

— Но как этому научиться?

— Предложение дружбы в вашей ситуации звучит глупо, но оно относительно верно. Вам надо начать общаться, видеться чаще.