Она прикрыла лицо рукой и замотала головой, видимо, вспоминая тот неприятный момент.

Я попыталась представить, как разъярённый Эйвери нападает на Аарона, и мне стало дурно. Соня права: чтобы объяснить мои странные отношения с начальником, придётся вдаваться в сотни объяснений и логично столкнуться с недоверием. Даже если оба воспримут нормально, я вся разнервничаюсь, если даже сейчас ощущаю подступающую к горлу тошноту.

— Ты права, это глупость, — согласилась я. — Хорошо, что ты меня предупредила.

— В общем, тренируйся на Аароне, — захихикала она, вгоняя меня в краску.

Наверное, стоило вспомнить о том, что нас изначально связало с Сеймуром, но я была слишком смущена навеянными Соней образами. Как только представила, что прошу Аарона поцеловать меня ради излечения, почувствовала, что скоро расплавлюсь от стыда.

— Ой, меня зовут. Пока, — продолжая хихикать, Соня помахала мне на прощание и прервала вызов.

А я осталась с горящим лицом, кипящей головой и сумбуром в мыслях.

В итоге готовку зелий пришлось отложить на следующий день. Прибраться я решила тоже завтра, запечатала лабораторию и побежала в свою башню. Но на половине пути вспомнила о забытом подарке. Всё же надеялась вручить его именно сегодня, а для этого заглянуть к Аарону. Пришлось возвращаться, снова распечатывать лабораторию, потом снова запечатывать.

«Растяпа», — ворчала я на себя на обратном пути, и почему-то на заднем фоне всё ещё слышался смех Сони.

— О, Рени. — Из-за поворота коридора выглянул Текс, один из строителей. — А ты чего здесь?

— В лаборатории работала. Уже бегу к себе, — коротко улыбнувшись, я указала на лестничную площадку.

— Да куда спешить? Время-то ещё раннее, — раскинув руки, он направился ко мне.

Показалось, он пошатнулся на миг. И в мыслях мгновенно зажёгся тревожный огонёк.

— Мы там с ребятами сидим, пошли с нами, — Текс попытался закинуть руку мне на плечи, но я отступила, на что он нахмурился. — Ты чего? В гости же приглашаю.

Меня мелко потряхивало. Казалось, ситуация повторяется. Но времена, когда страх полностью лишал разума, позади. Поэтому я видела, что мужчина просто слегка пьян, возможно, после поданного на ужине грога в честь дня рождения коменданта.

— Мы не так хорошо знакомы, чтобы меня обнимать, — пояснила я. — И я устала, хочу спать.

— С нами весело будет, Рени, — он подался ко мне, схватил меня за запястье и потянул к себе. — Или не военные тебе не интересны?

— Мисс Санглер уже сказала, что устала и хочет к себе, — прогремел ледяной голос Сеймура.

Мне бы стоило испугаться, но я испытала облегчение, когда ощутила, как по правую руку от меня выросла скала в лице строгого коменданта.

— Простите, жнец Сеймур, — Текс поспешил отпустить меня.

— Вы работники, но тоже на службе, в контракте прописан запрет на алкоголь, за исключением особых распоряжений. Я разрешил выпить по бокалу за моё здоровье на ужине, иных разрешений не давал.

— Я… я… — Бедняга совершенно побледнел.

— Сегодня мой праздник, поэтому я прощаю вашу оплошность. Чтобы больше такого не повторялось, — продолжил Сеймур, и Текс расслабился на глазах. — И держитесь от мисс Санглер подальше. Она ясно дала понять, что ваш интерес её напрягает.

— Да, конечно. Простите, жнец Сеймур. Простите… Ре… мисс Санглер, — коротко поклонившись, Текс поспешил сбежать.

Мы с Аароном остались одни в коридоре.

— Испугались? — смягчившимся тоном обратился он ко мне.

— Немного. Спасибо, что заступились. Но… что вы здесь делаете? — спросила я робко, разворачиваясь к нему.

Тени играли на его лице, но он смотрел с тревогой за меня, поэтому пугающие воспоминания мелькнули на краю сознания и пропали.

— Вас не было в комнате, я решил спуститься за вами.

— Спасибо. — На моих губах расплылась радостная улыбка.

— Идёмте, мисс Санглер.

— Можно и по имени, — шепнула я, прежде чем подумала.

— Хорошо, Рени, — улыбнулся он. — Идёмте.

Сеймур указал мне на лестничную площадку. Мой взгляд скользнул по его руке, и почему-то захотелось за неё взяться.

«Тренируйся на Аароне», — прозвенело в мыслях, и мои щёки вспыхнули румянцем.

Как теперь перестать об этом думать!

/Военачальник/

Рени находилась рядом со мной, и донимавшее меня весь вечер смутное беспокойство начало отпускать. Она шла с опущенной головой, наверняка неприятный разговор породил в ней воспоминания, и моё присутствие её напрягало.

Пусть я понимал причины, но чувствовал себя ужасно. Мной владело желание утешить, укрыть от бед, но жестокая реальность состояла в том, что Рени успокоит только мой уход, возможность находиться от меня как можно дальше. Если бы её это спасло, мы бы даже обговорили вариант с её или моим увольнением, но, к сожалению, её страхи распространялись на всех мужчин, я лишь был реальным воплощением её кошмара.

Но вот напряжённый путь завершился. Мы замерли между дверями в наши комнаты. И я привычно окружил нас сферой безмолвия на случай, если прощания пройдут дольше.

Мне бы этого хотелось.

— Вы точно в порядке, Рени? — спросил я осторожно, чувствуя странное удовлетворение от того, что получил разрешение обращаться к ней по имени.

Сам я попросил обращаться ко мне проще во вторую же встречу у меня.

— Благодаря вам, — она порывисто подняла голову и улыбнулась.

Зелёные глаза заискрились, в них вспыхнули голубоватые искры. На нежных губах появилась улыбка. Щёки вспыхнули румянцем. Моё сердце пропустило удар и замерло, будто боясь спугнуть момент расположения Рени.

— Я задержалась, чтобы довести до ума ваш подарок, — произнесла она с придыханием и протянула ко мне руки.

Признаться, я просто застыл и не сразу смог отвести взгляд от мерцающих глаз Рени. Потом мысленно обругал себя и посмотрел на то, что у неё в руках. Она протягивала мне искусный кожаный браслет с прозрачным камнем в основании.

— Конечно, это не алмаз, силит, но он тоже хороший накопитель для магии, — продолжила она смущённо.

— Это артефакт? — стараясь не касаться рук Рени, я забрал браслет. — Вы сами плели?

— Оберег. Вам наверняка дарили подарки намного лучше, но…

— Рени. — Забывшись, я коротко рассмеялся, но прочистил горло и поспешил пояснить свою реакцию. — Ведьминский оберег — один из самых дорогих артефактов во всём мире. Говорят, они способны защитить даже от смертельных ударов.

— О, я не знала, — призналась она, и только мгновение назад потухающий взгляд вновь загорелся радостью. — Он действительно истратит весь магический заряд, стремясь защитить от смертельного удара. Кроме того, я наложила сигмы на удачу, защиту от проклятий, отравлений, любовных дурманов. Накрутила много. Хоть чуть-чуть, но он поможет избежать беды, усилив ваши другие артефакты.

— Спасибо за подарок, Рени, — искренне поблагодарил я. — Красивый. У вас… золотые руки, — похвалил, вспомнив сказанные ею когда-то слова.

— Мама учила плести. У нашей семьи была кожевенная лавка. Ну… пока маму не обвинили в ведьмовстве.

— Возможно, вы хотите открыть свою лавку? Ваши работы в сочетании с магией ведьм позволят вам жить безбедно. Я помогу с открытием.

— Никогда не думала о таком, — отозвалась она в некоторой растерянности.

— Подумайте. Вы молоды, у вас впереди много вариантов.

— Много вариантов, — эхом повторила она, почему-то вмиг погрустнев.

— Я что-то не так сказал?

— Нет, — слишком спешно возразила она и активно помотала головой.

— Рени, мы… ведь становимся друзьями. Если я вас как-то обидел словами…

— Ой, нет, Аарон, нет, — возразила она встревоженно. — Я расстроилась из-за другого… — Она пожевала губу, словно в сомнении, но продолжила: — Сегодня ко мне приходил Эйвери, предлагал отношения.

— Приставал? — прищурился я, ощущая поднимающуюся из глубины души ярость.

— Нет, Эйвери… он постоянно крутится рядом, рамки не переходит, лишний раз не трогает, но сегодня он был особенно красноречив, уговаривал дать ему шанс. А мне стало противно. Просто от мысли, что он меня коснётся, поцелует. Похоже, во мне сформировалось неприятие близости.